что же с ней происходит. Как вышло, что она угодила в ловушку и оказалась в подземном мире своих кошмаров? Если она главная героиня этой истории, то и ошибка допущена именно ею. Но какая? В чем она была не права? Слишком доверилась Охотнику, хотя с первого момента знакомства с ним догадывалась, что верить ему нельзя, что он не способен ни на сочувствие, ни на благодарность. И все же тот поворот, что он оказался заодно с Королевой, слишком неожиданный. Что бы сказал на это Даниэль? Кстати, как он там? Уже смог поговорить с Оливией? Почему так долго не звонит?
Чувствуя, что сходит с ума от нетерпения и ощущения собственного бессилия (здесь она заперта в палате, в сказочном мире – и того хуже), девушка взяла мобильный и набрала номер Даниэля.
– Есть новости? – спросила она, когда он принял вызов.
– Ты прямо вовремя. Как раз собирался тебе звонить, – ответил приятель. – Говорил с Оливией…
Он замолчал.
– И что? – не выдержала Анна.
– Даже не знаю, как тебе сказать… – Парень замялся. – Она и слышать не желает о твоем отце. Мне даже показалось, что она рада их расставанию. Может, я, конечно, не прав, просто она очень гордая и не хочет показывать слабость.
Анна вздохнула. Ей почему-то казалось, что стоит сделать всего лишь шаг, извиниться, признать ошибку, и все пойдет как по маслу. Наверное, этого недостаточно.
– Ты передал мои извинения? – уточнила она.
– Неужели ты думаешь, что я тебя подведу? – рассердился Даниэль. – Я пытался убедить ее, но она упертая. Ни о нем, ни о тебе и слышать не хочет. Понимаешь, если бы мои слова могли способствовать примирению, я бы сделал все что угодно.
– Я понимаю, – грустно согласилась Анна, глядя в безликий белый потолок. – Неужели я напортачила так сильно, что ничего уже невозможно исправить – и в сказке, и здесь?.. Значит, наказание мне по заслугам.
– Какое наказание?
Внезапно ей расхотелось обсуждать что-либо с Даниэлем. В конце концов, пора прекращать надеяться на других, ждать совета и сваливать на них ответственность. Она сама должна отвечать за свои поступки и самостоятельно искать решение проблем. Может, в этом и окажется залог успеха.
– Что случилось? Расскажи. Тебе нужна помощь? – настаивал Даниэль. Все-таки он был ей настоящим другом.
– Нет, извини, но я должна разобраться сама, – твердо проговорила девушка.
– Как знаешь, – согласился он. – Но помни, что можешь всегда на меня рассчитывать.
– Я помню, – подтвердила Анна.
По окончании разговора она вернулась к мыслям о том, что ей нужно предпринять для того, чтобы освободиться. В сказках смерть частенько обманывают. Но можно ли обмануть хозяина подземных чертогов? Нужно попытаться. Наверное, это ее единственный шанс.
Во время обхода врач осмотрел девушку и сочувственно покачал головой.
– У тебя что-то случилось? – спросил он, садясь рядом и улыбаясь так доброжелательно, что захотелось зажмуриться, а то и вовсе спрятаться под оделяло.
– Под машину попала, – вяло ответила девушка.
– Зря ты закрываешься. Возможно, беседа с психологом тебе поможет. У нас очень хорошие специалисты, как немного придешь в себя, могу записать на групповую терапию. Она отлично работает в таких случаях, как твой. Ты очень испугалась и перестала чувствовать себя в безопасности. Вот был один пациент…
– Спасибо, не надо. – Анна решительно покачала головой, избегая смотреть в голубые, яркие, как у кинозвезды, глаза врача. Он вообще почему-то казался ей слегка нереальным, голливудским или, может быть, таким же, как австралийские пожарные со знаменитого календаря.
– Зря. – Красавчик-врач вздохнул, демонстрируя искреннее сожаление. – Но помни, что в состоянии угнетенности выздоровление происходит гораздо дольше. Тебе нужны положительные эмоции. Что ты любишь?
Анна промолчала. Она любила Принца… Кажется… Сейчас и вправду сложно было сказать что-либо точно, а поэтому она промолчала, смотря только на свой пододеяльник.
– У нас нет принудительного лечения, но все же помни: для того чтобы выздороветь, нужно сосредоточиться на хорошем. Считай, что это рецепт, который я тебе только что выписал. И подумай про групповую терапию, там отличные ребята.
Он ушел, в палату вернулась черноглазая медсестра и принялась переставлять пузырьки, наводя порядок, а сама все поглядывала на Анну.
– Меня зовут Хоуп, если не помнишь. – Она указала на бейджик, прикрепленный к халату. – Хоуп – надежда – подходящее имя для больницы. Правда?
– Правда, – безразлично согласилась Анна. Кажется, медсестра решила ее разговорить.
– Послушай, ты счастливица, – заметила Хоуп, взяв в руки пакет с соком и так и не найдя места, чтобы его поставить. – Такой симпатичный молодой человек. И такой вежливый.
– Он не мой парень, – поправила девушка. – Мы просто друзья.
– Друзья так часто не навещают! – Хоуп Хадсон посмотрела на нее лукаво. – И отец у тебя еще молодой, симпатичный… Повезло тебе, все тебя любят и за тебя волнуются!
– Все? – переспросила Анна, ввязываясь в болтовню против воли. – Только самые близкие родные – и все.
– Почему и все? – обиделась Хоуп. – А женщина?
– Какая женщина?
– Ну, она только при мне раза три звонила. Еще какая-то твоя родственница, я толком не поняла.
– Какая женщина? – Анна попыталась подняться, но медсестра ей не дала:
– Ты лежи, лежи. Отдыхай… Не помню точно… нам часто звонят. Такая вежливая, очень правильная, как мне показалось…
Анна замерла. Оливия? Нет, не может быть. Она ничего не хочет слышать ни об отце, ни об уже, наверное, бывшей падчерице.
– Она приходила?
– Нет. – Хоуп пожала плечами. – Может, она вообще не из нашего города, кто же знает. Только звонит, но очень за тебя волнуется, такое, уж поверь моему опыту, чувствуется. А молодой человек…
– Погоди! – оборвала ее Анна. – Ты, когда она в следующий раз позвонит, дай мне трубку. Хорошо? Пообещай! Очень прошу!
Медсестра посмотрела на пациентку так, словно место той было в психиатрическом отделении: остается безразлична к обаятельному молодому человеку и так интересуется какой-то странной женщиной.
– Ну хорошо, если это так важно, – протянула она.
– Это очень, очень важно, – заверила Анна. – А сейчас можно я отдохну?
– Конечно!
Хоуп сделала шаг к двери, но вернулась и поспешно поставила пакет с соком на тумбочку у кровати, улыбнулась и махнула рукой:
– Совсем с этой работой с ума сходишь! А ты отдыхай, зови, если что. Можно даже просто поболтать.
Анна до последнего боролась со сном, не желая возвращаться в ту тьму, откуда пришла, но мысли путались, а в голове набатом гудел колокол. Как там сказал врач? Головные боли продлятся еще достаточно долго. Чего еще можно ожидать после травмы?..
Но что же можно сделать, как поступить правильно?
– Как поступить правильно? – В голосе послышалась насмешка. – Вы, люди, такие смешные, все время
