одной зацепки.
Я сомневалась, что Блэк являлся величайшим детективом в мире. Он определенно не был ни Оружейником, ни даже Бэтменом. К тому же, найти одну крысу среди десятитысячного населения было бы практически невозможно.
Если он говорил правду, то Петтигрю, скорее всего, уже давно исчез. Если Питер был смышлён, то ускользнул бы в Америку или Австралию, где он, как минимум, знал язык и где мог начать новую жизнь.
Конечно, принимая во внимание то, что я знала о психологии чистокровных, он, скорее всего, такого не сделал.
― Ты думаешь, что он всё ещё Пожиратель Смерти, — произнесла я, пристально глядя на Сириуса. — И что он собирается напасть на меня.
― Да, — ответил он, таращась в ответ. — Ты и правда провидица.
Не требовалось являться таковой, чтобы выстроить логическую цепочку.
Если он был одержим воспоминаниями о своём друге и верил, что должен отомстить за убийства, то становилось очевидным, что он собирался искать этой самой мести.
Использовать меня, чтобы найти Пожирателей Смерти — не такой уж особенно сложный прыжок в логике, пускай это было и не слишком-то умно с его стороны.
― У тебя есть какие-либо доказательства всего этого? — спросила я.
― Я подумал, что ты просто знаешь, — ответил он. — Все говорят...
Я закрыла глаза.
― Провидцы видят будущее, — пояснила я. — Не прошлое. Но я даже этого не делаю. Я вижу настоящее.
Он поморщился.
― Доказательств у меня нет.
― Гарри захочет таковых, — сказала я. — Прежде чем примет тебя.
― Гарри? — переспросил он.
Он уставился на меня, и пускай свет был тусклым, я решила, что лицо его побледнело. Он неистово затряс головой.
― Нет. Гарри не может узнать обо мне!
― Почему? — спросила я.
― Из-за меня их убили... почти убили его. Они изувечили его из-за меня... из-за моей заносчивости. Во что я превратился... он не должен это видеть.
― Не желаю этого выслушивать, — резко ответила я. — Даже не заикайся. Гарри — часть моей команды — если ты работаешь на нас, то в конечном итоге тебе придётся работать и с ним тоже.
― Он никогда не поверит мне, — сказал Сириус.
― Я не уверена, что верю тебе, — отозвалась я. — Но даже если бы верила, как ты вообще собираешься приносить нам пользу?
― Я могу научить вас, как стать анимагами, — с отчаянием в голосе произнес он.
― МакГонагалл может нас этому научить, — парировала я.
Я думала об этом, но если бы я получила эти знания от МакГонагалл, то мне пришлось бы регистрироваться, что сделало бы всё ещё хуже, чем бесполезным. Также имелась вероятность того, что я в конце концов получу нечто бесполезное, вроде оленя или кролика.
Идеальной формой для анимага было бы нечто очень-очень маленькое, как жучиная форма Риты Скитер. По очевидным причинам я предпочла бы не быть жуком, но нечто такое же маленькое было бы идеально.
С моей удачей, я получу нечто вроде четырехсотфунтовой свиноматки или лошади.
Что вообще можно сделать в форме лошади? Затоптать кого-нибудь? Никогда не использовать её?
― Тебе придётся зарегистрироваться, — сказал он, отражая мои мысли. — А я хорош в анимагии.
― Тем не менее, — отозвалась я. — Это проблема. Я верю, что ты не мой враг... и, может даже, не враг Гарри. Тем не менее, кто знает, что там натворили с твоим разумом Пожиратели Смерти, когда схватили тебя?
― Они никогда не хватали меня? — настойчиво возразил он.
― А ты бы помнил, если бы схватили? — спросила я. — Недавно Рита Скитер пыталась убить меня, на глазах у всего Министерства. Ты думаешь, что она по жизни была настолько глупа?
Он уставился на меня.
― Можешь ли ты на самом деле быть уверен, что где-то в твоих путешествиях не было случаев, чтобы ты не мог толком припомнить, что случилось?
― Что? — спросил он.
― Мне представляется, что у тебя было множество таких моментов, — сказала я. — Может, Пожиратели Смерти на самом деле поймали тебя и затем отпустили. Ты никогда не узнаешь об этом, пока не проснешься с окровавленным ножом, воткнутым в горло Гарри.
― Как ты вообще можешь кому-то доверять? — спросил он, уставившись на меня.
― Не могу, — ответила я. — Вот почему я всё ещё жива, а половина магглорожденных в моем классе — нет.
Конечно, это было преувеличением, но тут значение имел только эффект.
― Так что нам делать? — спросил Сириус.
― Ты можешь довериться мне, — ответила я. — И я придумаю способ, как тебе доверять, или можешь пойти погавкать на другое дерево.
― Что ты хочешь, чтобы я сделал? — спросил он.
― Превратись в собаку, — скомандовала я.
Его форма изменилась, и я направила на него палочку. Его фигура замерцала, и мгновение спустя я подобрала оставшийся камень.
Это был решающий недостаток бытия анимагом; волшебники любили превращать животных в другие вещи, и в помощь данному занятию у них имелись всевозможные заклинания. Единственным способом избежать такого было превращаться в нечто настолько редкое, чтобы никто не озаботился придумыванием соответствующего заклинания.
Мои комары засекли странное движение в воздухе, такое, которого там не должно было быть. Оно приближалось с нескольких направлений, и, тем не менее, не было ни вида, звука или запаха, чтобы предупредить их. Комары придвинулись ближе и смогли ощутить незначительное тепло тел, излучаемое несколькими людьми.
Это не было делом рук Блэка; я была практически уверена в этом. Скорее всего, это устроил Провидец Волдеморта.
Что же, я пришла подготовленной.
Мгновение я колебалась; оставалась возможность, что это прибыли авроры за Блэком. То, что я собиралась сделать, определенно было смертоносным.
Засунув руку в карман, я вытащила объект, уменьшенный до самых пределов доступного мне уменьшения. Осторожно установив его на полу в одном из углов, я обратила заклинание.
Передо мной оказалась невинно выглядящая бочка. Бочка была набита старомодным порохом, но планки с трех сторон при помощи
