отряду замереть, и, обернувшись, указал рукой под ноги. Я присмотрелся и заметил, что перед его сапогом ковёр из перегнивших листьев просел, а сквозь прорехи толчками выходила густая пузырящаяся жижа.
Немного попятившись, мы обошли опасный участок по широкой дуге. Спустя минут десять старик вновь остановился и медленно указал головой в сторону. Я проследил за его взглядом и увидел между двумя стволами, шагах в пятнадцати от нас, колыхающиеся жёлтые капли. Они висели в воздухе, словно на невидимых нитях, образуя подобие паутины.
Тибор тут же скорректировал маршрут, но стоило нам обогнуть ловушку, как Крох через нить прислал образ: тень сверху.
Я мгновенно рухнул на землю, увлекая за собой мохнатых. Отряд понял всё без слов: Иннар опустился на колено, Эрек лёг, уперевшись ладонями, а Тибор буквально распластался, слившись с ландшафтом.
Через несколько секунд над нами бесшумно пронеслась огромная тварь с размахом крыльев шагов в пять и, не заметив добычи, растворилась в грязно-жёлтой выси.
Тибор осторожно поднялся, посмотрел на Кроха и кивнул мне. Я почесал мохнатого между ушей, и мы двинулись дальше.
Примерно через сотню метров нам пришлось спрятаться за завалом из обугленных ветвей. Спустя пару минут мимо прошествовали две приземистые твари, тяжело сопя сквозь треугольные пасти с кривыми клыками, и остановились в десяти шагах от нашего укрытия. Обнюхав корни, они тихо зарычали, и одна из них сделала шаг в нашу сторону, затем ещё один.
Я заметил, как рука Иннара легла на рукоять крюка, и затаил дыхание.
Тварь остановилась, повела мордой из стороны в сторону, и на мгновение мне показалось, что она уставилась на меня, но вместо глаз у неё подрагивали лишь узкие щели. Фыркнув, зверь развернулся и вместе со своим сородичем направился прочь.
Едва шаги окончательно стихли в тумане, я медленно выпустил воздух из лёгких.
— Спасли повязки, — прошептал Тибор. — Иначе бы точно услышали дыхание кого-нибудь из нас.
Мы двинулись дальше. Я давно потерял счёт остановкам, но их было не меньше десятка. На одной из них я потянулся ко лбу, чтобы смахнуть пот, однако Иннар вовремя перехватил мою руку: капля смолы, сорвавшаяся с толстой ветки, пронеслась всего в сантиметре от моих пальцев и с шипением въелась в прель, оставив в ней дымящуюся проплешину.
Я благодарно кивнул приручителю, прижав ладонь к груди. Постепенно голова налилась свинцом. Я поморщился и тряхнул ей. Тибор тут же обернулся вполоборота и скосил на меня настороженный взгляд. Я лишь качнул ладонью, мол, всё в порядке, держусь.
Когда мы обогнули очередной ствол и нырнули под провисшую ветвь, перед нами проступил громадный силуэт мёртвого дерева, разломленного пополам, будто когда-то в его макушку ударила молния. У основания, в узкой ложбинке между обугленных корней, туман почему-то расступался, обнажая пятачок земли с одиноким зелёным кустом.
Тибор указал рукой в сторону ствола, и мы затаились. Из тумана неподалёку донеслись шлепки лап и тихий, тянущий звук: зверь волок по земле тушу. К счастью, пронесло.
Когда звуки стихли, я осторожно шагнул к кусту и присмотрелся. Растение с багровыми, словно налитыми кровью ветвями, оказалось высотой всего с ладонь, а его мелкие тёмно-зелёные листья формой напоминали сердечки.
Перед глазами тут же развернулось системное сообщение:
[Обнаружено растение: Кровавый куст]
[Свойства: Стимулятор сердечной деятельности. При правильной обработке — реаниматор]
[Качество: Отличное]
Я на секунду замер и почувствовал, как от удивления отступала даже боль в голове. Что-то с похожим эффектом мне выдала Ассоциация перед началом работы на Арене Когтя. Точно, стимулятор назывался «Гончее сердце». Жуткое средство, ведь каждое применение лекарства отнимает у зверя двенадцать месяцев жизни, а тут…
— Тибор, — тихо позвал я и указал подбородком в сторону кустика. — Дай мне пару минут.
Старик скользнул взглядом по багровым ветвям, затем пристально посмотрел в мои глаза и прищурился.
— Только быстро, — ответил он, едва шевеля губами.
Иннар без слов сдвинулся в сторону, заслонив меня своим телом. Эрек занял позицию сбоку, приготовившись в любую секунду выхватить оружие. Крох встал вплотную ко мне, развернувшись мордой туда, откуда мы пришли, а Люмин замер рядом, слегка подрагивая.
Я медленно снял ранец, аккуратно опустил его на ковёр из прели и, вытащив нож, присел на корточки у кустика. Вблизи цвет ветвей выглядел насыщеннее, будто в них, слегка пульсируя, и вправду двигалась кровь.
Стараясь не повредить корневище, я аккуратно обкопал землю по кругу, подцепил растение и, быстро завернув кустик с комом земли в чистую тряпицу, уложил свёрток в ранец.
Затем вытащил из кармана найденное семечко, мешочек с таблетками и склянкой с зельем Стеклянной нити и переложил туда же. Внезапно Крох у моей спины фыркнул, мол, заканчивай давай.
— Уже, уже, — тихо отозвался я, застёгивая клапан ранца.
Я поднялся на ноги и, накинув лямки, кивнул Тибору.
Старик махнул рукой, и мы вновь тронулись, но не успели отойти и на сотню шагов, как впереди, за пеленой тумана, что-то треснуло. По лесу прокатился рёв, а следом раздался второй, более высокий.
Тибор, не медля ни секунды, рухнул ничком. Я мгновенно плюхнулся в мягкую почву и приобнял зайцелопа, а Крох сам буквально вжался рядом со мной в узкую нишу между корней. Иннар и Эрек синхронно легли в прель, будто отрабатывали это движение годами.
Впереди раздался грохот с жутким хрустом, а затем донёсся пронзительный визг и тут же оборвался. В следующий миг в невидимую схватку вклинился новый клокочущий голос, к которому мгновенно присоединился целый хор чудовищных звуков.
«Да сколько же их там…» — промелькнуло в голове.
Тибор указал ладонью вбок, и мы поползли прочь от места побоища. Крох двигался вплотную ко мне, почти не отрывая брюха от земли. Люмин стелился у моей щеки, судорожно дыша сквозь влажную ткань в моё ухо.
Где-то слева грохнуло так, что дрогнула земля под ладонями. Я осторожно повернул голову на звук и увидел, что туман между двумя стволами резко качнулся, будто сквозь него пронеслась тварь. Главное, чтобы нас не задело…
Внезапно свет над головами померк. Я поднял взгляд и увидел, как сквозь туман скользнул длинный силуэт, за ним ещё один, поменьше, а следом целая стая летучих бестий, направляющаяся в сторону, откуда доносился рёв.
Я судорожно сглотнул. Локти онемели от напряжения, а куртка на груди пропиталась холодной и склизкой жижей.
До наших ушей вновь донёсся яростный рёв. К нему добавился режущий клёкот, а затем последовал визг, хруст ломаемых веток, секундная тишина и новая волна рычания, но уже
