грусть сковывала ее сердце. Не глядя перед собой, девушка побрела в сторону дома, думая о Максиме, о Вадимовых, о несправедливостях жизни. Погруженная в свои мысли, она не заметила наблюдавшего за ней Орлова, который стал невольным свидетелем прощальной сцены с Фроловым.
– Жаль парня, – голос Орлова застал девушку врасплох, и она вздрогнула. – Простите, не хотел вас напугать… Просто видел, как вы прощаетесь.
– Я… э-э-э… Да… – замялась Анна. – Он с супругой оказался на улице. Без денег, с кредитами.
– Печально. С Юлианой, видимо, сложно.
Анна подняла голову и посмотрела прямо в глаза Орлову. Почему-то ей показалось, что сейчас она может сказать этому мужчине все что угодно и это останется между ними.
– А с кем из вас легко? – вызывающе спросила Анна.
– Не могу с вами не согласиться. Деньги портят людей.
– Знаете, устроившись на работу сюда, я часто вспоминаю фразу Марии-Антуанетты: «Если у них нет хлеба, пусть едят пирожные!» А еще знаменитого директора завода Курочкина, который крикнул своим голодным рабочим: «Не хватает денег на мясо – ешьте пирожки с ливером!»
По лицу Орлова было видно, что слова Анны его удивили. Будучи чувствительной натурой, девушка моментально уловила эту реакцию.
– Среди нас имеются образованные люди, как это ни удивительно.
– Простите, я не хотел вас обидеть. Дело не в этом. Сейчас вообще трудно с умными женщинами…
– Не говоря уже о прислуге! – перебила его Анна.
– Да что же вы так все воспринимаете?
Анна вздохнула. Она поразилась, с какой легкостью и прямотой разговаривала с Орловым. «Сегодня прямо-таки день отваги! Получите, Абашева, орден и ступайте, пока не поздно!» – говорил ее внутренний голос.
– Простите. До сих пор под впечатлением от произошедшего. К сожалению, наша генетическая память жива!
– Генетическая память рублевских нуворишей не отличается от вашей – просто они делают вид, что забыли об этом. Я еще ни разу не слышал, чтобы кто-то из богачей вспоминал, как его предки когда-то работали кучерами, кухарками, горничными. А таких среди них немало…
Девушка улыбнулась. Он говорил легко, тепло и непринужденно, как если бы знал ее долгие годы. Зазвонил телефон Орлова, и прекрасное мгновение было разрушено. Реальность вторглась в возникшую на миг иллюзию, и Анна с сожалением вздохнула.
– Прошу меня простить, но мне пора. Спасибо за прием! – Орлов поблагодарил девушку и, ответив на звонок, направился к ожидавшей его машине.
– До свиданья, – попрощалась с мужчиной Анна, спохватившись, как неприлично она его задержала, тогда как он уже давно собирался покинуть владения Вадимовых.
* * *
После случившегося вечер проходил менее весело. Гости постепенно разъехались, чувствуя испорченное настроение хозяйки, несмотря на ее попытки «держать лицо». Маша со Светой остались в гостевых комнатах, а Егор и Ангелина продолжили вечер с друзьями, выехав в Москву. Официанты и прислуга наводили порядок почти до самого утра, впрочем, как и всегда, когда проходила подобная встреча друзей Вадимовых.
Пока Валентина руководила уборкой, отдавая приказы, батлер направился на кухню.
– Зря ты его впустил, – Альберт незаметно подкрался к Михаилу, стоящему возле раковины.
От слов батлера Михаил вздрогнул, рукой провел по волосам, затем медленно развернулся к Смиту.
– Я ничего не делал, – попытался оправдаться мужчина.
– Я все видел, только сначала не узнал Фролова… Зачем?
Михаил глубоко вздохнул и опустил голову.
– Я не думал, что все так получится.
Батлер пронзительно посмотрел Михаилу в глаза.
– А я так не думаю… «Повар может не справиться с работой, только если умер, получил травму или лежит в реанимации в тяжелом состоянии». Вы отомстили за обидные слова Юлианы? – батлер снова перешел на вы.
– Нет, я всего лишь хотел показать ей обратную сторону ее поступков.
Альберт больше ничего не спрашивал, а Михаил больше ничего не говорил. Благородный батлер отчасти, а может, и полностью, разделял мнение шеф-повара, но никогда бы в этом не признался, ведь для него обнажить чувства было равносильно смене статуса.
Засыпая уже под утро, Анна стала перебирать события прошедшего вечера. Она с упоением вспоминала Орлова, который уделил ей так много внимания, и чувствовала себя по-настоящему счастливой. «Ну и что, что он богат? Неужели я не могу о нем мечтать? В конце концов, это же не запрещено рублевским законом!»
Перед тем как Анна полностью погрузилась в сон, из ее подсознания вырвался вопрос, который в течение вечера она не удосужилась себе задать: почему на праздник не вышла Антонина?
XVII
Кухня, как всегда, бурлила: стук кастрюль и сковородок, аромат свежесваренного кофе, круассанов, жареных яиц; громкие команды Михаила, суета Любы.
Анна сладко потянулась и первый раз за время пребывания у Вадимовых почувствовала себя по-настоящему счастливой. Сегодня у нее был выходной, и по договоренности с батлером она могла либо остаться дома, либо выехать в город. Девушка предпочла почитать книжку и сделать кое-какие пометки для будущей статьи.
В тот момент, когда она слушала очередные сплетни за завтраком, параллельно читая газету, в обитель Гришина влетела запыхавшаяся Ксения.
– Срочно, срочно включите телевизор.
– Что случилось? – озадаченно спросил Михаил.
Ничего не говоря, Ксения отыскала пульт и тут же настроила нужный канал. По телевизору показывали место аварии. Корреспондент, молодая женщина лет 35, комментировала произошедшее:
– Сегодня ночью на Фрунзенской набережной водитель «бентли» на скорости 147 км/ч сбил женщину, которая сейчас находится в тяжелом состоянии. Водителем указанной машины оказался сын известного бизнесмена Вадимова – Егор Вадимов. В последнее время неоднократно всплывают темы, связанные с заездами по Москве представителей так называемой золотой молодежи. Мажоры, развлекающие себя опасной ездой, регулярно сбивают людей и врезаются в другие машины, однако до сих пор никто не понес серьезного наказания. Неужели они так и продолжат откупаться деньгами отцов?
– Мда, печально все это… – заметил Михаил и продолжил заниматься своими делами.
– Все им позволено, нет справедливости, – покачала головой Люба.
– Хм… конечно откупится, куда денется… Чтобы Вадимова – да в тюрьму? Никогда! – фыркнула Ксения. Всем остальным из стаффа эта мысль тоже казалась абсурдной – никто даже на миг не мог представить, что Егор понесет наказание.
– Что же отец с ним сделает? – задумчиво-вопросительно посмотрела на друзей Анна.
– Конечно ничего… Пожурит да и все на этом. Уж не впервой, – заметила Люба.
– А если пострадавшая не дай бог умрет? – Анне никак не давал покоя этот случай.
Михаил и Люба уставились на неугомонную Анну как на умалишенную.
– Ему в любом случае ничего не будет, – ответила Ксения, лопая горячие пирожки.
– Как же так? – изумлялась Анна, но никто ничего ей больше не ответил.
– Кстати, у нас появились новые соседи.
