пот, как дрожат руки, но продолжала держать ладонь на метке, продолжала звать.
Ну же.
Ну же, дракон проклятый.
Где ты?
Прошло десять минут — может, больше, может, меньше. Время потеряло смысл в этом огне, пульсирующем под кожей. Потом метка резко остыла, и я услышала хлопок крыльев за окном.
Балконная дверь распахнулась сама собой, впуская ночной ветер и Кьяртана.
Он стоял в проёме, скрестив руки на груди, и золотые глаза смотрели на меня с той смесью любопытства и насмешки, что я уже научилась узнавать.
— Звала? — Усмешка тронула губы. — Впервые. Интересно.
Я поднялась с кровати на дрожащих ногах, всё ещё чувствуя остаточный жар метки, и слова полились потоком, который я не могла сдержать.
— Завтра рассвет. — Голос срывался, но мне было всё равно. — Ущелье Мёртвых Ветров. Десять охотников. Ловушки, отравленные болты, заклинания. Засада. Не ходи.
Кьяртан нахмурился, и усмешка исчезла с лица, уступив место холодной внимательности. Он шагнул внутрь, прикрывая за собой дверь, и я видела, как напряглись его плечи.
— Откуда ты знаешь? — Голос был ровным, но в нём появилась та опасная нота, что заставляла инстинкты кричать об угрозе.
Я сглотнула, чувствуя, как пересохло в горле.
— Гильдия. — Слово вышло на шёпоте, но в тишине комнаты прозвучало как признание. — Мастер Торгус собрал лучших бойцов. Они думают, что ты шантажируешь меня. Хотят спасти. Хотят убить тебя до свадьбы.
Повисла тишина — тяжёлая, звенящая, полная непроизнесённых слов. Кьяртан смотрел на меня долго, не мигая, и я не могла прочитать выражение его лица. Потом медленно, очень медленно усмехнулся — холодно, почти жёстко.
— Значит, ты выбрала меня вместо своих.
Это не был вопрос. Это было утверждение, от которого что-то сжалось в груди, потому что он был прав.
Я предала их.
Предала гильдию.
Предала всех, кто мне дорог.
Ради него.
Он шагнул вперёд, сокращая расстояние между нами, и я инстинктивно попятилась, пока спина не уперлась в стену. Его рука легла на мою щёку — не нежно, требовательно, — заставляя поднять голову и встретиться взглядом.
— Предала гильдию ради дракона, которого должна была убить, — повторил он, и в голосе появилась та нота удовлетворения, от которой метка пульсировала жаром.
— Я не хочу умирать, — выдохнула я, и это была правда. Но не вся правда, и мы оба это знали.
Он наклонился, накрывая мои губы своими, целуя жёстко, почти больно. Поцелуй был требовательным, беспощадным, полным той дикой страсти, что я начинала узнавать. Я чувствовала вкус дыма на его языке, чувствовала, как его пальцы впиваются в мои волосы, запрокидывая голову, не давая отстраниться.
Когда он оторвался, я задыхалась, а губы горели.
— Жди здесь, — произнёс он, и в голосе появилась та нота приказа, которой невозможно было ослушаться.
— Что ты собираешься…
Но он уже разворачивался, шагая к балкону. Тело начало меняться — кожа темнела, покрываясь чешуёй, крылья разворачивались за спиной, когти скребли по камню. Через мгновение на балконе стоял дракон — огромный, чёрный, с глазами, горящими золотом в ночи.
Он взмахнул крыльями и взмыл в небо, растворяясь в темноте, оставляя за собой только порыв ветра и запах пепла.Он пойдет. Это конец.
Глава 21
Глава 21
Рассвет встречал меня холодным серым светом, пробивающимся сквозь облака.
Я не спала всю ночь. Металась по спальне, прислушиваясь к каждому звуку за окном, ждала возвращения Кьяртана. Он не вернулся. Не прислал знака. Не дал понять, что произошло.
А когда первые лучи солнца коснулись горизонта, я поняла, что больше не могу ждать.
Надо знать.
Надо увидеть.
Даже если это разорвёт меня на части.
Я оседлала лошадь и поскакала к ущелью Мёртвых Ветров, хлеща поводьями по бокам животного, гоня его быстрее, чем следовало. Ветер хлестал по лицу, путал волосы, но я не обращала внимания. В голове звучал только один вопрос, повторяющийся с каждым ударом копыт о землю.
Что он сделал?
Что он сделал?
Что я позволила ему сделать?
Ущелье показалось впереди — узкий проход между скал, где горные породы искажали магию и делали драконов уязвимыми. Идеальное место для засады.
Или для бойни.
Я увидела дым раньше, чем добралась до входа в ущелье. Тёмные столбы поднимались в небо, смешиваясь с утренним туманом, и запах гари ударил в ноздри, заставив лошадь заржать и попятиться.
— Тише, тише, — прошептала я, поглаживая её по шее дрожащими руками. — Всё хорошо.
Врала.
Ничего не было хорошо.
Я спешилась и пошла пешком, ведя лошадь за повод. Каждый шаг давался с трудом, словно ноги наливались свинцом, а воздух становился гуще. Инстинкты охотника кричали развернуться и бежать, но я заставляла себя идти вперёд.
Надо знать.
Надо увидеть.
Надо принять последствия того, что я сделала.
Вход в ущелье был усеян обломками — разбитые ловушки, разорванные верёвки, остатки заклинаний сдерживания, которые так и не сработали. Земля была изрыта глубокими бороздами — следами драконьих когтей.
А дальше начинались тела.
Первым я увидела Коула. Он лежал у подножия скалы, и тело его было обуглено почти до неузнаваемости. Только по арбалету, зажатому в почерневших пальцах, я поняла, кто это. Коул, который учил меня стрелять, когда мне было десять. Коул, который всегда первым шёл в бой и последним отступал.
Теперь он мёртв.
Из-за меня.
Я заставила себя идти дальше, мимо его тела, мимо обугленной земли и расплавленных камней. Лошадь рвалась назад, но я крепко держала повод, продолжая двигаться в глубь ущелья.
Сайра лежала в десяти шагах дальше. Её тело было разорвано пополам, словно игрушку, которую разорвал ребёнок в приступе гнева. Глаза были открыты и смотрели в небо невидящим взглядом.
Сайра, которая плела мне косы перед первой охотой.
Сайра, которая называла меня сестрой.
Мёртва.
Дальше Бренн. Потом Марек. Потом остальные — все десять лучших бойцов гильдии, разбросанные среди скал, как сломанные куклы. Кто-то обуглен огнём. Кто-то разорван когтями. Кто-то раздавлен драконьей массой.
Все мертвы.
Все.
Из-за меня.
Я опустилась на колени посреди этой бойни, чувствуя, как что-то ломается внутри. Повод выскользнул из пальцев, лошадь шарахнулась и поскакала прочь, но я не обратила внимания. Смотрела на тела людей, которые были мне семьёй, и понимала, что это я их убила.
Я предупредила Кьяртана.
Я дала ему знать, где и когда ударить.
Я подписала им смертный приговор.
— Ты… предала…
Хриплый голос заставил меня вздрогнуть и
