что наши отношения не продлятся долго, но теперь, когда я знаю, что хочу, чтобы Дилан оставался в моей жизни покуда он хочет в ней быть, возможно, пришло время познакомить его с Райаном.
Много раз, когда мы были вместе, Дилан проявлял интерес к знакомству с Райаном, но я всегда находила предлог, чтобы отсрочить неизбежное.
Сегодня вечером мы только что заканчиваем ужинать в ресторане быстрого питания в трех кварталах от моей квартиры. Когда Дилан подвозит меня до дома, я не целую его и не желаю спокойной ночи. Вместо этого я приглашаю его войти в квартиру, чтобы познакомить с братом.
— Только если ты уверена, детка.
Он прикасается к моей щеке.
— Я не хочу тебя ни к чему принуждать. Я хочу встретиться с ним потому, что он важная часть твоей жизни.
— Ты прав, он — важная часть моей жизни. И ты тоже.
Я сжимаю руки на коленях.
— Но прежде… Есть кое-что, что ты должен знать. То, о чем я тебе не говорила.
— О Райане?
— Да. О том, как он оказался в инвалидном кресле.
Я откидываю голову назад и закрываю глаза. Причина, по которой у меня не хватало смелости рассказать ему о той ночи такова, что я боялась, что он посмотрит на меня по-другому, решит, что я не та женщина, которой он меня считал.
— В чем дело? Ты же знаешь, что можешь рассказать мне обо всем.
Не глядя на Дилана, я рассказываю ему темную сторону своей истории. Он уже знает о моей матери и о том, как она умерла, как я решила заботиться о Райане. Итак, я рассказываю ему о той ночи, о том, как Райан появился на моем пороге, попросил денег, а я отказала. И как мое решение повлияло на его судьбу.
— В него стреляли по моей вине. Если бы я только дала ему деньги, сейчас все могло бы быть по-другому. Он мог бы ходить… жить…
— Ты не можешь знать этого наверняка. Я думаю, ты ошибаешься, виня себя за случившееся.
Он кладет руку поверх моей, тепло его прикосновения проникает в мою кожу, успокаивая нервы.
— Что, если бы ты дала ему деньги, а те парни решили, что им нужно больше, и все равно выстрелили бы в него? Ты не можешь знать, что он не оказался бы в инвалидном кресле.
— Райан не согласен.
Я смотрю на дом, и чувствую, как душа уходит в пятки.
— В любом случае, не жди, что он будет милым с тобой. Он очень зол и полон горечи и живет прошлым.
— Я не боюсь встречи с ним.
Дилан поворачивается ко мне.
— Может быть ему поможет, если он увидит, что ты живешь своей жизнью. Ты могла бы вдохновить его делать также.
— Сомневаюсь.
Я не рассказывала Дилану о том, каким злым может быть Райан и о его угрозах. Последнее, что мне нужно, это чтобы Дилан думал, что я в опасности, и чувствовал необходимость предпринять шаги, чтобы защитить меня, может быть, даже вызвать полицию.
— Ты уверен, что готов встретиться с ним? Ничего страшного, если ты передумал.
Дилан кладет руку мне на спину.
— Я не передумаю. Это твоя жизнь, и я хочу быть ее частью.
— Хорошо.
Я открываю дверь и выхожу из машины. Порыв ветра сдувает волосы мне в лицо, и я откидываю пряди назад, заправляя их за уши. Поднимаю взгляд на квартиру. По моей коже пробегают мурашки, когда я вижу Райана, сидящего у окна, свет в гостиной создает вокруг него ореол.
Даже с расстояния его холодный взгляд заставляет меня вздрогнуть. Ни за что. Я не могу поступить так с Диланом или с собой.
Я поворачиваюсь к Дилану, стоящему рядом со мной.
— Прости меня, милый. Я думала, что готова.
Я провожу рукой по волосам.
— Но нет. Может, сделаем это в другой раз?
Он притягивает меня в объятия, окутывая одеколоном как теплым плащом.
— Безусловно. Если тебе нужно больше времени, все в порядке. Я никуда не денусь.
— Чем я заслужила тебя?
— Чем я заслужил тебя?
Он крепко целует меня в губы. Я чувствую вкус мятных и шоколадных конфет, которые он хранит в своей машине.
Взгляд Райана прожигает мой затылок, но мне все равно, что он смотрит. Я нежусь в объятиях Дилана.
Именно я прерываю поцелуй.
— Спасибо за понимание. Я позвоню тебе завтра после работы.
— Хорошо. Не забудь, что я буду готовить для тебя ужин.
Дилан уже приготовил для меня несколько вкусных изысканных блюд на кухне виллы, которую оставил ему отец. Он потрясающий повар.
Он целует меня в лоб и садится в «Мерседес». Перед тем как уехать, он высовывает голову из окна.
— И не беспокойся о сегодняшнем вечере.
— Ладно.
Я обнимаю себя руками, наблюдая, как его машина уезжает.
На тяжелых ногах вхожу в квартиру. Райан все еще находится у окна, черты его лица искажены яростью.
Осталась неделя до истечения назначенного мной срока, а он ничуть не изменился. Раз или два мне казалось, что он начинает жить своей жизнью. Теперь он чаще и дольше разговаривает по телефону — и не только для того, чтобы заказать еду.
Две недели назад, придя домой, я обнаружила на кухонном столе два бокала вина. На одном из них был отпечаток губной помады. Четыре дня назад я увидела на его кровати красный шарф из пашмины. Цвет резко выделялся на фоне черных простыней.
Мысль о том, что он, возможно, встречается с кем-то, обрадовала меня. Я думала, что это улучшит его настроение, что он не будет возражать против того, чтобы я встречалась с Диланом. Я ошибалась.
В тот день, когда я сказала ему, что у меня есть парень, он бросил в меня бутылку вина. Я увернулась в последнюю секунду, и она ударилась о стену позади меня. Я до сих пор вздрагиваю, когда вспоминаю взгляд, с которым он велел мне порвать отношения с Диланом. Конечно, я отказалась и игнорировала его истерики всякий раз, когда встречалась с ним.
Почему он считает, что ему можно встречаться, а мне нельзя? На прошлой неделе я нашла в себе смелость спросить его, встречается ли он с кем-то. Он сказал, чтобы я отвалила. Так я и сделала. Я продолжила встречаться с Диланом, сосредоточившись на собственном счастье. Но я напомнила Райану о решении, которое он должен принять.
— Ты снова была с ним, — произносит он чуть ли не рыча.
— Да, Райан.
Я прислоняюсь к дверной раме.
— Он —
