— Да как же! — усмехнулся Филиппов. — Бежал так, что только пятки сверкали.
— А господин барон? — поинтересовался император.
— Он меня лечил. Не знаю, как. А только лекари сказали, что без его помощи я бы не выжил.
Филиппов повернулся ко мне.
— Спасибо вам, господин барон! И от меня, и от супруги! И это… простите меня.
Он опустил голову.
— Почему же раньше вы дали другие показания? — спросила его Кира.
Филиппов нерешительно взглянул на императора.
— Говори, я приказываю, — кивнул его величество. — Ничего не бойся.
— Он меня заставил.
Филиппов указал на Прокудина.
— Явился ко мне в больницу. Я только-только в себя пришел, от боли ничего не соображал. Понимал только, что кончилась моя служба. Кому я без глаза нужен? И тут заходит в палату его благородие. И как давай меня пугать. Говорил, что мы с напарником сами виноваты. Пострадали по своей дурости, а из-за нас и он чуть не погиб. Обещал такой рапорт написать, чтобы меня сразу со службы выгнали и под суд отдали. Сказал, что из служебной квартиры меня выставят, и буду я с семьей на улице жить.
Филиппов злобно посмотрел на Прокудина. Было видно, что он решился идти до конца.
— А потом он предложил все свалить на господина барона. Сказать, что это он виноват.
— И вы согласились? — уточнила Кира. — И дали ложные показания?
Филиппов снова опустил голову, но тут же вскинул ее.
— Да. Я струсил. Не за себя испугался, а за семью. Как им жить на улице? Господин Прокудин сам написал бумагу, а я только подпись поставил.
— Не было такого! — взвизгнул Прокудин. — Все вранье, до последнего слова!
— Это легко проверить, — возразила Кира. — Сличим почерк.
— Да, я записал показания этого мерзавца, — ухмыльнулся Прокудин. — И что? Я утверждаю, что это он продиктовал их мне, слово в слово. И ничего другого вы не докажете!
— Докажете, госпожа адвокат, — вдруг сказал Филиппов. — Когда господин Прокудин меня обхаживал, в палату сиделка заходила. Подушку мне поправила и лекарство дала. Она все слышала, спросите ее. А господин Прокудин ее даже не заметил.
Филиппов повернулся к Прокудину и язвительно добавил:
— Конечно! Не по чину ему какую-то сиделку замечать!
— Вранье! — истерично выкрикнул Прокудин. — Все вранье! Я буду жаловаться!
Он рванулся к императору и растерянно замолчал.
Император нахмурился.
— Арестовать его.
Двое гвардейцев взяли Прокудина под руки и вывели из зала заседаний. Он не сопротивлялся, только растерянно крутил головой.
— Браво, Никита Васильевич! — усмехнулся император. — Не ожидал, честное слово!
Он вдруг поднялся.
— Всем встать! — задушенно рявкнул судебный пристав.
Публика торопливо вскочила на ноги.
— Благодарю вас, господин барон, за что, что пригласили меня сюда, — сказал император. — Но признайтесь, вы бы и без меня справились?
— Это было бы не так эффектно, ваше величество, — усмехнулся я. — А с вашей помощью вышло просто замечательно. Кстати, Прокудин получил свою должность благодаря помощи ректора Кравцова. Ректор хорошо знаком с отцом Прокудина, он сам мне это сказал. Я советую вам присмотреться к старшему Прокудину внимательнее.
— А где служит старший Прокудин? — нахмурился император.
— Помощником новгородского губернатора, — усмехнулся я.
Я сделал несколько шагов и остановился перед старым князем Трубецким.
— Я выполнил свое обещание, князь. Виновный в гибели твоего племянника наказан, и ты видел это своими глазами.
Трубецкой твердо взглянул мне в лицо.
— Как я могу отблагодарить вас, господин ликтор?
— Не искать других виновных, иначе это плохо закончится. Ты меня понимаешь?
Глава 10
Я развел руки в стороны и с улыбкой поклонился зрителям:
— Все!
Зал судебных заседаний взорвался аплодисментами и криками.
Черный кот с рваным ухом подошел ко мне и потерся головой о колено. Это демон Смерти требовал свою долю похвалы. Он и в самом деле сегодня отлично поработал — стал главной звездой представления. Самолично убил демона Страстей, откусив ему голову.
— Слышишь, Убийца? — спросил я демона Смерти. — Это они тебе хлопают.
— Правда? — обрадовался демон.
— Конечно. И ты это заслужил. Я же говорил, что в тебе пропадает великий артист.
— Я должен их отблагодарить!
Кот уселся и поднял когтистую переднюю лапу в приветственном жесте. И так застыл, наслаждаясь вспышками камер.
А я подошел к Кире.
— Спасибо, солнышко! Ты не только выиграла дело, но еще и меня спасла.
— Никита!
Кира расцеловала меня. Глаза девушки счастливо блестели.
— Я так рада!
Она опустила глаза.
— Я до последнего не верила, что нам удастся спасти профессора.
— Не верила мне? — удивился я.
— Нет. Просто все время боялась, что что-нибудь пойдет не так.
— Ты молодец, — улыбнулся я. — Отлично держалась. И выглядела такой грозной, особенно, когда уничтожала Прокудина.
— Да это ты все сделал. А я только помогала.
Я усмехнулся. Ох, уж это обостренное чувство справедливости!
— Давай считать, что мы все сделали вместе. Тем более, что это чистая правда.
— Давай, — согласилась Кира. — Но все равно — спасибо тебе!
— Никита Васильевич! — окликнул меня император. — Не могли бы вы уделить мне минуту вашего времени?
Когда императоры говорят таким преувеличенно любезным тоном, не стоит им отказывать.
— Извини, солнышко, — подмигнул я Кире. — Я на пару минут.
И подошел к императору.
— Слушаю вас, ваше величество.
— Никита Васильевич, я впечатлен! — заявил император. — Вы прекрасно провели расследование. А ваше выступление в суде — это настоящая сенсация! Не удивлюсь, если теперь у ворот вашего дома выстроится целая очередь желающих обратиться к вам за помощью.
— Что ж, у меня как раз есть парочка свободных демонов, — усмехнулся я. — Посажу их на прием граждан.
— Когда вы сказали, что не годитесь для государственной службы,
