если захочешь.
— Что?
От смущения у меня забурлило в животе, а к щекам прилил жар. Я делаю глоток воды, чтобы смочить язык, прежде чем заговорить.
— Дилан, это очень мило с твоей стороны, но ты не должен этого делать. Я не хочу, чтобы ты думал, что я встречаюсь с тобой, потому что…
— Я так и не думаю. Я хотел помочь, вот и все. Мы не будем больше об этом говорить.
Я опускаю голову на руки, чтобы собраться с мыслями, затем снова поднимаю глаза.
— Я не знаю, что сказать.
— Не нужно ничего говорить.
Он наклоняет голову набок.
— И не думай, что ты мне что-то должна.
— Мне неловко.
— Тебе не должно быть неловко. Иногда люди нуждаются в помощи, и ничего плохого в этом нет.
— Спасибо, — говорю я. — Спасибо за заботу, но я все же продолжу платить за квартиру.
Тот факт, что мне больше не нужно платить за просроченную аренду — уже достаточная помощь.
Райан больше не поднимал тему своего онлайн-бизнеса и ни разу не предложил мне денег, но я планирую попросить его помочь с оплатой некоторых счетов. Но у меня такое чувство, что он просто помашет морковкой у меня перед носом.
— Ты не обязана. Я предлагаю тебе передышку, и это нормально, если ты ее примешь.
— Откуда мне знать, что ты не захочешь ничего взамен?
— Если ты имеешь в виду мои чувства к тебе, то будь уверена, что моя помощь тебе не имеет никакого отношения к тому, что происходит или не происходит между нами. Я буду рад увидеть тебя снова, но если ты решишь, что это наше последнее свидание, ничего страшного. Я уйду, зная, что хоть немного изменил твою жизнь. Теперь тебе легче?
— Да, да, легче. Спасибо.
Когда слова срываются с моих губ, что-то внутри меня меняется. Мне не хочется признаваться себе в этом, но мне действительно приятно, когда обо мне заботятся. На этот раз я сама кладу руки на стол. Он кладет на них свои теплые, успокаивающие ладони и сжимает их.
Весь остаток вечера наш разговор сосредоточен на нем, что для меня облегчение. Он рассказывает мне о своем детстве в Нью-Йорке после развода родителей и о своих поездках по миру.
— Я всегда мечтала путешествовать за границей. Однажды я хотела бы увидеть Африку.
Я подношу ко рту хрустящий тако из рыбы баха, стараясь не пролить на себя вкусный соус.
— Может быть, однажды и увидишь.
Он ест филе лосося с имбирем и кунжутом.
— Какие места в Африке ты бы хотела увидеть?
— Я никогда об этом не задумывалась.
— Какая страна первой приходит тебе на ум, когда ты думаешь о поездке на африканский континент?
— Намибия. Я бы хотела увидеть пустыню Намиб.
Я улыбаюсь, увлекшись мыслями. Что я теряю, мечтая?
— Намибия — прекрасная страна. Я был там три года назад. Прекрасное место для сафари.
Он вытирает губы салфеткой.
— Кто знает, может быть, однажды я возьму тебя туда с собой.
Не зная, как реагировать на то, что звучит как предложение, я продолжаю молча есть свою еду, пока обдумываю, что ответить.
— Я немного забегаю вперед?
— Немного.
Я закусываю губу.
— Наверное, я ничего не могу с собой поделать. Дело в том, что я не из тех людей, которые бьются вокруг да около. Ты мне нравишься. Ты мне действительно нравишься. Я чувствую между нами связь, которую трудно игнорировать. Скажи мне, что и ты ее чувствуешь.
— Чувствую…
Я опускаю голову.
Он поднимает мой подбородок. Мы снова смотрим друг другу в глаза. Этот момент тянется до тех пор, пока его не прерывает официантка, появившаяся с нашим десертом.
В моей груди разливается тепло, пока я наслаждаюсь муссом из белого шоколада.
Будто между нами ничего не произошло, он продолжает рассказывать мне о своих приключениях в Намибии.
Когда мы выходим из ресторана, Дилан берет меня под руку и провожает до моей машины.
Прежде, чем я сажусь за руль, он наклоняется ко мне.
Наши губы встречаются, и во мне взрываются эмоции.
Глава 17
Достаточно было одного поцелуя, чтобы изменить мою жизнь. В тот момент, когда мы поцеловались с Диланом во время нашего второго свидания, что-то внутри меня изменилось. Сопротивление, которое я испытывала по отношению к встречам с ним, растаяло на глазах, и я позволила чувствам вскружить мне голову.
Прошло три недели, и я ни разу не пожалела о своем решении. Сначала я думала, что мне будет неловко встречаться с миллиардером, но Дилан оказался на удивление нормальным парнем. Хотя иногда он водил меня в шикарные рестораны и покупал мне дорогие подарки, большинство из того, что мы делали, когда были вместе, являлось нормальным.
С ним быстрый перекус у киоска с хот-догами перед походом в кино — не менее захватывающий, чем ужин в ресторане при свечах. Я ценю то, что он очень старается, чтобы я не чувствовала себя неловко, и когда я отказываюсь позволить ему оплатить мои счета, он уважает мое решение. Не хочу, чтобы он думал, что я встречаюсь с ним из-за денег, потому что все, что меня интересует, это его сердце, о котором я даже не подозревала.
На нашем третьем свидании он рассказал, что только что вышел из серьезных отношений, которые закончились из-за того, что они хотели в жизни разных вещей.
— Ты расстался с ней или она с тобой? — спросила я, боясь быть для него девочкой для утешения.
— Я положил конец нашим отношениям, — сказал он, а затем заверил меня, что никогда не испытывал ни к одной женщине тех чувств, какие он испытывает ко мне, и что он настроен по отношению ко мне серьезно.
Я поверила ему. Несмотря на то, что тихий голосок на задворках моего сознания часто твердил, что это не продлится долго, что у моего счастья есть срок годности, и что в конце я буду сломлена, я его не слушала.
Впервые в жизни я была по-настоящему счастлива. Полна решимости как можно дольше сохранять эти теплые чувства. Голос в моей голове твердит, что это всего лишь сон, и это лишь вопрос времени, когда я проснусь, чтобы встретиться лицом к лицу с кошмаром, которым является моя жизнь.
Спустя три недели мои ноги все еще не касаются земли. Но сегодня могут коснуться.
Последние несколько недель я размышляла о том, стоит ли знакомить Дилана с Райаном. Сначала я не хотела знакомить их, потому что боялась,
