А разрешите, я с мамой посоветуюсь? Мама у меня врач. Уверяю вас, она не сделает ничего плохого вам с Катей. Если хотите, она никому не скажет.
– Верю тебе, глаза у тебя чистые. И врача бы ей хорошо. Только пусть она ей сразу в лоб не говорит, что врач, а вроде как моя знакомая, во Храм приехала. Попьем чайку, побеседуем.
– Ой, а мы и не познакомились! Марина.
– Очень приятно! Анастасия Матвеевна.
– Будем знакомы! А вы уверены, что она – Катерина? Мне показалось, что у нее есть какое-то сходство с Ириной Юрьевной, которую мы ищем.
– Не сомневайся, Катерина она, сама на это имя отозвалась. Катерина Шумилова.
***
Марина мчалась домой, если словом «мчаться» можно было назвать судорожные перемещения в километровой пробке. К тому же, Марина проголодалась. Перед глазами вставали по очереди сочная отбивная и ароматная курица в фольге. Не выдержав, Марина съехала на обочину у небольшой забегаловки с названием «Бистро». «Посмотрю, чем там кормят. Если совсем уж не съедобно, то возьму какой-нибудь салатик или печенье».
На удивление внутри оказалось чисто и уютно. Легкие занавески из органзы, круглые столики из цветного пластика, маленькие деревянные табуретки. Панно из дерева на стенах и деревянные вазочки. Марина села за столик. Девушка в цветном фартучке с улыбкой постелила свежую салфетку на столик перед Мариной.
– Рады вас видеть в нашем «Бистро». Есть свежие отбивные из свинины, могу предложить филе из индейки в кунжуте, на гарнир картофель фри, рис отварной или овощи, запеченные в духовке.
– Индейку и овощи. А салаты есть?
– Из огурцов и помидоров с сыром «Фета» и оливками.
– Пойдет.
– Советую попробовать наши блинчики. Не пожалеете. Наше фирменное блюдо, кто попробует наши блинчики, заказывают с собой.
– Гулять, так гулять. Чай черный без сахара и блинчики.
Девушка поставила перед Мариной тарелку с салатом. И через пять минут принесла блюдо с индейкой и овощами. «Ничего себе порции у них! А вкусно-то как. Пожалуй, я не осилю их фирменные блинчики». Марина вспомнила, что ничего не приготовила на ужин. «Бедный Андрей, работает не покладая рук, ужина нет, а я тут чревоугодничаю».
– Девушка, упакуйте мне в контейнер с собой две порции индейки с овощами и рисом, и десять штук ваших фирменных блинчиков. И, пожалуй, три порции отбивных.
Елена Алексеевна всплеснула руками, когда Марины выставила на стол контейнеры с едой.
– Зачем столько еды? Марина, а я кашу сварила.
– И каша пригодится. Может, Андрей не захочет мясо на ночь.
– У него обострение?
– Нет, дано уже не было. Мы все соблюдаем: и диету и режим.
– Правильно. Главное – режим питания, не голодать и не жевать сухомятку.
– А как сынуля себя вел?
– Прекрасно. Он так привык ко мне, пока ты гостила в Новосибирске. Так что, никаких проблем. А ты удачно съездила? Это та самая женщина, которую ищут?
– Нет, не она. Мамочка, мне нужна твоя помощь. Эта женщина пострадала во время пожара в Крохалёво. Она чудом выжила, полтора месяца бродила по лесу, пока вышла к людям. Она не совсем здорова, потеряла память.
– Ее надо всесторонне обследовать, возможно, придется поместить в стационар.
– Это невозможно, с ней начинается истерика, как только она вспоминает о пожаре. И она боится посторонних. Я пообещала Анастасии Матвеевне, что ты приедешь и осторожно посмотришь на Катерину. Хорошо, мамочка?
– Съезжу, хоть в эту субботу. Хотя я на утро записана к Тане Носик на стрижку и покраску. Но могу после беда, раз ты просишь.
– И чего просит моя благоверная? – В кухню заглянул Андрей.
– Ой, Андрей, как кстати ты пришел! Ужин уже готов.
– Вот это ужин! В честь чего такое изобилие?
Андрей первым делом протянул руки сыну, засиявшему радостной улыбкой.
– А руки мыл?
– Мыл. Мыл. Иди ко мне, мое солнышко.
– Андрей, женщина из Новотроицкого не Ирина Юрьевна.
– Я почему-то так же думал.
– Её считают погибшей на пожаре в Крохалёво, а она больна, и ничего не помнит. Но, я думаю, мы должны ей помочь. Во-первых, мама осмотрит её, чтобы назначить лечение. Во вторых, нужно восстановить ей документы, но как-то деликатно, чтобы её не беспокоить. В-третьих, понадобятся деньги на лекарства ей и ее матери. У нее мать лежит в больнице. Женщина, что приютила эту несчастную, очень бедна. И есть ребенок, ему пять лет. Мы позаботимся о ребенке.
– Интересно, кто тебе отдаст чужого ребенка? И как ты собираешься восстанавливать документы без её участия?
– Андрей, а давай посоветуемся с Федором Афанасьевичем, с нашим знакомым следователем. Ой, а кто это еще к нам? Машенька, Олег, Витюша! Проходите к столу.
«Как удачно я зашла в то «Бистро», – похвалила себя Марина.
Марина хлопотала, устраивая сестру с зятем за стол. Дети потянулись друг к другу. Витя четко выговаривал слова, и уже строил предложения. Саша говорил три слова: «мама», «баба» и «кака». Мама и баба – понятно, кто это был. А словом «кака» ребенок обозначал весь остальной мир: и гулять, и кушать, и какать. Несмотря на столь разный словарный запас, Саша и Витя прекрасно понимали друг друга. Детей оставили у ящика с игрушками.
Маша с Олегом близко к сердцу приняли судьбу Катерины. Обсуждали бурно и долго. В конце концов, решили, что Елена Алексеевна съездит в Новотроицкое, Маша с Олегом в Пушкинскую больницу, навестят бабушку, а Марина с Андреем расспросят погорельцев в Крохалёво, познакомятся с ребенком, и займутся восстановлением документов Катерины.
– Марина, а как фамилия твоей пострадавшей? – спросил, обернувшись в дверях, Олег?
– Сейчас, минуточку. Шумова. Нет, Шумилова.
– Пока, свояченица!
Марина осела на пуфик в прихожей.
– Что с тобой? – Подбежал Андрей к жене. – Устала? Тебе плохо?
– Андрей! Шумилова Катерина в Новосибирске была соседкой через забор Аркадия Кривошеева! А кто жил у него с другой стороны, не знаешь? Бабушка, мать и сестра по матери Ирины Юрьевны!
***
Андрей слегка поохав на тему: «Надо же, какие совпадения бывают», – заснул крепким сном здорового молодого мужчины. Марина повертелась с боку на бок с полчаса, и осторожно выскользнула из-под одеяла. На кухне было тихо. Уютный свет абажура выхватывал куски кухонной мебели, штор на окне, играл по кафельной плитке светлыми бликами. Марина взяла свой рабочий блокнот, ручку и задумалась.
Была ли знакома Катя Шумилова с Ириной Юрьевной? Вряд ли. Стоп! Ребенку Катерины пять лет. Что там говорила Жанна Анатольевна в Новосибирске о своей родне? Эх, что же я так невнимательно слушала, снова искать на диктофоне?.
Марина пролистала страницы блокнота. Что мы знаем? Катя с
