даже думает обратное. Надеюсь, я понятно выражаюсь, индюшата глупые мои.
– Вполне, – хмуро процедил Стас. – У вас в руках наш корабль и неведомая хрень, которую вы считаете инопланетным артефактом. Мы торчим здесь вторые сутки, значит для чего-то мы вам нужны. Вопрос – для чего?
– А вот это разговор разумных существ. Кое-кто желает мило побеседовать с дорогими гостями.
– Ещё один допрос? – презрительно сощурился Стас.
– Не совсем, – улыбнулся Кирби. – Но этому хм… человеку отвечать лучше честно. Просто примите как добрый совет. И может быть, даже жить будете. Возможно, даже неплохо так жить. Впрочем, это не обязательно. У вас всегда есть выбор пойти прогуляться по астероиду, если, конечно, понимаете, о чём я, мои драгоценные…
* * *
После того как пират ушел, у друзей оказалось не более минуты на то, чтобы просто успеть переглянуться и недоуменно пожать плечами. После чего дверь камеры вновь открылась и неразговорчивый охранник в закрытом шлеме, не оставляющим сомнений жестом указал на выход.
Дик вскочил с лежанки первым и, несколько поспешно, будто опасаясь, как бы хозяева не передумали, протиснулся в коридор. Стас тоже поднялся. Едва бывшие пилоты оказались в коридоре, конвоир без слов приказал им следовать за ним.
Некоторое время пленники шли по узким техническим коридорам, разделённым переборками-шлюзами, створки которых сейчас были открыты. Окружающие стены выглядели старыми и потёртыми, бежевая краска местами облезла, за ней проступала серая пластиковая обшивка. Освещение обеспечивали четыре тонкие люминесцентные полосы – две тянулись по стенам у самого потолка, ещё две – вдоль пола.
– Послушай, приятель, куда ты нас ведёшь? – попытался завести разговор Стас. Но пират продолжал упорно играть в молчанку, лишь широкие плечи дрогнули и вновь поникли.
– Слушай, ты вообще говорить умеешь? – не выдержал Дик. – У тебя имя есть? Нас тут вроде передумали за борт выбрасывать…
– А ну, молчать! – резко прервал их шагающий впереди охранник. Будто собака пролаяла. Должно быть, это были его первые слова за неделю, так тяжело они прозвучали. А ещё в голосе охранника читалась усталость и… крайняя степень раздражения. Ему точно не хотелось ни общаться с пленниками, ни сопровождать их. Наверное, он и вовсе предпочёл бы всех тут перестрелять и остаться в одиночестве, дай ему волю. Пилоты сочли за лучшее умолкнуть и лишний раз не раздражать своего конвоира.
Время от времени друзья переглядывались между собой. Дик, как мог, жестами давал понять, что сейчас, мол, самое время наброситься на охранника сзади, завладеть оружием и… Но Стас лишь отрицательно мотал головой, никак не желая участвовать в авантюре. Он явно на что-то рассчитывал, и спустя пару безуспешных попыток «докричаться» до приятеля Дик, наконец, успокоился, и с хмурым видом принялся сверлить взглядом спину шагающему впереди бандиту.
Коридоры, и шлюзы сменяли друг друга и вскоре пленники потеряли им счёт. За всё время блужданий им никто так и не встретился – судя по всему, команда у пиратов для такого гигантского корабля была не слишком большая, а эта часть контейнеровоза выглядела и вовсе необитаемой. Наконец, незадачливые пилоты и их сопровождающий оказались напротив ничем не примечательной двери. Пират торопливо коснулся сенсорной панели ладонью.
– Войдите, – резко прозвучало за дверью, и та отъехала в сторону.
Пират указал на вход и проследил, чтобы пленники вошли, но сам при этом остался снаружи. Дику даже показалось, что их конвоир облегчённо выдохнул.
Это было просторное служебное помещение, сейчас превращённое в нечто среднее между жилой каютой и складом. Здесь нашлось место для койки, рабочего стола с экраном и голографическим интерфейсом, ещё одного, значительно более длинного, стола, заставленного непонятного назначения приборами, а вдоль стен лежало множество наваленных друг на друга ящиков, местами закреплённых скобами и тросами, местами – нет. Освещение было очень слабым и исходило от встроенных в пол крохотных светильников, а не от стен или потолка. За рабочим столом угадывались человеческая фигура – там кто-то сидел.
– Проявление вежливости. Возьмите себе эти устройства для принятия сидячего положения, – прозвучал неестественно дребезжащий голос из полутьмы.
Дик и Стас недоумённо переглянулись и посмотрели по сторонам. У стены, на одном из ящиков, обнаружилось несколько складных стульев. Друзья взяли себе два, разложили и поставили напротив стола. Лица собеседника по-прежнему не было видно.
– Кажется, нас не представили? – первым не выдержал Дик. – Хотелось бы знать, с кем имеем дело…
– Осознание. Мой голосовой тембр и фигуры речи всё еще далеки от ваших стандартов? – не то спросил, не то высказал очевидное незнакомец.
– Эээ… да, – удивлённо кивнул старший помощник. – Прошу прощения, нам передали, что с нами хотят поговорить, но не сказали, кто. Это ведь вы?
– Подтверждение. Мне нужна от вас некоторая информация, – произнёс собеседник. – Но прежде я должен поделиться информацией с вами, чтобы непонимание не мешало вам отвечать на мои вопросы. Вывод. Так будет проще.
– Мы согласны, – кивнул Стас, усаживаясь на стуле поудобнее. Рядом примостился Дик. Слушать всегда легче, чем отвечать самим – с таким подходом никто из приятелей спорить не собирался.
– Корректировка восприятия. Я ненадолго повышу интенсивность светового излучения, чтобы ваши несовершенные органы зрения сумели меня идентифицировать. Пожелание. Не удивляйтесь и сохраняйте спокойствие.
Светильники на полу резко увеличили яркость. На этот раз пилотам удалось отчётливо рассмотреть склонившегося над столом собеседника – вполне себе человеческую фигуру с мало похожим на человеческое лицом. Нет, формально, всё было на месте – рот, нос, уши, волосы, брови… Вот только невозможно было определить пол – отсутствовали как мужские, так и женские признаки. А черты лица выглядели словно размытыми. Как будто кто-то решил создать никуда не годный манекен, безликую маску или отвратительную пародию на живого человека. Непонятное существо кривило тонкие губы в усмешке. Или правильнее было сказать – скалилось?
– Попытка предостеречь. Не пугайтесь. Сейчас я снова погашу освещение, так как мои фоторецепторные клетки значительно более чувствительны, нежели ваши. Высокий уровень светового потока для меня нежелателен.
Лампы действительно почти погасли, каюта вновь погрузилась в мрачную полутьму. Голос тем временем продолжал вещать:
– Визуальное подтверждение. Я продемонстрировал вам свой облик. Учтите, что он наиболее адаптирован для вашего вида в целях нормального восприятия. Достичь идеального сходства пока не получается. Прямое следствие. Как вы можете догадаться, я – не человек.
– Это мы поняли, спасибо, – озадаченно пробормотал Дик, и тут же спросил: – Но кто вы? Как нам вас называть?
– Разъяснение. Как такового имени, присущего вашей культуре, у меня нет. Есть должность и положение. Можете называть меня Маклер. Я представитель народа, живущего довольно далеко отсюда, – последовал ответ. – В сферу
