просто, уверенно и так, как будто мы репетировали это заранее. Я смотрела на него, на его ясный взгляд, лёгкую полуулыбку, на сдержанную силу в его осанке, и думала, что в прежней жизни, в той, где не было мачех, балов и аристократических приличий, я бы, наверное, влюбилась в него.
Но здесь… Здесь он был недосягаем. Слишком зрелый, слишком опытный, слишком далёкий. И в то же время — единственный, кто смотрел на меня по-настоящему.
— Вы удивительный партнёр, леди Аврора, — сказал он, когда музыка смолкла. — Надеюсь, это был не последний наш танец.
— С вами — точно не последний, — ответила я, и наши взгляды на мгновение встретились.
Лорд Сеймур уверенно и неторопливо повёл меня под руку сквозь зал, направляясь к колонне, у которой стояли мачеха, Генри и... ещё один незнакомый мне человек. Я заметила его раньше, но не придала значения. Теперь же его взгляд прожигал меня насквозь. Он смотрел на нас с Сеймуром так пристально, что мне стало не по себе.
Мужчина сразу привлекал внимание. Высокий, худощавый, с аккуратной щетиной и идеально выглаженным чёрным костюмом. Но не внешность бросалась в глаза, а его манера стоять. Слишком прямо, слишком спокойно и самоуверенно. И взгляд... Он не мигал, смотрел прямо на меня, как будто уже мысленно разобрал меня на части. От этого взгляда хотелось поёжиться и спрятаться за лорда Сеймура.
— Вы дрожите, — заметил лорд Сеймур почти шёпотом. — Всё хорошо?
— Просто... Немного зябко, — соврала я, хотя зябко было скорее в душе, чем в теле.
Мачеха заметила нас и тут же расплылась в своей самой сияющей улыбке — той, что она обычно приберегала для гостей с состоянием. Генри же выглядел так, будто ему подали тухлую рыбу на серебряном блюде. Он не спускал глаз с мужчины, стоящего рядом с ним, и выражение его лица нельзя было назвать дружелюбным.
— Милорд Сеймур, — проворковала мачеха, приседая в реверансе. — Какая честь! Аврора. Дорогая... Ваш танец был просто великолепен.
Сеймур склонил голову с безупречной вежливостью:
— Леди Мэриэн, лорд Генри, — кивнул он, взглянув на третьего мужчину, который не сводил с него глаз.
— Леди Аврора и лорд Сеймур, — представила нас мачеха. — Хочу познакомить вас с лордом Гарольдом Эштоном, нашим соседом. Он недавно приехал сюда, после тяжёлой утраты — потерял супругу. Произошла ужасная трагедия.
Генри сжал губы в тонкую линию. А лорд Сеймур, всё ещё держа мою руку, произнёс ровно, почти отстранённо.:
— Лорд Эштон, примите мои соболезнования.
— Лорд Сеймур, — ответил мужчина с лёгким кивком. Его голос был мягким, даже вкрадчивым, но в нём чувствовалась неуловимая, неприятная холодность.
Гарольд Эштон посмотрел на меня и снова задержал взгляд. На этот раз он изучал меня с интересом, от которого я почувствовала себя неуютно. Мне захотелось вытереть лицо платком — словно я была вещью, а не человеком.
— Вот она, юная леди Рэдклифф, — сказал он с едва заметной улыбкой. — Очарование в чистом виде.
Мне захотелось отступить, сделать шаг назад, спрятаться за спину Сеймура или даже за колонну. Но я осталась стоять, стараясь выглядеть хладнокровно. Хотя ладони стали липкими, а сердце застучало громче.
— Леди Аврора, — произнёс он, склонив голову, но взгляд при этом не отрывая. — Искренне рад знакомству.
— Взаимно, — выдавила я и тут же пожалела. Ничего не было во мне искреннего в этот момент — только желание поскорее уйти.
— Лорд Гарольд недавно вернулся из Локстона, — вмешалась мачеха, её улыбка была уже натянутой, — и изъявил желание… Поближе познакомиться с соседями.
На этом слове я поймала взгляд Генри. Он был холоден, как февральский лёд. Брат не пытался скрыть отвращение.
Лорд Сеймур мягко, но уверенно сжал мою руку, и я поняла, что он тоже ощущает угрозу. Я догадалась, что он встал рядом не только из вежливости.
Сэр Гарольд ещё раз окинул меня взглядом, от которого по спине пробежал мороз, и, не изменяя мягкого выражения лица, вежливо откланялся.
— Прошу прощения, мне нужно поприветствовать герцогиню. Но я надеюсь ещё увидеть вас, леди Аврора.
Он удалился бесшумно, как тень. Лорд Сеймур проводил его взглядом, а затем повернулся ко мне и пристально посмотрел в глаза.
Глава 22
— Побудьте здесь, леди Аврора. Позвольте себе немного покоя. Я скоро вернусь.
Лорд Сеймур подвёл меня к бархатному гарнитуру и мягко усадил на изящный стул с резной спинкой. Мэриэн присоединилась к нам, устроившись на диване и обмахиваясь веером. Мы расположились на краю галереи, где воздух был прохладнее и музыка звучала уже не так громко. Здесь, вдали от праздного гула, можно было хоть на мгновение перевести дух.
Я кивнула. Его голос успокаивал, как и уверенность в движениях. Казалось, рядом с ним невозможно бояться по-настоящему.
Он оглянулся, взгляд его скользнул по залу. Затем подошёл к Генри, что всё ещё стоял неподалёку, нахмуренный, явно не отойдя от недавней встречи. Они обменялись несколькими фразами. Я не слышала слов, но интонации были серьёзными. Генри кивнул. Сеймур положил руку ему на плечо — скорее как знак доверия, чем дружбы, — и оба, не сказав никому ни слова, направились в сторону бокового выхода из зала.
Я проводила их взглядом и вновь осталась с мачехой, которая, как всегда, принимала позу благожелательной матроны, наблюдая за залом с видом хозяйки бала. Явно что-то прикидывала в уме.
Через несколько минут к нам впорхнула раскрасневшаяся Фелисити. Щёки её пылали, причёска чуть растрепалсь от танца, глаза блестели.
— Ах, Аврора, если бы ты знала, как он танцует! — почти запела она, плюхаясь на соседний стул. — Просто парит! Но... — она замялась, пригладила перчатку, — лорд Грэхем так и не появился. Я была уверена, что он приедет. Мы ведь почти договорились о вальсе!
— Возможно, что-то задержало его, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё сжалось.
Фелисити хотела что-то возразить, но тут к нам приблизилась леди Агата, как, всегда безупречная и собранная. Она держала в руках веер, но не пользовалась им, взгляд её был сосредоточен, губы плотно сжаты. Я сразу почувствовала, что она знает что-то важное.
— Девочки, — начала она негромко, — я только что услышала весьма печальную весть. Мне сообщили, что сегодня в местной газете опубликован некролог. Маркиз Грэхем, отец Эвана, скончался прошлой ночью.
Фелисити прикрыла рот рукой:
— О... Боже…
Мэриэн побледнела и медленно подняла глаза на дочь.
— Значит, вот почему он не приехал, — проговорила она, прищурив глаза. В её голосе звучала холодность, а самообладание впечатляло. — Это всё-таки случилось. Бедный лорд Эван... Но какое неудачное стечение
