обстоятельств. Мы все так ждали его появления.
Я сдержала вздох. Неудачное стечение? Для кого — для него или для тебя?
Фелисити откинулась на спинку кресла, всё ещё потрясённая, но в глазах читалось разочарование, которое она не смогла скрыть.
— Мама, вы ведь говорили, что он, возможно, сделает предложение...
— Я говорила, что он благоволит тебе, — тихо и почти сухо поправила её Мэриэн. — Надеялась, что сегодняшний бал станет переломным моментом. Он должен был увидеть, какая ты... зрелая, достойная. А теперь...
Она не договорила. Сжала веер в руках. Я смотрела на неё и не могла поверить: мачеха не сочувствует Эвану. Она оплакивает упущенную возможность.
Покачав головой, я не сдержалась и тихо произнесла:
— Как вы можете так говорить? Человек умер. Лорд Грэхем сейчас в горе.
— Он был болен давно, — продолжила леди Агата, садясь рядом со мной и накрывая мою руку своей. — И всё же… смерть — это всегда неожиданность. Особенно для сыновей. Сейчас, вероятно, лорд Эван в поместье. Его ждёт множество обязанностей и дел. Ему не до балов.
Я кивнула, ощущая лёгкую грусть. Весь вечер я надеялась увидеть его, поговорить или хотя бы на расстоянии встретиться взглядом. А теперь всё изменилось. В груди защемило странное чувство — нечто между тревогой и сожалением.
— Надеюсь, он справится, — тихо сказала я.
— Он сильный, — твёрдо ответила леди Агата. — Но ему понадобится время. Титул и наследство — тяжкое бремя. Это огромная ответственность.
Словно в подтверждение, где-то в зале заиграла новая партия музыки, но теперь она казалась мне чуждой. Всё веселье поблёкло на фоне известий. И тень, отбрасываемая Гарольдом Эштоном, тоже никуда не исчезла.
* * *
— Это просто немыслимо. Лорд Эштон здесь… среди гостей… рядом с Авророй. — Голос его дрожал от возмущения. — Вы понимаете, кто он такой?
— Расскажите мне, — спокойно попросил Сеймур.
Генри стиснул кулаки:
— Он похоронил уже третью жену. Первую, кузину, он женился на ней, когда той было едва семнадцать. Через месяц она умерла от лихорадки, официально. Но слухи ходили… Потом вторая — дочь виконта, утонула при загадочных обстоятельствах во время прогулки на лодке. Третья — леди Бренда Сомервиль, упала с лестницы и сломала шею. И знаете, что говорят? Что он сам присутствовал при каждой из этих «трагедий».
— А следствие?
— Бездействует! Потому что он родственник герцогини Уэстморленд. Она замяла всё под предлогом скорби. Аристократы уже перешёптываются, не желая отдавать ему своих дочерей. Он стал как чума, но всё равно появляется в обществе как ни в чём не бывало… И вот теперь — Аврора. Он смотрел на неё, как хищник на добычу.
Сеймур помолчал, сжав губы. В его взгляде мелькнула тень.
— Спасибо, Генри. Вы поступили правильно, что рассказали мне это. Я сам всё выясню. Но уже сейчас могу сказать с уверенностью — он не получит доступа к леди Авроре. Я дал обещание её отцу и выполню его.
— Будьте осторожны, — предупредил Генри. — Он опасен. Если герцогиня действительно его защищает, вам нужно действовать продуманно. Мне срочно нужно отправить послание лорду Рэдклиффу, чтобы он был в курсе.
— Я справлюсь. У него не будет ни шанса. Но Аврору нужно оградить от такого поклонника. Мне показалось, или леди Мэриэн намеренно представила ему Аврору? Неужели она так сильно ненавидит свою падчерицу?
Генри скорбно покачал головой.
— Мэриэн, к сожалению, интересуют лишь деньги и положение в обществе. Она мечтает попасть в окружение герцогини. А также надеется извлечь из этого брака выгоду. Эштон — крупный землевладелец. Я уверен, он положил глаз не только на Аврору, но и на её приданое. Земли на юге плодородны, и их стоимость значительно выросла.
Постояв ещё немного в тишине, они обменялись коротким кивком. Генри первым направился обратно в зал, а Сеймур задержался ещё на несколько секунд, задумчиво глядя в темноту сада за окнами. Затем он тоже направился внутрь, с той самой твёрдой решимостью, которая позволяла ему выигрывать дуэли, переговоры и сражения.
Глава 23
Бал подходил к концу. Музыка постепенно затихала, гости расходились, и в воздухе витала усталость. Я сидела рядом с леди Агатой, ощущая, как туфли натёрли ноги, а спина затекла от долгого сидения. В этот момент к нам подошёл Генри.
— Думаю, на сегодня достаточно, — сказал он устало, но твёрдо. — Я распоряжусь насчёт кареты. Собирайтесь.
Мэриэн кивнула и поднялась, поправляя шаль. Фелисити выглядела понурой, но молча встала. Я с усилием поднялась с дивана — тело словно налилось свинцом. Я ещё раз оглянулась, это место уже не вызывало никаких эмоций — поскорее хотелось вернуться домой.
У выхода мы попрощались с лордом Сеймуром. Я поблагодарила его за вечер, чувствуя неловкость от того, насколько искренним он был в отличие от других. Генри обменялся с ним коротким взглядом — что-то в нём было недосказанным. Мы вышли в прохладную ночь. Карета уже ждала у подъезда. Швейцар открыл дверь, и мы по очереди заняли места. Лошади нетерпеливо били копытами, словно чувствовали моё напряжение.
Дорога домой прошла в молчании. Фелисити задремала, Мэриэн смотрела в окно нахмурившись. А я никак не могла забыть взгляд Гарольда Эштона — пристальный, холодный, словно изучающий. Меня бросало в дрожь.
Когда мы вернулись домой, Бетси уже ждала меня. Она помогла мне подняться, сняла плащ, перчатки, бережно расправила волосы. Лунный свет проникал сквозь шторы, делая мою комнату почти нереальной.
— Миледи, вы сегодня были так хороши, — сказала она, но в голосе сквозило беспокойство. — Только… вы не выглядите счастливой. Что-то случилось?
Я опустилась на стул и обняла себя руками:
— Да. Один мужчина… Гарольд Эштон. Он представился мне. Смотрел так… будто выбирал трофей. Мне стало не по себе. Я не могу это объяснить. Он меня напугал.
Бетси побледнела:
— Гарольд Эштон? Высокий, с бакенбардами? Тёмный взгляд?
— Да…
Она нервно сжала руки:
— Господи… Это он. Про него шепчутся все. Леди Аврора, это тот, про кого говорят, что его жёны умирали. Первая — от лихорадки, вторая — утонула, третья — с лестницы. И всё при странных обстоятельствах.
— Неужели это правда… — тихо сказала я, глядя на колеблющееся пламя свечи. — Он казался… опасным.
— Будьте осторожны, — предупредила Бетси. — Это очень дурной человек. Говорят, он приносит смерть. Господи милосердный…
Бетси перекрестилась.
— И он смотрел на вас, вы говорите?
Кивнув, я почувствовала, как внутри всё сжимается. Её беспокойство лишь усилило моё.
— Не думаю, что он проявляет ко мне интерес. Но… он подошёл к мачехе. Они о чём-то говорили. Она нас представила.
Бетси нахмурилась.
