их как-то наказать, так что приходится закрывать глаза на «обмолвки».
«Не поклоняются открыто Индре и то хорошо, — подумал он. — Сменится поколение и „ложные боги“ будут забыты. Главное не зевать и не давать заражать верой в них молодежь».
Махавир припомнил, что даже после принятия христианства, воины еще долго верили в языческих богов войны, нося на шее их символы вместе с крестиками.
Вот простых людей наказать за поминание всуе ложных богов было можно, теми же плетями и грязными работами, так чтобы они ассоциировались в их сознании с дерьмом. А уж тех, кто донесет, всегда хватает.
«Надо бы только как-то научиться определять ложные доносы, а то есть нехорошие примеры на этот счет в истории… — снова подумал Махавир. — Но это пусть Дакша разбирается. Напоит своими наркотическими травками с эффектом сыворотки лжи и поспрашивает, где правда, а где кривда».
— Мани… ты сможешь совершить быстрый рейд и атаковать одно из племен?
— Увы, аниш… сейчас это невозможно.
— Почему?
— Грязь…
— Ясно. Что же… грязь играет и на нашей стороне — врагу так же будет сложно совершить на нас стремительный налет. Ладно, подождем до снега. А пока он не выпал, нужно поискать олово…
Махавир вспомнил о словах директорши, коя поведала о источнике олова недалеко от Аркаима.
— Великий Ахарамузда указал мне, где относительно недалеко от нас могут находиться довольно внушительные залежи руды данного металла.
(Использована карта от читателя str. Исправления в Пролог тоже внесены).
— Где⁈ — хором воскликнули Мани и Рагху.
— Примерно в двух дневных переходах к востоку от нас. На равном удалении от истоков трех рек…
Воины понятливо кивнули головами. Они знали это место.
— Мы немедленно организуем поиски, аниш! — воскликнул Рагху.
Его энтузиазм был понятен. Олово требовалось просто как воздух с утерей источника от северных племен. Если медь они знали где добыть, хоть по нынешним временам это тоже будет весьма непросто, то вот олово… без него почти теряется смысл в добыче меди, по крайней мере в плане изготовления оружия и доспехов. А оружие требовалось и в очень больших количествах. Да и доспехи, на какое-то время фанерная защита заменит бронзу, но это все-таки сильно не то. Дерево оно и есть дерево.
Фанерные доспехи к слову сказать продолжали изготавливать ударными темпами и гвардейский отряд из двух сотен сестер битвы ими уже обзавелись в полном составе. Поскольку дерево гигроскопично, да и костяной клей тоже хорошо впитывает воду и теряет свои свойства, то доспехи хорошо просмолили и покрасили в радикально черный цвет еловым дегтем. Ну и щиты, конечно, тоже обмазали. Плюс плащи из шерстисто-конопляной ткани, как дополнительная защита от влаги, то бишь дождя, ведь плащи эти пропитаны жиром. Тоже черные.
Выглядело очень… брутально. На местных зрелище строя воительниц в одинаковых доспехах так и вовсе производило неизгладимое впечатление. Разве что личины разрешалось разукрасить на свое усмотрение. Тут уж все выделывались, кто во что горазд.
Махавир решил особо ничего не придумывать и ввел римские традиции идентификации командного состава, то бишь гребни из конского волоса на шлемах: продольные, поперечные, плюс обычные короткие султаны-пучки у десятников. Черного цвета понятное дело.
Знаменная группа. Волчьи шкуры на головы и спины. Вместо простого легионного орла — орел с человеческим торсом вместо головы. У сотен — штандарт из черной ткани с желто-красным лепестком огня и черной цифрой — номером сотни, внутри пламени.
* * *
А олово нашли и довольно быстро, управились всего за неделю, что неудивительно. Если знать, где искать, что искать, то обнаружение искомого лишь дело времени.
— Там овраг — плохое место, — рассказывал Мани о проведенных поисках. — Словно земля треснула… тянется он на пять-шесть полетов стрелы, шириной в середине чуть меньше полета стрелы… и глубиной в несколько человеческих ростов. Внутри весь порос колючим кустарником… потому я думаю, туда особо никто и не совался… ну и скот ночью мог упасть, что тоже заставляло людей во время перегона скота обходить его стороной. И вот там на глубине нашли вот это…
Командир разведчиков и дозорных вывалил на стол множество кристаллов коричневого цвета.
Махавир оловянную руду представлял как-то иначе — темные матовые голыши, но решил, что она может быть разной и такой, и сякой, и эдакой
— Нашли собственно жилу?
— Да, аниш! Полоса этих камней неширокая, всего в пару пальцев толщиной, но длинная и уходит вглубь земли.
— Отлично. Осталось добыть медь, и мы в шоколаде…
Вообще-то Махавиру хотелось шагнуть на следующую ступень развития, так сказать, перебраться из бронзового века в железный, благо гора Магнитная с высококачественной рудой под боком, но увы, в ближайшее время это было невозможно.
Во-первых, ее все-таки еще надо найти и добыть, для чего нужны бронзовые инструменты. Что будет крайне непросто в условиях противодействия недружелюбных племен и с ними придется как-то решать этот вопрос.
Во-вторых, Махавир был реалистом и понимал, что вот так сразу у него вряд ли что-то получится, даже при наличии свободного доступа к руде. Знаниями в этом плане он обладал исключительно обще-теоретическими если не сказать поверхностными (что по нынешним временам тоже немало, если уж на то пошло) и придется проводить много экспериментов, прежде чем у него в руках окажется не плохонькое железо, что по качеству будет уступать даже бронзе, а булатная сталь, что эту бронзу будет резать как дерево.
Плавка показала, что в земной трещине действительно нашли оловянную руду и немедленно была собрана команда рудокопов коя должна была добыть как можно больше руды пока позволяют погодные условия.
— Только добывайте. Перевезем потом, как снег ляжет, — напутствовал Махавир. — Сейчас на это не надо тратить время и силы.
— Как же по снегу-то?
— На лыжах…
И тут Махавир осознал, что лыжи арья не знают. Пришлось показывать и рассказывать.
Добыли руды много, даже очень много. Тонны. Прекратили добычу лишь когда повалил снег и одновременно с этим условия работы стали просто опасны для жизни рудокопов, так как шахта стала слишком сильно заглубляться, а укрепить породу нечем — начались обвалы, которые пока к счастью обходившиеся без жертв. Всю растительность извели в кострах, да и не подходила она для этих дел — кустарник вроде барбариса да хлипкие деревца типа рябины и черемухи, а крепкую древесину далеко везти.
«Но теперь уже и не
