разводе, которое я подписала кровью или в самой семье Дракстон и их магическом источнике.
Но магия могла обернуться против меня. Прежде, чем снова сбегать стоит разобраться в этом как следует. Убедиться, что после побега меня не “догонят” никакие магические последствия.
Глядя в непроницаемое лицо Кайдена, на эту маску лорда, которая будто скрывала знакомого мне фермера, я не сдержалась. Вся боль от его отказа, все унижение от осознания его лжи вырвались наружу.
— А знаешь, что обиднее всего? — прошептала я, и мой голос дрогнул, выдавая меня. — Я… мне понравился тот фермер. Было приятно говорить с кем-то просто... Чувствовать себя женщиной, человеком, а не разменной монетой… Но он оказался… тем еще драконом.
Сарказм снова вернулся ко мне и я использовала его как щит.
— Даже более изощренным в своем лицемерии, чем мой бывший муж. Мог бы и предупредить, сказать кто ты, а не развлекаться за мой счет. Тогда бы я не…
“Не полезла бы с поцелуями”, — хотелось мне сказать, но я промолчала.
Я повернулась, чтобы уйти, сил выносить этот разговор больше не осталось.
— Это не было развлечением, Агата, — раздалось за моей спиной. — Я не притворялся. Я не приемлю притворство.
— Ага, — бросила я через плечо, не веря ни единому слову. — Сказал тот, кто только что соврал своей матери о том, как и когда мы «познакомились». Ложь — это тоже притворство.
Я не стала ждать ответа. Вышла в коридор, захлопнув за собой дверь. Сердце бешено колотилось, а в ушах шумела кровь.
Они не отпустят меня? Неужели я в еще большей зад… западне, чем думала?
Глава 7
На следующее утро я проснулась еще до рассвета от холода. За ночь осень окончательно вступила в свои права, и от каменных стен замка ощутимо повеяло прохладой. Наспех умывшись и одевшись в свое пока единственное коричневое платье с цветочной вышивкой, я закуталась в темно-зеленую шаль. Ее оставила Лили еще вчера, сообщив, что это леди Дракстон передала мне. Шерсть была грубой и колючей, но чертовски теплой. Кутаясь в нее, как в плед, я почувствовала себя немного защищенной от холода и этого места.
Я выскользнула из замка на рассвете, пока он еще спал. Воздух снаружи уже был ощутимо холодным. Трава в инее хрустела под ногами, а лужицы покрылись хрупким льдом. Возле фермерского дома несколько подсолнухов поникли, почернев от ночного заморозка. Их огромные, когда-то золотые головы поникли, печальные и прекрасные в своем увядании. В этой суровой осенней красоте было свое умиротворение, но у меня на душе… Сердце учащенно забилось, стоило покинуть замковые стены.
Внутри все тревожно сжималось. Мысль о встрече с Кайденом, не с лордом Дракстоном из столовой, а с тем самым фермером, чьи прикосновения я все еще помнила на своей коже, заставляла кровь приливать к лицу. Я замедлила шаг приблизившись к загону с козами, собираясь с духом.
— Ищете кого-то, леди?
Голос, проскрипевший у меня за спиной, заставил меня вздрогнуть и резко обернуться. Передо мной стоял незнакомец. Высокий, костлявый, с кожей, похожей на старый сухофрукт. Его седые волосы коротко острижены, а лицо избороздили глубокие морщины. Но больше всего меня поразил его левый глаз. Он был закрыт, а веко прорезал грубый, белесый шрам. Второй глаз, бледно-голубой, смотрел на меня с безмятежным спокойствием.
Я чуть было не отшатнулась, но тут же подавила этот мимолетный порыв. В позе этого мужчины не было угрозы. Он просто стоял, опираясь на деревянную клюку или пастуший посох, и ждал.
— Я… я пришла за шерстью, — выдавила я, чувствуя себя нелепо. Прежде, кроме Кайдена я не видела других работников на ферме.
— Знаю, — старик кивнул, и углы его губ дрогнули в подобии улыбки. — Кайден говорил. Я Бардрик. Проходите, не стойте на холоде.
Облегченно выдохнув, я последовала за ним к сараю, где в углу лежала корзина с шерстью, состриженной с Графа.
— Вот, держите, — он протянул мне корзину.
— Благодарю вас, — я обхватила плетеную ручку, чувствуя себя донельзя глупо. Зато тревога отступала. Я избежала встречи. — Я… я раньше вас здесь не видела.
— Навещал в Мидхольде сестру, — пояснил Бардрик, и его единственный глаз на мгновение подернулся грустью. — Захворала она сильно. Пришлось помогать по хозяйству.
Я кивнула с пониманием. Решив воспользоваться моментом, пока Кайдена нет, я позвала своих козлодраков. Они оживленно ластились ко мне в надежде получить угощения, но оно их ждало позже. Я уселась на низкую скамейку, достала гребень, ножницы и позвала Роззи. Та подошла ближе и устроилась у моих ног подставляя розоватый бок. Я погрузилась в ритмичный, успокаивающий процесс вычесывания, наслаждаясь тишиной. А чуть позже начала стричь.
Именно в этот момент из-за угла сарая вышел Кайден. В простой рабочей рубахе, с засученными рукавами, он выглядел как тот самым фермер, с которым я познакомилась, которого я начала узнавать. Он что-то бодро сказал Бардрику, и старик хрипло рассмеялся в ответ. Но как только взгляд Кайдена скользнул по мне, воздух вокруг будто сгустился. Н-да, прежнего легкого и непринужденного общения с этим мужчиной точно уже не будет.
Я упрямо смотрела на Роззи, избегая высокой и мощной фигуры Кайдена. Но все равно чувствовала, как шея и щеки горят под его взглядом. Молчание оказалось невыносимым.
Голос Кайдена нарушил тишину, заставив меня снова вздрогнуть. — У тебя неплохо получается, — произнес он. В его тоне не было насмешки, он просто отметил этот факт. Но, кинув на меня очередной взгляд все же усмехнулся. — Скоро у тебя будут твои теплые носки. Дело осталось за малым — спрясть нитки.
Я не подняла глаз, продолжая водить гребнем по шерстке Роззи. После недавней “прогулки” по лесу у шеи обнаружилось несколько колтунов. — А ты пряла раньше? — спросил Кайден, сделав шаг ближе.
Вопрос застал меня врасплох. В прошлой жизни — нет, только видела как это делала прабабушка. А в этой… память Агаты Вайтфол подсказывала, что благородные девицы таким не занимались. — Нет, — коротко ответила я, и в моем голосе прозвучала непроизвольная досада. — Но приходилось наблюдать.
Кайден понимающе хмыкнул и вдруг высказал предложение, от которого у меня внутри все сжалось от возмущения. — Моя мать умеет. Она
