Наравирала, подбегая к гостю.
Он поклонился ей по-кошачьи, припав на мощные задние лапы и ткнувшись носом в землю.
– Мама.
– В чем дело? Я же тебе объяснила, что у меня проблемы с драконами и людьми. Вернусь, как только…
– Теперь у тебя проблемы и со сфинксами. – Белхиб задыхался, но не от усталости, а от ярости. – Мертвый сфинкс. Не на нашей горе, в Леодвинне. Его нашли у ручья неподалеку от драконьей пещеры. Он был юным, но имел пытливый ум. Думаю, решил самостоятельно выяснить, в чем причины этого потока смертей среди драконов. И теперь он сам мертв. Наш народ требует твоего возвращения, иначе…
– Я приду, – перебила его Наравирала, потом обернулась к Ане и Кристоферу. – Извините, но я не могу остаться.
Она коснулась языком драконьих ожогов, темнеющих у девочки на лице и руках, и, к величайшему Аниному изумлению, боль сразу прошла. Кристофера Наравирала вылизывала дольше, поскольку его обожгло сильнее, потом посмотрела на него долгим взглядом:
– Прощай. А сейчас идите оба в дом. Мне надо поговорить с Ириан и Найтхэндом.
– Почему… – начал Кристофер.
– Мы тоже хотим послушать… – подхватила Аня.
Но стоило сфинксу прищурить глаз и бросить на них взгляд – всего один, – оба замолчали. Спорить с таким взглядом было невозможно.
Как только дети удалились, Наравирала повернулась к Ириан и Найтхэнду:
– Как ваши поиски? Сфинксы знают, что вы ищете. Мы ищем это тоже.
– Пока никак, – покачала головой Ириан, – но мы не теряем надежды. Рэтвин собрала кое-какие слухи на востоке. И среди нереид тоже ходят разговоры.
– В таком случае желаю удачи. Жизненно важно, чтобы вам повезло раньше, чем другим, менее щепетильным.
– Знаю, – ответил Найтхэнд. – Только об этом и думаю.
Наравирала сдержанно улыбнулась, показав острые зубы.
– Только об этом? – Она перевела взгляд с Найтхэнда на Ириан и обратно. – Если я что-то узнаю, пришлю новости с рататосками. – Потом раскрыла крылья. – Берегите друг друга. Звезды говорят, что впереди нас ждет еще много крови и хаоса.
* * *
Аня жестом поманила Кристофера за собой. Зайдя в ее комнату, они подошли к подоконнику, и девочка сняла с шеи цепочку и подставила локвиллан под лучи солнца.
– Можно посмотреть? – попросил Кристофер. – На ней всегда была надпись? – поинтересовался он, повертев подвеску в руках.
– Что?!
Аня выхватила у него серебристый диск.
– Слюна дракона! – догадался мальчик. – Он протер подвеску языком.
На обратной стороне кружка были нацарапаны значки, которые, возможно, складывались в слова, но такие письмена Аня видела впервые.
– Может быть, это инструкция, объясняющая, как пользоваться локвилланом? – нахмурилась она.
– Погоди, а вдруг мы расшифруем надпись с помощью зуба сфинкса!
Но как Кристофер ни старался, надпись оставалась непонятной.
Подлетела Галлия.
– По-моему, это кентаврийская надпись, – сообщила она. – Так пишут кентавры. Спросите у Ириан, она здесь самая ученая.
Ребята отправились в кабинет к Ириан, но и та не смогла прочитать надпись.
– Послушай, Аня, – сказала она, задумчиво поворачивая диск, – локвиллан не самый подходящий для тебя инструмент. Смотри, я составляю список тех, кто может нам помочь: маги, дриады, Летающий Сенат, президенты, советники…
– Нет! Некогда! Мне поможет локвиллан!
– Ну, если ты настаиваешь, – со вздохом сказала Ириан. – Тогда тебе нужна книга. Кентаврийский словарь. Но найти его очень трудно.
– Тебе всегда и во всех случаях нужна книга, – заметил Найтхэнд. – Подозреваю, что, повстречав мантикору, ты начнешь искать книгу, чтобы прочитать о ней побольше. – Он улыбнулся.
– А во дворце есть этот словарь? – спросил Кристофер.
Ириан покачала головой:
– Когда мы сюда приехали, здесь не было ни одной книги. Все, что вы видите, я привезла с собой.
Рэтвин лизнула лапу и надменно потерла свой рог.
– Я же вам говорила: библиотека Глимта запряталась-засекретилась-запропалась. Но рататоски уверяют, что туда ведет потайная дверь.
– Ну да, – хмыкнул Найтхэнд, – а еще они уверяют, что однажды я съел на завтрак целого каркаданна. Это, конечно, очень лестно для меня, но все равно вранье.
Аня посмотрела на рататоску, та ответила ей твердым немигающим взглядом.
– Я верю Рэтвин, – сказала девочка. – Думаю, нам надо отыскать пропавшую библиотеку.
– Мы уже искали, но не нашли, – ответил Найтхэнд.
– Но вы ведь искали ее без нас! – заявила Аня. – У вас не было ни Кристофера, ни джакулуса, ни двух гаган, а у гаган знаете какие острые глаза! Как клювы! И у вас не было меня.
Рэтвин аж подпрыгнула от удовольствия.
– Три, четыре, пять: мы идем искать! Перекопаем все сверху вниз и перероем снизу вверх! – воскликнула она. – Ты же любишь искать, Найтхэнд!
– Только то, что можно приготовить и съесть, – ответил тот. – А искать иголку в стогу сена – это не мое. Но… – Тут Найтхэнд покосился на Ириан. Она поймала его взгляд и коротко улыбнулась, отчего он вспыхнул до корней волос. – Но в данных обстоятельствах я, пожалуй, сделаю исключение.
Потайная дверь
Аня припустила бегом; гаганы сидели у нее на голове, вцепившись в волосы. Кристофер и остальные бежали следом. Как только появилось какое-то дело, принцессе сразу стало легче. Она остановилась, только когда почувствовала, что задыхается.
– Можно мы начнем с банкетного зала? – спросила девочка.
В зале стояли три огромных дубовых стола и резной мраморный камин, в котором легко поместились бы три Ани. В камине валялись металлическая вилка для поджаривания, кочерга и на редкость уродливый каменный шипастый панцирь большой черепахи.
По стенам были развешаны большие картины, написанные маслом. Аня заметалась между картинами – оттягивала их от стен и заглядывала за них в надежде найти тайный вход. Внезапно каменный панцирь шевельнулся, и из-под него высунулись шесть ног и львиная голова. Аня взвизгнула, а панцирь затопал к ней, жадно принюхиваясь.
– А, это тараск, – сказал Найтхэнд.
Он быстро подошел к девочке и встал между ней и существом.
– Я совсем забыл, что он здесь. Потерял хвост во время битвы, вот Рэтвин и привела его к нам.
– Надо было бросить там, где нашла, – вставила Рэтвин. – Вместо благодарности я получила ноль внимания, фунт презрения. Ни манер, ни воспитания.
Тараск подковылял к Ане и принялся обнюхивать ее ноги. Она стояла, боясь пошевельнуться.
– Эти существа могут быть хорошими союзниками, хотя по своей природе терпеть не могут вообще всех, – пояснила Ириан.
– Прямо как я, – хмыкнул Найтхэнд. – И, так же как я, едят все, что попадется под руку. Поэтому нашему тараску придется сидеть в одиночестве, пока он не перестанет беситься оттого, что на свете есть и другие живые существа, кроме него.
Тараск фыркнул и направился к Кристоферу, который рассматривал портреты семейства Тревасс. Под последним было написано: «Анья
