ней изумительной пьесой великого Островского.
28 апреля 1994 года. Он.
Ляля сидела на краю кушетки и, улыбаясь, разглядывала лежащего перед ней мужчину.
Она только что приняла душ. На ней была его рубашка, которая чуть прикрывала Лялино роскошное тело. Лялина грудь была просто великолепна, несмотря на то, что она уже давно миновала рубеж в двадцать пять лет.
Прекрасно зная свои лучшие стороны, она и сейчас чуть больше приоткрыла свое тело и наслаждалась произведенным эффектом.
Его глаза снова затуманились, он порывисто обнял ее. Но тут, как будто споткнувшись, остановился и Лялину руку выпустил.
– Что? – недовольно спросила Ляля.
– Все, надо идти.
– Куда?
– Дочку из детсада забрать.
– Так рано еще. А что, жена не может дочку забрать?
– Слушай, Ляля, оставь мою жену в покое!
– А я ее и не трогаю. Андрюш, сейчас все так удачно складывается – Володя только через три дня вернется. Ну придумай что-нибудь для жены. Скажи, что на судно вызвали срочно… что-то случилось… Когда еще так повезет, что он в походе, а ты на берегу? Останься! Я тебе такую ночку обещаю – не забудешь!
И так она говорила-уговаривала, так призывно вздымалась ее грудь, что Андрей, поколебавшись, сказал:
– Ладно, Лялечка, скоро буду. Не одевайся!
Ляля счастливо засмеялась и дала поцеловать себя на прощание.
На улице было не по-весеннему холодно и промозгло. Город давно жил без солнца, без тепла. Здесь все казалось неумытым, заброшенным, забытым. Дома стояли в ободранной штукатурке с забитыми всяким хламом балконами. Казалось, это здесь никого не волновало. Это было не важно. Потому что все здесь подчинялось одному – служению ледяному морю на холодных стальных чудовищах, которые то темными китовыми тушами торчали из воды, то железными ихтиозаврами безмолвно стояли у причалов, ощерившись воинственными пушками.
Навстречу Андрею попадались знакомые офицеры, улыбались, приветствуя его. И ему показалось, что все они в курсе, откуда он идет, и что собирается делать потом.
На душе стало мерзко.
Оазисом посреди серой улицы сиял огнями цветочный ларек. У входа стоял хозяин ларька, пожилой азербайджанец Карим. Увидев Андрея, он прямо расцвел.
– Здравствуй, дорогой! Как дела?
– Здравствуй, Карим. Все нормально.
– Жену решил навестить?
– Да.
– Заходи.
– Спасибо.
Андрей вошел в цветочное царство. Ароматы гвоздик, роз и лилий, свежесть зелени обхватили его прозрачным облаком.
– Здравствуйте, барышни! Хорошо тут у вас, красиво.
Две «барышни», одна из которых была его Настя, заулыбались и прекратили свою любимую работу – оформление букетов.
– Что желаешь, молодой-красивый? – шутливо спросила Варя, Настина напарница.
– Желаю букет для любимой женщины, да получше!
– Да ладно, Андрюша, не надо! – запротестовала Настя.
– Надо, надо!
Андрей выбрал букет из благоухающих лилий и протянул его Наде.
– По какому случаю, Андрюша?
– А просто так, без случая. Ты когда заканчиваешь?
– Через полтора часа.
– Тогда я Нюшку заберу из садика?
– Конечно! Вот она будет рада!
– Мы ждем тебя дома. Ну я пошел.
Маленькая теплая Нюшина ладошка, что доверчиво лежала в руке Андрея, примирила его со всем миром. Уже казалось неважным, что его, мичмана, мало кто во что ставит. Как же, ведь они – офицеры! А он – нет. Но он нашел себя и здесь. Умел заводить знакомства, что при его интендантской должности было очень важно. Организовывал отдых высших офицеров, возвращавшихся из походов и истосковавшимися по твердой, пусть и неласковой северной земле. Характер у Андрея был покладистый, а сам он слыл жизнерадостным и неунывающим. Да еще он был очень симпатичным мужчиной. Это, правда, ему мешало, потому что активные офицерские жены откровенно клеились к Андрею, особенно когда их мужья уходили в свои длинные походы. Вот такой активной и Ляля оказалась. Проходу не давала. И однажды Андрей сдался.
Связь тянулась и тянулась. Ляля была ненасытна. Ему уже так хотелось все прекратить… Намекнув ей однажды, что пора расстаться, услышал в ответ:
– А я могу сделать так, что твоя Настена все узнает.
– И чего ты добьешься?
– Бросишь ее, женишься на мне.
– Ага, а когда я уйду в моря, еще такого Андрея найдешь!
– Нет, такого не найду!
Он вспомнил, отчего ушла из школы его Настя и стала торговать цветами. Потому что здесь, в цветочном ларьке, никакой сопливый мальчишка не мог ей заявить: «Вот только попробуйте мне двойку поставить. Мой папа – капитан второго ранга, и он уволит вашего мужа-мичмана, и вам нечего будет есть!» А Настя с отличием закончила пединститут, между прочим…
Да, было и такое.
– Папа, пойдем в магазин!
– В какой, Нюша? – На самом деле он знал, в какой.
– В игрушечный.
– А что ты хочешь там купить?
– Барби.
– Так у тебя есть уже.
– Еще хочу!
Нюша насупилась и даже ножкой притопнула.
– Ладно, пойдем.
– Ура! – крикнуло это трехлетнее существо и подпрыгнуло от радости.
28 апреля 1994 года. Она.
Были такие предметы, которые Надя терпеть не могла. Но училась как-то, плыла по течению. Поступив по настоянию родителей в институт авиаприборостроения, причем, очень легко, она на первых курсах буксовала по высшей математике и начертательной геометрии.
Непредставление трехмерного измерения мучило ее. Это потом она узнала, что большинство женщин этим страдают— так уж устроены их головы… А тогда она просто извелась, считая себя чуть ли не какой-то неполноценной…
И вот сейчас, уже на третьем курсе появились некоторые интересные предметы. Антенные устройства, например. Кто-то, может, скажет: ничего хорошего да и сложно. Но Наде это давалось легко. И лабораторные работы она сдавала вовремя, и многие из группы у нее даже списывали.
Был, конечно, здесь еще один момент. Кроме интереса к предмету у Надежды был интерес к человеку, которому этот предмет помогал заработать на кусок хлеба. Иными словами, к преподавателю.
Звали его Олег Сергеевич.
Молодой аспирант с антенной кафедры сразу покорил сердца многих студенток. Он очень доходчиво излагал на лекциях свой предмет, и было просто невооруженным глазом видно, что он влюблен в него. Влюбилась и Надя. Сначала в Олега Сергеевича, а потом и в антенные устройства. Казалось, Олег Сергеевич, или просто Олег, как его про себя называла Надя, тоже был к ней неравнодушен. На лекциях часто останавливал на ней свой взгляд и объяснял наиболее сложные моменты, глядя ей, Наде, прямо в глаза…
Сегодня Надя решила задержаться на кафедре. Надо было к зачетной сессии выяснить пару моментов из жизни любимых антенных устройств. Конечно, с любым преподавателем можно поговорить, но Наде любой не подходил, и она очень надеялась, что там будет Олег Сергеевич!
Надю окликнула Ира, ее одногруппница
