рынке?
— Я говорил с другом из клана, — Найт сцепляет руки в замок на столе. — А обещание я дал нашему шаману. Это никак не связано с тобой.
Говорит искренне. Смотрит в глаза. Похоже, не врет.
На душе словно снова выглядывает солнце. Кажется, паранойя меня однажды до могилы доведет.
— На тебя ведется охота, — продолжает Найт. — Эрик — возможно, не единственный, кому ты нужна. Если хочешь выжить и остаться на свободе, тебе следует держаться меня.
По спине спускается холод. Деревенщины на рынке были людьми, которым просто приглянулась молодая волчица. Но даже с ними все могло закончиться плачевно. В солнечном сплетении печет зреющий стыд. Найт и правда пытается помочь, а я только создаю ему проблемы.
Ведьма в переднике приносит еду и снова круглыми глазами пялится на меня. Становится не по себе. Найт, кажется, не замечает. Наверное, это к лучшему.
Мы быстро расправляемся с едой. Мой блинчик — самое вкусное, что я когда-либо ела за всю свою жизнь. Мама никогда не баловала меня походами по забегаловкам. Да что говорить, часто у нас дома было вообще нечего есть.
Расплатившись, Найт приобнимает меня за талию и ведет к машине. Тепло его руки разбегается мурашками по телу. Еще одно новое ощущение. В закусочной, сидя напротив, я разглядывала его лицо. Он очень красивый. И эти его разные глаза… придают облику дикую изюминку. И есть что-то еще, что я не могу определить. Это ощущение пока на кончиках пальцев, как будто рядом с ним мне хорошо. К нему тянет. Хочется прикасаться. Я еще не встречала волков, в компании которых испытывала бы подобное.
— Готова к путешествию? — подмигивая, Найт открывает мне дверь внедорожника. Киваю. — Тогда пристегнись покрепче, потому что мы помчим во весь опор!
16. Кабинет Смотрителя Ковена
Ортис Аттер
Адам сидит по другую сторону моего рабочего стола. Под утомленными глазами залегли темные круги регулярного недосыпа. Он вымотан. Я обещал ему отдых, когда он договорится о передаче полукровки Ковену. Адам, кажется, выполнил свою часть уговора, но сегодня днем мне сообщили, что девчонку видели на нашем берегу. Это с одной стороны на руку, а с другой — она снова превратилась в иголку в стоге сена. Оракулы, конечно, улавливают ее волчью энергию, но им необходимо находиться в небольшом радиусе от девчонки, а она, как чувствует — все время перемещается.
Адам молчит. Видимо, не понимает, зачем я вызвал его к себе домой средь бела дня. Тем хуже для него. Его неосведомленность втыкает иглы в тело моей чести.
— Тебе Эрик что-нибудь говорил по поводу сделки? — захожу издалека.
Переговорщик поднимает на меня удивленный взгляд.
— Нет, а должен был? — он искренне изумлен.
Что же, Адам, я тебя огорчу.
— Тут такое дело, — ставлю локти на стол, упираюсь подбородком в кулак. Борода щекочет кожу. — Полукровка сбежала от Эрика. На следующий день после того, как ты заключил с ним сделку.
Брови Адама ползут наверх, а во взгляде появляется ярость. Ага, тоже чувствуешь себя обманутым?
— Этот волчара затихарился, — выплевывает и отводит взгляд. — Наверняка надеется выловить ее своими силами. Ортис, я построил диалог таким образом, чтобы он понял — эта сделка ему важнее, чем нам.
— Не сомневаюсь, что так и было, — произношу сурово, скрещивая руки на груди. — Но полукровку завтра мы не получим, и теперь ее надо вылавливать на нашем берегу.
Адам мрачнеет. Сам понимает, что это может растянуться на недели, особенно, если девчонка решит податься вглубь страны, подальше от сердца Ковена. Там ее можно будет отыскать только по сообщениям видевших ее ведьм. И все равно, мы будем постоянно на пару шагов позади.
— Ты хочешь, чтобы я организовал поиски, Ортис? — Адам, похоже, видит в случившемся свою вину, но это не так.
Откидываюсь в кресле. Зря я его прессую. Он все сделал правильно. Паршивый серебристый альфа сам не смог сберечь свой наиценнейший ресурс.
— Нет, Адам. Поисками займутся оракулы и оперативники. Все как всегда, — произношу бархатным голосом, хочу успокоить. — Твоя задача вынудить девчонку прийти к нам самостоятельно. Если возьмем ее в плен, уйдет куча времени, чтобы заставить ее доверять.
Адам кивает. Эта задача ему по плечу, не даром он лучший переговорщик всего Ковена.
— Как только мы ее выследим, тебе нужно будет поговорить с ней. Сейчас она не знает, кто она, — наклоняюсь чуть вперед, стучу по столу пальцем. — Пусть узнает об этом как можно позже, нельзя позволить ей отвергнуть Силу.
Адам поудобнее усаживается в кожаном кресле, закидывает ногу на ногу.
— Поразительно, ты ведь почти у цели! — окидывает кабинет беглым взглядом.
Слышу в его голосе восхищение. Хех, потому что он не знает, что ради этого я пожертвовал отношениями с дочерью и в итоге лишился ее. А полукровка, за которой мы охотимся — моя внучка.
— Почему именно эта полукровка? — продолжает он. — Мы ведь всегда могли изловить любого оборотня, оплодотворить его мерзостью наших женщин и получить сколько угодно гибридов!
Кулаки стискиваются сами. Мне противно даже слушать об этом. Но Адам не виноват, что наступил на больную мозоль. Пожалуй, я оставлю правду при себе.
— Ты же знаешь, волки убивают грязное потомство, если находят, — выдаю заготовленный ответ. — Она единственная живая и известная нам полукровка. И это чудо, что Эрик решил ее запереть, чтобы пытать, а не убил сразу.
Адам кивает и рапортует, что задачу понял, принял, готов исполнить роль. Тем более, что полукровка его уже видела и очень надеялась, что он ее вытащит. Не сомневаюсь. Судя по его рассказам, у Эрика она жила, как в аду, а значит согласится на что угодно, лишь бы прекратить нескончаемый ночной кошмар наяву.
Дверь кабинета за Адамом затворяется с глухим щелчком. Прислуга проводит его до двери, да он и сам знает дорогу. Смотрю в окно, ожидая увидеть высокую плечистую фигуру в пальто и повязанным поверх красным шарфом, удаляющуюся по аллее к воротам поместья.
Перед глазами против воли всплывает образ Вайт. Мой план почти подошел к завершению, и ради ее светлой памяти я просто обязан довести его до конца. Я потратил на него два с небольшим десятилетия. Это будет крах, если все разрушится, только потому что полукровку перехватит еще какой-нибудь оборотень и
