class="p1">— Скажи ещё, что у тебя не шалят, — проворчал Батиста.
— Шалят, — признался Симон. — Всё время кажется, кто-то в спину смотрит. Недобро так, с прищуром…
Бариста резко развернулся назад, но позади были только Симон и шлюзовый люк.
— Мне тоже… кажется, — выдохнул он. — Надо было успокоительного принять по паре капель перед выходом, всё веселее было бы.
— Да ну, а вдруг бежать придётся, а у нас ноги заплетаются? — возразил Симон.
И осторожно пошёл по коридору, обходя Батисту.
Подстраховывая друг друга, кузены добрались до шлюзовой камеры. Здесь коридор кончался, вливаясь в обширное помещение, рассчитанное на несколько шлюзовых отсеков. Никаких следов колонистов, пришельцев, кого бы то ни было здесь не нашлось. Только казалось, что из других коридоров, ведущих к шлюзам, кто-то следит недобрым взглядом.
— Пусто, — вздохнул Батиста. — Схему корабля бы добыть…
— Да он такой огромный, что мы здесь год плутать будем! — возмутился Симон. — Сейчас поблизости осмотримся, поснимаем коридоры — и назад, у нас договор на пятнадцать минут записи, а не на обход всей этой махины!
Словно в ответ на его слова, в темноте загорелась цепочка зелёных огоньков, похожих на чьи-то глаза. Кузены шарахнулись друг к другу, но это оказался внезапно оживший терминал.
— Загружаю схему корабля, — послышался мелодичный, но безжизненный женский голос. — Вы находитесь здесь…
На появившейся схеме мигала крохотная красная точка.
— А говорили, корабль мёртвый и на связь не выходит, — испуганно прошипел Батиста.
— Так, может, все колонисты в спячке, — возразил Симон. — Поэтому и молчит, некому тут командовать. Ну-ка, где мы там…
Когда кузены подошли к терминалу, участок схемы с красной точкой увеличился, показывая более детально ближайшие помещения.
— А вот как раз хранилище для тех, кто в стазисе, — Симон ткнул пальцем в карту. — Прямо, направо, прямо. Давай туда. Отличные будут кадры.
Воодушевление приглушило страх. Батиста и Симон почти бегом направились по намеченному маршруту, и вскоре стояли перед плотно закрытыми дверями.
Поискав, где можно открыть их, и ничего не найдя, Батиста решился:
— Корабль, открыть хранилище!
— Выполняю, — послышался тот же голос.
Показалось, или в нём мелькнули нотки злорадства? Да ну, опять нервы… Надо было, действительно, выпить немного перед выходом…
Затаив дыхание, кузены ждали, нетерпеливо подсвечивая фонарями в расширяющуюся щель. Сейчас они войдут и увидят там стройные ряды стеллажей, на каждом — одну над другой стазис-капсулы… И они будут первыми, кто разбудит это сонное царство! Какие отличные получатся кадры…
Наконец двери открылись достаточно широко, чтобы можно было пройти, и Батиста первым протиснулся внутрь. За ним влез Симон. И оба замерли, потрясённые до глубины души.
Огромный зал был пуст. Стеллажи стояли — но на них не было ни одной стазис-капсулы. Только пустые решетчатые полки, и больше ничего.
— А где все? — растерянно спросил Симон. — Где люди? Эй, корабль?
— Вы единственные люди на борту, — ответил женский голос.
— Она издевается, — буркнул Батиста. — Куда же все делись?
Корабль молчал.
Развернувшись, кузены выбрались из хранилища обратно в коридор. Здесь им больше нечего было делать.
— Куда дальше? — спросил Батиста. — Я за то, чтобы вернуться на «Бригитту», раз тут больше никого нет, кроме нас…
— Этого я не говорила, — послышался голос.
— ЧТО⁈ — кузены так и подпрыгнули, оглядываясь по сторонам.
Раз они не единственные, кто находится на борту, значит… Значит, здесь где-то прячутся злые пришельцы!
— Кто ещё есть на «Ковчеге», кроме нас⁈ — требовательно спросил Батиста, давя нотки паники в голосе.
— Я, — ответил корабль.
— Фух… — облегчённый выдох вырвался у кузенов с такой силой, что запотели шлемы. И сквозь испарину почудилось, что кто-то пересёк коридор прямо перед ними.
— Что это⁈ — подскочил Симон.
— Где⁈ — отпрянул Батиста.
— Только что тут был! Эй, Корабль!
— Меня зовут Стефания, — в голосе ИИ мелькнули капризные нотки. — Пожалуйста, обращайтесь ко мне по имени, как вы это делаете по отношению к вашему кораблю.
— Стефания, что это сейчас здесь двигалось⁈
— Ремонтный робот, — ответил корабль. — Двери в хранилище открываются слишком медленно. Они давно не использовались, и им нужна настройка.
— Фуууух…
— Стефания, — вдруг оживился Симон, — а далеко отсюда мостик?
— С вашей скоростью передвижения… — начал ИИ, но Симон его перебил:
— Метро работает?
— Что ты затеял? — спросил Батиста.
— А ты представь — мы с мостика «Ковчега» передадим привет всему человечеству! Вот будет хохма! Стефания, так метро работает? И связь есть?
— Метро находится неподалёку от вас, — ответил ИИ. — Следуйте за голоуказателями…
По полу побежала зелёная стрелка. Батиста попытался остановить кузена, но того было уже не удержать.
— Это будет круче, чем продать запись головизионщикам! Мы будем героями! Пока они там сопли жуют, мы всё тут разведаем! И вообще по космическому праву «Ковчег» теперь наш! Он ничей, и мы его нашли, значит наш!
Это поразило Батисту как удар грома. Формально кузен был прав. Ничейное судно, найденное любым экипажем, принадлежит тому, кто его обнаружил, если нет других собственников. Какие собственники могли быть у «Ковчега», построенного сотни лет назад?
Это открывало такие перспективы, что у Батисты дух захватило, и он поспешил за Симоном.
Вскоре зелёные стрелки привели кузенов на пустую посадочную площадку.
— А где вагончики? — озадаченно спросил Симон.
Ответом ему стал долгий скрежет, прокатившийся по всему кораблю и стихший в мучительном стоне.
— Что это было⁈
— Запускаю метро, — ответил ИИ. — Вагон метро будет у платформы через десять… девять…
На счёте «один» из тоннеля метро появилась капсула вагончика, на счёте «ноль» она остановилась у перрона, призывно распахнув дверцы.
— А про связь она не ответила, — проворчал Батиста, усаживаясь рядом с кузеном.
— Тоже поди не работает, потому что некому, — отмахнулся Симон, странно воодушевлённый всем происходящим. — Сейчас приедем, и всё включится!
— Надеюсь, что так, — вздохнул Батиста. — А если нет?
— А если нет — поедем обратно на «Бригитту» и продадим несколько записей в несколько студий, — решил Симон. — Мы богаты, Батиста, ворчун ты старый, мы богаты!
Батиста промолчал.
Вагончик остановился у одной из станций и дальше не пошёл. Открытые дверцы явно приглашали выйти,
