полу, полностью без сил.
Туго соображала. Это же просто ужас какой-то. То есть сейчас мне прилетел бумеранг? Всё то, что во мне кипело по отношению к собственному мужу сейчас испытывал Иван по отношению ко мне? Я так хотела разобраться в ситуации, а ситуация утопила меня в полной неразберихе. Что происходит то!
Усилием воли поднялась с пола, Маша заметила меня:
— Мамочка, а где папа? Он же обещал сегодня приехать. Я жду-жду.
— Машенька, поиграй с котом. Папа занят, приедет, наверное, завтра.
Такое недетское понимание сквозило в глазах моей девочки, у меня рёбра выламывало наружу. Подлетела к Маше, сгребла её в охапку, целовала волосы, чувствовала, как моя малышка замерла у меня на груди: доверчиво, трепетно.
— Машенька, доченька, обещаю тебе, что всё у нас будет хорошо. И папа к нам приедет, может быть не сегодня, но приедет. Он любит тебя, я люблю тебя. Мы всегда рядом.
— А папу больше не любишь?
Я отстранилась, заглянула в глаза ребёнку. Поняла одно, сейчас лучше не врать:
— А я и не знаю. Вот тут, — ткнула в сердце: — Люблю. Так сильно люблю, сказать не могу как. А вот тут— ткнула себе в голову, — Не знаю. Мне очень обидно, мы поссорились с папой и я злюсь на него.
— Мама, знаешь что, — Маша отстранилась от меня, погладила по плечу:
— Ты не расстраивайся. Папа сказал, что мы тебя так сильно любим, что подождём, пока ты успокоишься. Не бойся, мама. Мы на тебя с папой не сердимся. Очень-очень любим. А если кто тебя обидит, папа им как даст!
Обняла свою дочку, прежде чем она помчалась играть с Пушистиком:
— Спасибо, любимая девочка. Когда- то у нас с папой всё будет хорошо.
Или никогда, продолжил мозг…
Глава 23
Может быть когда-то у меня и будет порядок в семье, а может быть и никогда не будет… думала моя голова, нанизывая как бусины все неприятности, что свалились на нас за эти несколько дней. Внешне пыталась держаться спокойно. Того жестокого урока, когда ребёнок считал бы с меня тревогу хватило один раз.
Хаос мыслей в голове трясло как телегу на ухабах. Ракалённые нервы под кожей, бесконечные мурашки оторопью по спине пронизывали насквозь. Я прижалась лбом к холодному зеркалу в ванной, включила воду, ледяные струи обжигали кожу, когда плескала воду в лицо.
А ну, подбери сопли, — скомандовала сама себе. Надо просто во всём разобраться.
Вот теперь и вправду наступила пора засучить рукава и приниматься спасать себя. Не слишком ли глубоко влезла та “тётя Лиля” в мою жизнь. Не побоялась, дрянь, подойти к моей дочери. Иванишин не то клоуном, не то коршуном умудрился влезть в наши разборки с Иваном.
Начинать надо с девки, пока это единственное, что я знаю точно. Итак, что я имею. Видела лично её физиономию и знаю её имя: Лиля.
Пока я как сыщик искала мало-мальский выход из ситуации, у меня появилась идея. Сначала от её абсурдности просто сбрасила идею со счетов. Но желание докопаться и разыскать ту ведьму, что разрушила мой брак было настолько сильное, что я решилась. Наступила сама себе на горло, достала телефон, поискала контакт секретаря Ивана.
Набрала номер, Марина взяла трубку сразу:
— Здравствуйте, Элеонора.
— Здравствуйте, скажите, вы сейчас можете говорить?
— Да конечно.
— Марина, мне надо встретиться с вами, но так, чтоб мой муж не узнал об этом.
Она промолчала, я знала её преданность моему мужу, продолжила скороговоркой:
— Мы разводимся, я недавно застала Ивана на работе с любовницей.
— Я сочувствую вам, Элеонора, но вряд ли смогу помочь.
— Я не буду просить вас играть на стороне одного из нас. У меня конкретный вопрос по вторнику от 15 июля. Кто был дежурным секретарём…
— Элеонора, когда вам удобно подъехать?
— Нет, нет, я не подъеду к офису Ивана.
— Элеонора, я, как любая женщина на вашей стороне. Тем более, мы с вами знакомы и я вас очень уважаю. Мне очень больно слышать, что мой босс проштрафился настолько серьёзно, ещё больнее слышать вас в таком состоянии. Чем я могу вам помочь.
Я не знала с чего начать. Зная, что человек мне посторонний и торопится…
— Я застала мужа в его кабинете с женщиной на столе перед ним в похабной позе. Причём, меня вызвали туда анонимкой. У нас с Иваном скандал на скандале. Впереди развод. Но дело в том, что я не могу дышать, жить, спать, мне надо разобраться с той женщиной. Понимаете, что то здесь не так. Помогите. Пожалуйста.
— Я постараюсь. Но как? Что именно вы хотите от меня. Не стесняйтесь, Элеонора, всё останется между нами.
— 15 июля в 20 часов меня пригласили анонимкой, ну, вы уже слышали. Та женщина, что была в кабинете мужа позже отыскала мужа в парке, где он гулял с нашей дочкой. Вернее, в кафе. Мне очень страшно. Муж сказал она дежурный секретарь. Знаю только, зовут её Лиля.
— Я приеду утром пораньше в офис, найду информацию. Позвоните мне в восемь утра, Элеонора. Хорошо?
— Да, спасибо.
— Пока не за что.
Ночью лежала без сна, придавленная булыжниками разваливающегося счастья. Игра чувств превратилась в карусель, её раскручивало всё сильнее и сильнее, события чередовались одно за другим. Надежда, что Иван не виноват сменялась упорной решимостью развестись, потому что измена была просто очевидной. А вот то, что случилось буквально пару часов назад теперь скосило меня как травинку.
Мой мужчина потерял в меня веру прямо сейчас, так же беспощадно, как и я потеряла веру в него. От обиды исчез просто бегом. Даже выяснять у меня ничего не стал. Точно так же погорел на ревности, как и я.
Это должно прекратиться. Сегодня, сейчас.
Утро не наступало так долго. Села в кровати. Липким потом прилипла к спине ночная рубашка. Протянула руку к телефону. Шесть утра. В восемь моего звонка будет ждать Марина. Скорее бы восемь.
Дальше всё было как в тумане. Отвела Машуню в садик пораньше, сидела в машине, взяла телефон в руку. Набрала номер секретаря. Сжала бедный телефон так, что побелели костяшки пальцев на руке. Приложила к уху, зажмурилась, закусила губу. Что то мне сейчас Марина скажет.
Долгие гудки казались вечными. Голос Марины оборвал моё ожидание:
— Доброе утро, Элеонора.
