К сожалению.
— Это, — снова «родил» Мирон Александрович.
Лениво подошла к нему и подала свою руку, даже не глядя на то, что он там выбрал. Уже можно не смотреть, чтобы знать, что там очередной булыжник на полоске золота. Будто я порцию яда всегда с собой в кольце ношу.
— Как тебе это? — спросил «жених», пока я разглядывала длинные серьги, висящие на металлическом дереве.
Повернула голову и сначала наткнулась на серые глаза, смотрящие на меня с ожиданием, а затем опустила взгляд на свою руку и обнаружила на пальце маленькое колечко с россыпью драгоценных камней. Тонкое, но вместе с тем заметное и яркое, несмотря на монотонность.
— Красивое, — одобрительно кивнула я и слегка пошевелила пальцем, наблюдая за тем, как камни отражали свет.
— Белое золото, шестьдесят три бриллианта… — устроил промо продавец.
— И стоит оно как год моего обучения, — вздохнула я разочаровано, снимая кольцо. — Может, всё-таки, «Спаси и сохрани»? Я даже сама могу за него заплатить.
— Упакуйте, — потребовал Мирон Александрович, отдав кольцо продавцу.
— Отличный выбор! — дежурная фраза и такая же дежурная улыбка продавца, у которого явно были вопросы к нашей странной парочке, но чувство такта не дало ему их задать. — Вашей невесте очень идёт.
— А почему именно это? — решила я полюбопытствовать, пока мужчина упаковывал кольцо и пробивал чек. — Раздробили один большой бриллиант на кучу маленьких, пока я отвернулась?
— На глаза твои похоже, — ответил Мирон Александрович, убирая кредитку в кошелек.
— На глаза? Такое же круглое?
— Такое же яркое и блестящее, — ответил он и заглянул в мои глаза. От столь пристального и сосредоточенного на мне взгляда я даже слегка смутилась. — Если посмотреть в твои глаза, когда ты улыбаешься — а улыбаешься ты часто — то может показаться, что в них сияет россыпь звёзд. Это очень красиво, — уголка его губ коснулась легкая улыбка.
— Спасибо, — смущенно опустила я глаза.
— Но с зашитым ртом было бы еще красивее, — добавил Мирон Александрович словно между делом.
— Убийца романтики, — вздохнула я и обратилась к продавцу, с которым как раз встретилась взглядом. — Представляете, за кого замуж приходится выходить?! Он даже «себе в зеркало не улыбается от того, что серьёзный такой».
— Противоположности притягиваются сильнее всего и держаться крепче, — знающе ответил мужчина и поставил передо мной маленький бумажный пакетик с кольцом. — Счастья вам и всего доброго! Вы очень красивая пара!
— Спасибо, — улыбнулась я и пошла вслед за Демоней, который клал на комплименты нашему «союзу» с высоты своей важности.
Глава 19
Напевая себе под нос, тихо вошла в лифт за Мироном Александровичем, чтобы подняться в его квартиру. Опустила взгляд на кольцо и пошевелила пальцем, чтобы полюбоваться игрой света на бриллиантах. Красиво, черт возьми!
— Чему улыбаешься? — раздался совсем рядом голос Демони, который, наконец, отлип от телефона и электронной почты в нем.
— Да так, — повела я плечом, вздохнула и посмотрела в металлическую стену перед собой. — Думаю, как Тимке попу мыть с такой россыпью бриллиантов? А если какули застрянут между камнями? Неудобно потом будет его возвращать.
— Оставь себе. Оно твоё.
— Тогда можете не платить мне зарплату за месяц работы у вас. Я сдам кольцо в ломбард и покрою год обучения. Шучу, конечно, — посмотрела я на мужчину и слегка пошатнулась, обнаружив, что всё это время он на меня смотрел, подперев спиной стену лифта. — Я его верну. Возможно, оно пригодится вашей настоящей невесте.
— Я не планировал никаких невест кроме одной фиктивной. Так что в этом кольце нет никакой для меня нужды.
— Вы в монастырь собираетесь уйти? — спросила я, и лифт остановился, выпустив нас из узкого пространства.
— Это тебя не касается, Уральцева, — ответил Мирон Александрович и открыл дверь своей квартиры, пропуская меня вперед.
Благоразумно прикусила язык. Если его жена умерла при родах или сразу после, то его нежелание строить личную жизнь с кем-либо мне понятно. И вмешиваться в эту тему с, наверняка, тупыми вопросами, я больше не стану.
— Мам, мы приехали, — оповестил Демоня о нашем присутствии.
— Слышу, не глухая, — тут же донеслось бабкино ворчание, а следом в дверном проеме появилась и она сама с Тимом на руках. На щеках его были видны дорожки слёз, а по заплаканным глазкам сразу стало понятно, что плакать он закончил буквально только что. — Весь день сегодня капризничает. Сам не свой. Не знаю, что с ним делать, — передала она малыша отцу.
— Зубик, наверное, режется, — вытянула я губки трубочкой и тронула Тимку за руку, отчего он сразу потянулся ко мне. — Иди ко мне, сладкий. Любиться будем. Да?
— Руки сначала помойте, барышня, — тут же полился яд в мою сторону от демонической мамочки.
— Ох, точно! — в общем-то, тут она была права — руки после улицы нужно мыть, но тон ее мне категорически не понравился. — Как раз смою пыль с новых бриллиантиков. Красиво, правда? — показала я ей кольцо на пальце, махнув рукой прямо перед ее лицом.
Кажется, демоническая мама за эту короткую секунду успела сосчитать все шестьдесят три бриллианта и прикинуть стоимость этого кольца.
— Мирон, ты в самом деле настроен серьёзно? — обратилась она тут же к сыну.
— Мам, ты же все прекрасно видишь своими глазами. К чему эти глупые вопросы?
— Ты никогда не слушаешь моих советов, — дергано бросила женщина и схватилась за свое пальто.
— Один раз я тебя уже послушал и к чему меня это привело? — холодно спросил Мирон Александрович и родственники устроили между собой переглядки, в которых я Тим явно были лишними.
— Пойдем, солнце, руки мне помоем, — мягко забрала малыша из рук Мирона Александровича и ушла с ним в гостиную, где оставила его среди игрушек на несколько секунду, быстро сполоснув руки в ванной комнате. — Теперь твоя нянька чистая. Смотри, какая блестяшка!
Показала ребенку кольцо, которое он вместе с пальцем захотел засунуть себе в рот. Не позволила. Мало ли — проглотит кольцо.
— Слюней у тебя сегодня многовато, Тимурчик. Похоже, и правда второй
