Она ничего не слышала ни ночью, ни днём. Лука решил даже не рассказывать ей о пропаже мясной тыквы, побоявшись, что её, по-видимому, хрупкая психика может снова подвергнуться удару.
Молодой человек заперся в гостиной и, подсоединив к голове биопорт медиафона, включил последние новости. Его сознание окунулось в мир реальности галактики и обжитых планет, в том числе, конечно, и его родной. Однако, судя по новостям, всё было тихо. Мегаполис, так же как и вся планета, жил однообразной мирной жизнью, где уж точно не было места для грабителей провинциальных плантаций.
Лука переключился на местный исторический канал и услышал голос известного диктора-историка:
— Мутанты… Что мы знаем о них? Вот уже несколько столетий мы живём с ними бок о бок, встречаемся на работе, общаемся и сотрудничаем. Мы знаем, что они почти такие же, как и мы, только жили на этой планете за тысячелетие до нашего первого визита. Ужасные испытания биологического оружия несколько изменили их генетический код, но несмотря на это мы до сих пор уживаемся рядом. Свои красные глаза они скрывают за тёмными очками или контактными линзами, и нам кажется, что это подчас единственное, что нас разделяет… Но многие из нас, колонистов последней волны, забыли, что почти все они — последователи древней религии и тайных церемоний, практиковавшихся ими в древности. Взять хотя бы их увлечение своим главным тотемом — мясной тыквой…
Лука, чуть было не начавший засыпать под убаюкивающий голос историка, встрепенулся, будто его ударило током. Тотем — мясная тыква?! Ну как он мог об этом забыть? Мутанты с древних времён поклонялись мясным тыквам, будучи уверенными в их общем родстве. Стоит ли говорить, что в своё время увлечение людьми возделыванием мясных тыкв, мякоть которых принимали в пищу вместо мяса, едва не привело к беспощадной войне между мутантами и колонистами с Земли.
Однако это мало объясняло исчезновение зрелого плода с плантации. В итоге фермер так и не смог прийти к какому-нибудь разумному заключению и решил, что утро вечера мудренее. Но за ужином его ждал ещё один неприятный сюрприз.
На обеденном столе в тот вечер оказались лишь бутылка столового вина и салат из манго.
— Линда, — растерянно проговорил Лука. — И это всё?
Она виновато улыбнулась:
— А ты привык есть мясо тыкв каждый день? Я подумала, что неплохо сегодня устроить маленькую вегетарианскую вечеринку.
Задумчиво поковыряв вилкой безвкусный салат, Лука опрокинул в рот стакан вина и с мрачным видом ушёл в спальню. Он долго валялся в кровати, наблюдая, как садится солнце за окном.
«А ведь она права, — подумал он. — Что за радость жевать эти тыквы каждый день? Однообразная пища тоже надоедает и, может быть, идея с фруктовым салатом была вполне удачной».
Когда зашло солнце, Линда снова в темноте прокралась к нему в спальню, и они заключили друг друга в страстные объятия.
Около трёх часов ночи Луку разбудил какой-то шум. Непонятные, немного пугающие звуки, казалось, доносились со всех сторон, из-под пола, с чердака и прямо из стен, словно в доме завелись привидения. Он зажёг свечу и долго бродил по особняку, заглядывая во все комнаты, но так и не смог понять причину этих жутковатых звуков, напоминающих беспорядочное постукивание. К утру они прекратились, и Лука, порядком измученный, вернулся в кровать, устало прильнув к молодой жене, которая даже не проснулась.
За завтраком он спросил её:
— Ты ничего не слышала сегодня ночью?
Она лукаво улыбнулась в ответ:
— Ты знаешь, после такой бурной ночи я спала как убитая. А что случилось?
— Странно, что ты не слышала. Я полночи не мог уснуть из-за каких-то стуков и шорохов.
— Может, в стенах завелись насекомые или грызуны?
Лука пожал плечами:
— Не знаю. Может быть.
Он обратил внимание, что Линда снова не притронулась за завтраком к мясной тыкве, но ничего не сказал. Целый день он работал на плантации, вырубая подросшие мясистые клубни и перетаскивая их в морозильник, где они хранились до того, как продать их скупщику, прилетавшему на своём грузовом транспортёре раз месяц.
За ужином он заметил, что Линда снова не притронулась к жареной тыкве. Ему также бросилось в глаза, что цвет её лица стал заметно бледнее с момента приезда, а взгляд — более опустошённым и холодным.
— Что-то не так? — спросил он. — Тебе не нравятся тыквы?
— Нет, просто у меня нет аппетита, — ответила она, потупив взор. — Скоро стемнеет, жди меня в спальне…
В эту ночь она пришла к нему позже обычного. У него было время заново обдумать и проанализировать всё, что он видел и слышал последние ночи и дни. И в тот момент, когда Линда появилась в спальне, его осенило: она всегда появлялась в темноте! Он по-настоящему ещё не видел на брачном ложе ни её лица, ни её тела. Однако пришло время увидеть, и Лука включил свет.
Ослеплённая, Линда застыла на месте в своей полупрозрачной ночной сорочке. Лука содрогнулся — её ярко-синие глаза сменили свой цвет на кроваво-красный. Она, видимо, тоже испугавшись, попятилась от него, уперевшись спиной в стену.
— Ты — мутант? — изумлённо произнёс он.
— Теперь ты знаешь, — тихо проговорила та в ответ. — Контактные линзы помогают это скрывать, но, к сожалению, ненадолго.
Линда молча и безропотно ждала его решения, пока Лука обдумывал, какой вывод ему извлечь из создавшейся нелепой ситуации. Можно было запросто покончить со всем этим тут же, не затягивая, но за прошедшие дни его чувство, зародившееся в Аквариуме, успело перерасти в нечто большее, чем просто страсть.
— Ладно, — сказал он. — В общем, я ничего против вас, мутантов, не имею. Может быть, мы сможем наладить отношения, Линда?
— Может быть… Если ты примешь его…
— Кого? — удивился фермер.
— Идём, — Линда поманила Луку за собой.
Она привела его на кухню и, подойдя к стенному шкафу, несколько раз в определённом ритме постучала в дверцу. Спустя несколько секунд в ответ донеслось столь же упорядоченное постукивание.
— И с кем это вы перестукиваетесь? — подозрительно спросил Лука.
— Открой дверцу и увидишь.
Фермер был напуган, но любопытство всё же взяло верх. Он потянул на себя ручку дверцы и быстро отпрянул в сторону, удалившись от стенного шкафа на безопасное расстояние. Он сделал это вовремя, потому что в тот же миг оттуда вывалилось нечто безобразное и пульсирующее. Это была мясная тыква, но таких пугающих размеров, каких Лука ещё не видел. Опираясь на свои отростки, она переваливаясь и изгибаясь, как огромная жирная пиявка, проползла в сторону столовой, оставляя за собой широкий слизистый след.
