– Там нет реальных заклинаний для этого, – сказала она, поливая грязью мою ладонь в соответствии с образцом. – Это один из тех, которые больше всего направлены на медитацию. Только не пытайся достичь никакого конкретного результата так рьяно, как соединиться с сущностью грязи. О чём ты задумываешься, когда думаешь о грязи?
– Не нужно надевать белое.
Уголки её губ приподнялись, но она не стала отвлекаться:
– Переключи себя в транс и думай о земле, о том, что находится в мире, и даже о роли, которую земля играет в заклинаниях, которые ты знаешь.
Я была знакома с состоянием транса, но использовать его для связи с веществом оказалось сложнее. Тем не менее, я закрыла глаза и сосредоточилась на моём дыхании, входя в состояние, при котором мой разум становился ясным. Грязь в моих руках была холодной и, как я предполагала, влажной, покрытой туманом леса, подобно одному из красных деревьев парка на севере, где деревья, словно якорем, были притянуты к земле, и повсюду висел запах мокрой грязи. Грязь сама по себе не всегда присутствовала в заклинаниях, но многие вещи из её состава часто использовались: драгоценные камни, растения и…
– Открой глаза, – мягко сказала мисс Тервиллигер.
Я сделала это и увидела слабое свечение, окружавшее мою руку, держащую грязь.
– Переложи ее в другую руку и попытайся удержать
Свет не являлся веществом, и я должна была держать его силой своего разума. Я наклонила руку, и это перелилось в другую ладонь. Свечение начало проскальзывать между пальцами, рассекая воздух. Я прикрыла руку, пытаясь ухватиться за эти последние остатки света.
Дверь в класс открылась, и я подпрыгнула, потеряв контроль над оставшимся светом. Он исчез.
– Сидни? – Зоя просунула голову в дверь.
– Входите, мисс Ардмор, – сказала мисс Тервиллигер хладнокровно, захлопнув книгу и не глядя вниз. – Но, пожалуйста, в следующий раз стучите.
Зоя вспыхнула от упрека:
– Мне очень жаль, мэм. Я просто хотела увидеть Сидни, – ей было не столько обидно, сколько неловко. Как и я, она была воспитана в строгих правилах этикета и вежливости. Её глаза метнулись в сторону освещённого рабочего стола. Мисс Тервиллигер убедилась, что немаркированная задняя обложка книги смотрит вверх, но мои грязные руки были хорошо видны.
– Что вы делаете?
Мисс Тервиллигер собрала книгу и чашку и подошла к своему столу, в то время как я вытирала руки.
– Становлюсь глупой и сентиментальной. Я собрала немного грязи недалеко от Парфенона во время моей поездки в Грецию прошлым летом и сохранила её в качестве сувенира. Я была очарована идеей держать в руках то, что было представлено как продвижение великой цивилизации.
Это было вымыслом, но лучше, чем использование грязи для того, чтобы извлечь магию из земли. Я сглотнула и попыталась повернуть разговор в другое русло.
– Ты знаешь, как я хочу поехать в Грецию, Зо. Я подумала, может, прикосновение к земле даст мне некоторую связь с историей, – мой смех прозвучал неестественно. – Но я чувствую лишь грязь.
Мисс Тервиллигер поддержала меня, усмехаясь:
– Ты и я, мы слишком углубляемся в романтические фантазии, мисс Мелроуз. Однажды вы просто должны отправиться туда для себя. На данный момент, это будет просто – вернуться к моей коллекции, – она с благоговением поставила миску в шкаф. Я видела, как она наполнила её грязью одного из цветков Амбервуда, когда мы приехали сюда ранее.
Зоя нахмурилась, но, наконец, кивнула, ведь что ещё ей оставалось делать?
– Хорошо-хорошо. После окончания учебного дня не хотела бы ты пойти со мной? У нас не так много времени, чтобы проводить его вместе, и мне нужна новая обувь. Ту, которую я привезла, уже износилась. Никто больше не нуждается в нас сегодня вечером.
Подтекст был ясен для меня. Не будет никакого кормления у Кларенса, и Джилл благополучно остается в школе.
Я чувствовала, что мисс Тервиллигер смотрит на меня, ожидая моего ответа. Если бы я сказала, что должна сделать что-то для нее, она бы согласилась. Но Зоя была права в одном: мы проводили мало времени вместе. Мало того, что это делало мое время подозрительным, оно также повреждало мои отношения с Зои. Она по-прежнему была моей сестрой, в конце концов, и я любила ее. Я хотела иметь хорошие отношения с ней. Я хотела, чтобы все стало как раньше, хотя, казалось, это становились все более маловероятным с каждым днем. По крайней мере, поездка в торговый цент казалась нормальной и сестринской на поверхности, даже если это не чувствовалось в моем желудке.
– Тебе повезло, – сказала Зоя, когда мы приблизились к торговому центру. Обнаружение мертвой точки автомобиля только что зазвенело. – Это всегда сообщает тебе, если там есть автомобиль. Во время обучения на водителя мы всегда должны были проверять мертвые точки сами. Те автомобили были барахлом.
Я не могла удержаться от смеха:
– Ты должна всегда проверять, ведешь ты барахло или нет. Я обычно замечаю другие автомобили прежде, чем это предупреждает меня.
Она издала скорбный вздох:
– Мне жаль, что я не могу водить. Я оставила свое разрешение в Юте.
– Ты не можешь водить без родителей ни здесь, ни в Калифорнии, – напомнила я ей.
– Ага. – Она сгорбилась в своем кресле, выглядя как обычная девчонка, а не как работник, изучающий часть древнего мира и работающий в организации, которая прикрывала сверхъестественных существ. – Может быть, кто-то может связаться с бумажной волокитой, и ты получишь статус официального опекуна. Я имею в виду, как еще я могу получить лицензию? Если только кто-то просто сделает поддельный документ «Зоя Ардмор. Я достаточно хороший водитель».
– Ты должна спросить папу, – сказала я, чувствуя укол вины. Фактически это было нетрудно, если использовать некоторые связи Алхимика, такие вещи случаются. Если мы сделаем это без разговора с нашим папой, во-первых, мы, наверное, будем наказаны, а если мы не спросим... ну, кто-то сказал мне, что он, вероятно, думает, что это будет лишним. – Если он не поднимает этот вопрос, то он, вероятно, хочет, чтобы ты просто сосредоточилась на учебе и других вещах. Наша работа имеет приоритет.
Зоя не могла возразить против этого. После долгого разглядывания других машин, она сказала:
– Говоря о приоритетах... ты когда-нибудь задумывалась, что, может быть, то, что вы делаете с мисс Тервиллигер, неправильно?
Я вздрогнула, хотя знала, что она не могла говорить о магии:
– Что ты имеешь ввиду?
– Я не знаю точно. Это справедливо, ты уже окончила среднюю школу. Ты должна сделать здесь дело алхимика, но тебе, кажется, действительно нравится учиться в твоем классе, особенно с мисс Тервиллигер. Это даже кажется личным, вы как будто просто болтаетесь, как друзья. Я имею ввиду говорите о ее каникулах? Это не считалось бы таким грандиозным, если бы это были только учебные часы, но ты всегда делаешь работу для нее, которая не походит на работу. Ничего плохого в желании иметь друзей и время общаться... но ты не можешь делать это за счет назначения. Что сказал бы папа?
