Уваров первым вышел из заимки и заскользил лыжами к березняку. Идти было недалеко и вскоре Уваров оказался на месте. Он забрался в заранее оборудованный шалашик и притаился. Стояла звенящая тишина. Но вместе с рассветом стали появляться звуки живого леса. Где-то скрипнуло дерево, закричала какая-то птица, пролетела стайка белых куропаток. Чучела на березах стали видны отчетливо и Уваров торопливо ждал. Вдруг он боковым зрением уловил движение какой-то тени. Уваров скосил глаза вправо и замер. На расстоянии в метрах пятьдесят от него в березняк зашел лось. Это был крупный самец, темно-серой окраски. Мускулистые ноги и поджарый круп выдавали в нем огромную силу. Вместе с тем это был красавец. Его голову украшал тяжелый куст рогов, но нес он их легко и гордо. Лось постоял несколько мгновений, с шумом втянул в ноздри свежий воздух, на секунду замер, затем дрогнул и широкими шагами скрылся из виду.
Уваров перевел дыхание. Слышно было, как под телогрейкой громко стучит сердце. Счастливая улыбка осветила его лицо. На какое-то время он потерял ориентацию и очнулся только от легкого шелеста крыльев. Над березами с чучелами зависла стайка косачей. Они как в танце перемещались легкими движениями крыльев, оценивая обстановку, и наконец приняв решение поочередно расселись на ветвях берез. Какое-то время косачи еще настороженно оглядывались вытянув шеи, но успокоившись, притихли оглядывая окрестности. Зрелище было захватывающим. Краснобровые петухи с красочным оперением смотрелись на фоне голубого неба и белых берез очень живописно. Уваров полюбовался на пернатых, по охотничий азарт взял свое и он не без осложнения спустил курок. Выстрел разорвал тишину, раздалось хлопанье крыльев, дым развеялся и Уваров увидел под березой двух, бившихся крыльями, косачей. Он вылез из укрытия, забрал трофеи и опять залез в шалаш. Решил еще подождать.
XVIII
Савелий с Анной услышали выстрел, и Савелий заметил:
— Ишь, дождался-таки Николаевич.
Они уже подходили к болотцу, как вдруг впереди бежавший Валет остановился у сосны, сделал стойку и залился звонким лаем. Савелий шепнул Анне:
— Давай тихонько обходи и осторожненько приближайся к сосне. Валет подержит. Но только белый балахон надень. Я здесь подожду. Савелий накинул на Анну белый балахон, сшитый из холщовых простыней, подтолкнул ее легонько и пожелал удачи.
Анна перехватила ружье, вогнала в ствол патрон с картечью и, вслушиваясь в лай Валета, стала приближаться к сосне, обходя ее стороной. Лыжи бесшумно скользили по мягкому снегу. Вот и сосна, под которой заливался лаем Валет. Заметив Анну Валет залаял еще яростней, царапая когтями ствол дерева. Анна с замирающим сердцем, сдерживая дыхание, медленно двигалась вперед. Валет скосив глаза на Анну, сменил интонацию. Лай стал отрывистым и глуше. Он встал передними лапами на ствол сосны и поднял морду вверх, как бы показывал Анне, где дичь. И Анна увидела птицу. Какой она раньше не видела. Это был глухарь. Он сидел на толстом суку, слегка растопырив крылья, распустив веером хвост и вытянув шею в сторону собаки. Красочное оперение и внушительный вид поразили Анну. Она с восхищением и любопытством смотрела на птицу. Успокаивая дыхание. Глухарь звонко цокал крючковатым клювом, ругаясь с Валетом и находясь на высоте, чувствовал себя в полной безопасности. Цоканье сопровождалось легким шипением
Анна, насладившись представленным зрелищем, сошла с лыж и решила сделать пару шагов, что бы улучшить себе обзор. Она подняла ногу, повела ее вперед и вдруг почувствовала, что ее что-то держит. Не правая нот повисла в воздухе, Анна потеряла равновесие, послышался треск разрываемой ткани и она рухнула в снег. Послышался шум взлетевшей птицы. Анна в азарте вскочила и здесь раздался выстрел. Валет с осуждением посмотрел на Анну и бросился в сторону выстрела.
Анна отцепила подол балахона от сучка, торчащего из под снега, поглядела на разорванную ткань, с сожалением огляделась вокруг и одев лыжи направилась в сторону Савелия.
Савелий ожидал Анну. Около него бегал возбужденный Валет. На снегу рядом с Савелием лежал, распластав крылья глухарь. Анна перевела взгляд с глухаря на Савелия:
— На меня как раз вылетел. Я его и снял — ответил тот на молчаливый вопрос Анны.
Выслушав рассказ Анны, Савелий взял вину на себя:
— Надо было подвязать подол-то. Не смекнул, что великоват тебе будет балахон. Ну, не расстраивайся, девонька, постреляешь еще.
Вдалеке опять послышался выстрел.
— Воюет отец-то. Давай-ка и мы двинемся — сказал Савелий, заталкивая глухаря в котомку.
Вскоре они подошли к болотцу.
— Здесь болото небольшое, — объяснил Савелий — За ним опять бор, а там уже и большое болото. Бывает, бегаем туда за клюквой и морошкой.
На болоте Валет вспугнул стайку куропаток. Анна с Савелием стреляли влет. Три птицы рухнули в спет.
104
— Молодец. Аннушка — одобрительно крякнул Савелий Твои пара-то. Теперь вижу, что держала ружье в руках раньше.
Они перешли кромкой болота, свалили еще пару куропаток, сделали небольшой круг и вышли опять на бор. Здесь они перекусили. Савелий развел небольшой костер, набил в котелок снега, вскипятил и заварил чаем.
Пили с блаженством, чувствовалась усталость и охотники, откинувшись спинами на котомки, сидели, наслаждаясь окружающим видом. Солнце уже перевалило за зенит. Его яркие лучи пробивались сквозь зелень сосен и играли искрами на белом девственном снегу. Где-то деловито работал клювом дятел. Ярко рыжая белка перемахнула с сосны на сосну, свесив мордашку взглянула на отдыхающих и взлетела по стволу, скрывшись среди веток. Отдохнув, охотники пошли в сторону заимки.
И все таки охотничье счастье улыбнулось Анне. Валет подлаял глухаря и в этот раз она не оплошала. Больше нее, видимо, радовался Валет. Он бегал вокруг Анны, подскакивая, порываясь лизнуть ее в лицо, обнюхивал глухаря, зализывал свежую кровь. Подошел Савелий и похвалил Анну:
— Вот и ладно. Аннушка, с почином тебя. Теперь пора к заимке. Сумерки уже скоро.
Подходя к заимке, они увидели дым из трубы. Уваров был уже в избе. На плите злился чайник, в кастрюле варились две тушки косачей. Было тепло и уютно. На столе в плетенной берестяной хлебнице, ломти ржаного хлеба, несколько очищенных луковиц. Отец и дочь встретились, как после долгой разлуки. Они оживленно делились впечатлениями, в деталях описывали свои успехи. Савелий с улыбкой слушал их, иногда вставляя свои пояснения.
— Сейчас на глухаря охота не так интересна, а вот весной, дай Бог, на глухариные тока сходим. Вот это, скажу я вам, охота — Савелий замялся, видимо, подыскивая подходящие эпитеты, но не нашел и закончил — В общем это надо испытать.
