единожды слышал подобные мечты подопечного и каждый раз сильно кривился:
— Юный господин, серпенты — разумные существа. У них полноценная цивилизация, пусть и дикарская. Они не зверушки в магазине!
— Ага-ага, — кивал парнишка, мечтая о мелком друге-змеёныше. Беленьком и пушистом. И чтобы импринтинг обязательно. Тогда мелкий будет предан на все сто процентов хозяину.
Подросток запустил на смарте знакомый до пикселя ролик. Там на зелёной подушке, сплетённой из длинных листьев, забавно прыгал весёлый человечек высотой сантиметров в двадцать. Пушистая грива белой шёрстки покрывала голову и всю спинку. Спереди — совершенно лысая грудка.
А ног у змейчика не было — от пояса шёл самый настоящий змеиный хвост, раза в три длиннее тела серпента. Белоснежные чешуйки перемешивались с жёлтыми и серебряными, складываясь в чумовой орнамент.
Хвостатый пушистик что-то весёлое чирикал, смешно размахивая миниатюрными ручками. Да, они разговаривают. Правда, скорее цокают и поскрипывают. Так смешно!
Серж безумно мечтал о таком друге. У них же много денег. Не хватит, что ли? Ну разумные эти змейчики, и что? Будет жить в доме с ним и получать зарплату, как остальные люди.
— Молодой господин, только что сообщили, что завтра последние тесты, если результат будет удовлетворительный — нас выпустят на поверхность.
Голос за спиной заставил Виллоби вздрогнуть. Забыл об охраннике! Фух! Глянул с укоризной на мужика, сидящего у дверей.
Правда, тут же разулыбался — угрюмый охранник с лысиной и без бровей выглядел, как трансвестит без макияжа. Брутальный такой транс. Но об этом сравнении парень благоразумно промолчал — ещё пришибёт Сашко́. Эти русские — те ещё отморозки.
А новость хорошая! Неужели завтра?
День прошёл, как на иголках, да и ночью заснуть никак не удавалось — выспался на сто лет вперёд. Прокрутившись в постели почти до рассвета, Виллоби решил прогуляться до автомата с водой в конце коридора гостевой зоны.
Натянул симпатичный комбез. Хоть что-то хорошее в этой дыре. Комбинезон почти не ощущался на теле — лёгкий и уютный. Парень решил прикупить себе такой дома, на Земле. Плотные кроссовки в комплекте тоже отличные, хоть и не брендовые. В этом в школу не пойдёшь, но гулять по дому — очень даже круто.
Тихо выглянул из двери спальни. Охранник Сашко, дремавший на диване в гостиной, не шелохнулся. На цыпочках прошмыгнул мимо него и выскользнул в коридор. Там, ожидаемо, никого не было — ночь, однако. Побрёл к автомату, крутя головой, — сейчас станция выглядела странно и где-то даже крипово.
Серж деланно стал посвистывать, шагая по каменным плиткам длинного коридора. Миновал десяток дверей и, может, пошёл бы дальше, если б одна из дверей справа не моргнула индикатором и не высветила голограммку «Выход». А это он удачно тут оказался!
Кто его знает, куда был выход, но мальчишке до тошноты всё надоело — хотелось наружу. Адаптация уже кончилась, да? Ему говорили, что вокруг станции безопасная зона в сотню километров. Он же глянет одним глазком — и обратно. Ну не убьют же его, правда? Серпенты — не агрессивная раса. Да и вообще, на Кэйррош-Л опасных животных нет.
Парнишка ещё раз с сомнением покачался на носочках кроссовок, а потом осторожно дотронулся ладонью до двери. Та с лёгким шипением открылась, и за ней зажегся неяркий неоновый свет. Серж шагнул внутрь и замер на пороге небольшой комнаты. Точно! Шлюзовая!
Дверь закрылась, мягко подтолкнув подростка в спину. Ожил экран, и искин предупредил, что начинается процедура обеззараживания. Тут же из щелей в полу несколько раз брызнуло какой-то вонючей гадостью, и шлюзовую заволокло сизым дымом. Ну, это парню знакомо.
Через несколько секунд дым рассеялся, а под экраном открылась неглубокая ниша.
— Возьмите бот-респираторы, — скомандовал компьютер.
О! Как ими пользоваться, мальчик знал. Он цапнул три небольших шарика с подставки. Пару впихнул в ноздри, а третий, покрупнее, положил под язык. Подождал, пока боты раскроются, яростно щекоча нос и гортань, перекрывая воздушные пути. Поборолся с желанием то ли чихнуть, то ли прокашляться. Через секунду боты слабо бжикнули, сообщая, что активированы.
К его разочарованию, дверь вела лишь во внутренний дворик станции, а не наружу. Слева располагались всякие технические постройки. Скучные, как вся база. Справа и до самого трёхметрового забора, окружавшего станцию, виднелся ухоженный небольшой садик с высокими ветвистыми деревьями. Над головой нависло тёмное небо — звёзд не видно из-за сильной облачности.
Но это же небо! Настоящее инопланетянское небо! А под ногами чужая земля! Настоящий Кэйррош-Л! Парень замер, очарованный. Похлопал ресницами, крутя головой в разные стороны.
— Обалдеть! — прошептал он и тихо двинулся в сторону сада.
Смотреть тут оказалось не на что, потому через полчаса Серж обнюхал всю доступную территорию и, в итоге, замер у забора меж деревьев, пытаясь рассмотреть, что там снаружи.
Ограждение условно прозрачное, как ему рассказывал наставник Рольд. Пластик пропускал только свет и яркие пятна. Сейчас же, ночью, и того не видно.
Секунду поразмыслив, пацан с кряхтением полез на соседнее дерево. Выдохся моментально, но вскарабкался по удобным толстым ветвям достаточно высоко, чтобы разглядеть мир за забором.
Ничего он там не увидел, кроме таких же деревьев, сколько ни вглядывался. По ту сторону лес утопал в кромешной темноте.
Хрень какая! Паренёк покопался в поясе комбеза — там вроде какой-то спаснабор есть. Наконец, выудил из расстёгнутых кармашков кучу мелкого хлама. Что-то уронил вниз. Но фонарик всё же нашёл. Небольшая черная пластинка озадачила Сержа Виллоби. Он что-то слышал о таких фиговинах, но как активировать — не помнил.
— На лоб мне его, что ли, приклеить? — спросил сам себя и, недолго думая, приложил пластинку ко лбу. Та с готовностью присосалась к коже, и ровный луч света скользнул по ближайшим деревьям.
Подросток завертел головой, играя с лучом и изучая лес за забором. И чуть не заорал, когда луч осветил тёмное большеглазое лицо существа, смотревшего на Сержа из-за ограждения почти в упор.
Виллоби со всхлипом содрал фонарик со лба, гася свет, и затаился, испуганно прижавшись к стволу дерева. Стало тихо, лишь сердце барабанило в груди. Несколько минут ничего не происходило. Подросток до боли в глазах вглядывался туда, где
