его шее.
— Господин дракон, прошу… он же лекарь… — осмелился вступиться староста.
Я медленно повернул к нему голову, и он замолк, проглотив ком.
— Значит, раз он лекарь, ему все дозволено? Я знаю здешние законы. Не припоминаю правила, что владение целительной магией дает право травить беззащитную девушку. А вы… — я смерил его презрительным взглядом, — вы туда же. Годами потворствовали беззаконию. Ясе топтали грядки, выбивали окна, выгоняли с рынка! А вы смотрели на это, целуя этого жирного петуха в задницу!
Староста опустил голову, вжав ее в плечи, будто пытаясь исчезнуть.
— Лекаря найти трудно… Деревня маленькая, люди болеют…
— Яся лечила без денег, — перебил я его. — Но вы этого не ценили. Сколько он на самом деле помог? А сколько людей шли к Ясе, потому что этот шарлатан драл с них три шкуры? Говоря о его вине, я говорю и о вашей. Вы вознесли его на пьедестал. Вы подарили ему вседозволенность. Вы позволили травить сироту. А теперь смеете заступаться за него? Вместо того, чтобы молить о прощении и клясться все исправить!
Последнюю фразу я прорычал, позволив клыкам и чешуе на мгновение проступить сквозь кожу. Затем, не глядя, метнул сгусток магии, и он отшвырнул лекаря в стену. Мерзавец пытался улизнуть.
Его жалкое хныканье наполнило комнату. Мне было противно смотреть на эти слезы. Сегодня во мне не было ни капли жалости.
Он годами изводил Ясю. Ей тоже было страшно. Но в отличие от этого ничтожества, она не выбирала быть изгоем. Никогда не отказывала никому в помощи.
А этот зажравшийся свин так опорочил ее имя. Жадный до каждой копейки, жизни скольких людей он поставил под угрозу? Не помогал сам и не давал пойти за помощью к Ясе.
Мерзкий, жалкий тип, живущий только наживой. Его теперь ждет строгое наказание. И что его золотые монеты, нажитые чужим горем и слезами? Они ему не помогут.
— Вы… вы убьете его? — испуганно прошептал староста.
— Нет, — резко ответил я. — Он ответит по закону. Я привел его, чтобы его заточили в темницу. Пока на этом все.
Я снова посмотрел на старосту. Тот быстро закивал.
— Мудрое и милостивое решение, господин дракон…
— Я не мудр, — отрезал я. — И не милостив. Это отсрочка. Я даю ему шанс подумать о своих грехах в каменном мешке. А вам… даю шанс искупить свои.
— Искупить? — староста растерянно заморгал.
— Его безнаказанность — на вашей совести. Судьба Ярославы — на вашей совести. Вы много лет сидели в этом кресле и не сделали ничего, чтобы остановить произвол. Теперь у вас есть два дня. За эти два дня вы исправите все, что натворили, потворствуя сотворенному идолу. Иначе… — я позволил когтям полностью выйти наружу, и они соскребли с деревянного стола длинную стружку. — Если темница вас не пугает, я напомню: я далеко не самый добрый дракон.
Глава 26
Яся
Я бы не смогла выбежать за Кайлом, даже если бы кинулась следом. Я была голая.
Пока я вставала из-под груды одеял и тулупов, дом озарила яркая вспышка. Кайл поставил защиту.
Уже через пять минут на мне было длинное шерстяное платье, тулуп, а волосы собраны в хвост. Я обула сапоги и под громкое карканье выбежала в сени.
— Тео, я не понимаю, что ты говоришь! — крикнула я ворону, который летал надо мной, не умолкая. Теперь я впервые оказалась на месте Кайла, который слышал лишь бессвязное карканье моего фамильяра.
Конь в сенях обрадовался мне, зафыркал, забил копытами, потянулся мордой к плечу. Я быстро погладила его по шее и шагнула к двери.
Но между мной и выходом тут же возникла магическая стена.
Я осторожно протянула руку. Стена ощущалась плотной, как настоящая.
— Вот же… Зачем? ЗАЧЕМ! — возмутилась я и в отчаянии топнула ногой.
Тео снова закаркал. Он пролетел надо мной и уселся на краешек стола. Я беспомощно посмотрела на него, не зная, что сказать.
Ворон каркнул и поднял правое крыло. Я не поняла. Тогда он снова каркнул и наклонил голову вправо, явно указывая в сторону горницы.
Он гнал меня назад.
— А вдруг ему помощь нужна? Вдруг его двоедушник поймал? — голос мой дрогнул от беспокойства.
Тео громко каркнул в ответ, взъерошил перья — казался всерьез недоволен моим упрямством. Даже конь слегка подтолкнул меня мордой в спину, словно поддерживая ворона.
— Вы все сговорились против меня? — выдохнула я, но… повернула в горницу. Слишком уж холодно было оставаться в сенях.
Кайл сказал, что защита будет действовать час. Придется ждать.
Тео влетел следом за мной и даже… закрыл дверь в сени.
— Я смотрю, пока я спала, вы с Кайлом нашли общий язык?
Тео каркнул и качнул головой.
— Предатель, — фыркнула я, но без злобы.
Тут из-под печки выползли мой Рыжик и — полосатый Гром. Они мяукнули почти синхронно, уставившись на меня круглыми глазами.
Тео же взлетел, подхватил что-то с пола, завернутое в тряпицу, и плавно опустился передо мной.
— Мой кулон, — выдохнула я, протягивая ладонь. Тео аккуратно уложил в нее амулет.
Удивительно: несмотря на мои проблемы с магией, Тео по-прежнему все понимал. Жаль, я его — нет.
Я покрутила в пальцах знакомый металл и вздохнула. Бросила взгляд в зеркало на бледное, усталое отражение. Так странно… Я видела себя такой всегда, но именно сейчас собственный облик наводил щемящую сердце тоску.
Тео каркнул и укоризненно на меня взглянул.
— Я хотела признаться Кайлу, — честно сказала я, опускаясь на стул. — Мне казалось, ему можно доверять.
Я посмотрела на ворона, ожидая его обычной язвительности. Но он не спорил. Просто сидел, глядел на меня своими глазками-бусинками.
— Думаешь, я могу ему доверять?
Тео всегда оберегал мою тайну. Каково же было мое изумление, когда ворон медленно, четко кивнул головой.
Я так и застыла.
— Ты… ты правда так думаешь?
Тео что-то прокаркал, потом еще, но я лишь развела руками.
— Не понимаю, прости…
Тогда он снова кивнул.
От этого молчаливого одобрения на душе стало чуть легче. Значит, я не одна увидела в Кайле того, кому можно открыться. Первого, кому я сама готова была рассказать все.
Вот только…
Я глубоко вздохнула. Мне нужно было кому-то выговориться. А сейчас, пока Кайла нет и я заперта,
