его глазах.
Он будто ослепил меня взглядом, поскольку я тут же посмотрела на него в упор и осеклась. Встала столбиком с поднятыми вверх руками. Будто меня застукали за чем-то непристойным.
— Тебе точно понравилось, — смеется мужчина, слегка закусывая нижнюю губу.
Поспешила отпрыгнуть от него. Но не ухожу.
Он нежно берет меня за руку:
— Ну что, ко мне?
— Нет уж! — начинаю закипать снова и, наконец-то, оборачиваюсь, чтобы поскорее уйти.
— Постой, — он так и не отпустил мою руку, отчего мне приходиться вновь посмотреть на него. — Ты извини меня. Мы с ребятами закусились немного, — опять подходит ко мне вплотную. — Но я рад, что так получилось.
От этой самодовольной улыбки у меня даже дар речи пропадает. Чего не скажешь о незнакомце.
Он ловко вынимает из кармана моей джинсовой куртки телефон. Отключает блокировку, моим же пальцем. Все движения плавные и уверенные. Руку мою не отпускает. Боится, что я убегу?
— Вот, мой телефон, — вбивает номер в список контактов под именем «Классно целуется». — Позвони мне. Продолжим начатое.
При этом нагло улыбается, смотрит мне в глаза. Удивительно, но он не делает себе дозвон с моего телефона. То есть, мужчина четко уверен, что я обязательно позвоню. Ведь он «классно целуется». Отсюда же делаю свой вывод: у него таких, как я, много. И даже если я не позвоню, он найдет себе утешение в объятиях другой дамочки. Фу…
Сразу, как только мой телефон возвращается мне в карман, я поворачиваюсь на каблуке на сто восемьдесят градусов и спешу уйти. Стыд-то какой…
Но опять не получается!
Снова моя рука в его лапище!
Снова он разворачивает меня к себе. Но теперь как-то мягко получается…
— Запомни, — целует он мою руку. Сначала тыльную сторону, потом ладонь. — Ты все равно будешь моей.
Глава 2 Лена
Ой-ёй-ёй… Что со мной только что приключилось? Кажется я умерла и попала в ад. А может в рай?
Ой. Даже не знаю.
Как реагировать на это все?!
Бежала до дома на автопилоте. Думала на скорости пылающие мои щеки охладятся. Ан нет. По-прежнему горят. Да так сильно, что прикоснуться к ним боишься. Словно изнутри начинают меня выжигать.
Стою в прихожей. Подпираю дверь. Боюсь отлепиться. Упаду. Ноги совсем не держат. И дело не в беге на каблуках. Коленки до сих пор трясутся.
«Классно целуется»…
Черт. А этот тип знает себе цену!
Ну конечно! У него таких вагон и маленькая тележка. Вот только я не собираюсь запрыгивать в этот вагон. И тем более меня не устраивает тележка!
Ладно. С пьяными пререкаться нельзя. Тем более с такими сильными, как он. Ну поцеловалась с незнакомцем. Буду вспоминать это как самый свой необдуманный и сумасшедший поступок, когда стану старенькой старушкой. Будет чего со Светкой обсудить!
Так. Стоп. Никаких больше Светок. Никакого шампанского. Если бы была я трезвая, я бы не позволила себе подобного! Наверное…
Ой-ёй-ёй-ёй-ёй… И еще раз ой-ёй-ёй-ёй…
Начинаю медленно сползать по двери на пол, но в кухне вдруг включается свет, отчего и прихожая становится освещенной. Встаю резко на ноги. Стою крепко. Кажется.
— Мам, ты чего? — Ромка не выглядит усталым и заспанным, хотя уже поздно.
— Ты чего не спишь? — начинаю переводить с себя стрелки.
— Завтра воскресенье. Я вот сидел на кухне, какао пил. Тут ты пришла. Странно как-то в этот раз. Стонешь. Свет не включаешь.
— Я просто…
— Ты пьяная что ли? — перебивает меня сын.
— С чего ты взял?!
— А чего дверь подпираешь? Отойти боишься? — смотрит он на меня пристально.
Пока я тушуюсь в поисках ответа сыну, он уже вплотную ко мне подошел.
— Ну-ка дыхни?
Я на автомате дышу сыну в лицо. Но тут же осекаюсь и бью его легонько по плечу:
— Ром, блин, что за шуточки?!
Сын смеется.
— Ты же так меня проверяешь, когда я прихожу поздно! Так что, все по честному!
Мы смеемся. Фух. Кажется меня отпускает. Я дома. Со мной мой сын. В целости и сохранности. Даже шутит.
Я разуваюсь. Земля! Сразу чувствую облегчение. Все-таки бегать на каблуках то еще испытание.
— Мам, ты помнишь, что у меня послезавтра соревнования? — внезапно вырвал меня из своих мыслей Рома.
С протяжным стоном разочарования морщусь и прикрываю глаза.
— Мам, это же твое недовольство, да? Или ты реально забыла?! — Рома смотрит на меня ошарашенными глазами.
— Это я недовольна, — спешу успокоить сына. — Ты же знаешь, что из меня зритель никудышный. Я всегда сижу во время твоей борьбы вот так, — прикрываю ладонями лицо.
— Так ты и в понедельник так сиди. Мне нужна ты будешь потом. В конце.
— Зачем? — кажется, я действительно что-то забыла.
— Там будет тренер из Москвы, — радует меня сын своим заключением, что я еще пока нормальная мать. — Он переехал к нам недавно. Вернее, вернулся на родину. Он местный. Ты не можешь его не знать! Владислав Арсеньев!
Видя гордость и радость сына, судорожно пытаюсь вспомнить это имя. Может, в школе вместе учились? Или жили по соседству? Но ничего не выходит.
Стыдливо и отрицательно качаю головой.
— Мам, ну ты чего?! — начинает ругать меня сын. — Это же шестикратный чемпион Европы, олимпийский чемпион по классической борьбе. Он даже однажды был признан лучшим спортсменом России!
— Вау, — даже не пытаюсь показать восторга.
— Вот вечно ты так! О голливудских звездах ты много знаешь! А о своих чемпионах?! Даже стыдно за тебя! — надувает губы Рома.
— Зачем он придет к вам на соревнования?
— Ты что не поняла?! — громко цокает сын. — Он будет тренировать в нашей школе несколько групп новичков. Но хочет взять под опеку пацанов, которые дают классные результаты. В общем, у кого способности есть! А мы с Илюхой Нелидовым самые крутые в нашей школе! Так что, у нас есть все шансы к нему попасть!
Тот факт, что мой Рома и этот Илья Нелидов самые перспективные борцы нашей спортшколы, мне известен. Они нередко на местных окружных соревнованиях выходят в финал. Также мне известно, что Рома с Ильей и в жизни самые настоящие соперники. Только если мой не пытается соревноваться за пределами спортшколы, этот Нелидов не упускает шанс вытянуть Ромку на драку где-нибудь в подворотне. В итоге, мой сын не только получает травмы и переломы на тренировках, но и приходит с синяками после прогулки. Городок у нас небольшой, поэтому, находясь в разных компаниях, проживая в разных районах, Рома с Ильей нет-нет да пересекаются. За пределами школы кулаки идут в ход без соблюдения правил.
Ромкины восточные
