к Арсеньеву мечтали попасть не только Рома с Ильей. Есть и другие способные парни.
Директору неудобно перед чемпионом, но обращается он все же ко мне:
— Елена Владимировна, мы постараемся решить этот вопрос.
— Если позволите, — обращается Владислав Игоревич к директору, — я могу проводить дополнительные групповые занятия всем борцам школы. Хотя бы раз в неделю для каждой группы. Постараюсь передать им свой личный опыт, поработаю с психологией парней. Чтобы таких проблем не было.
— А это вариант, — тут же подхватывает директор спортшколы предложение чемпиона. — Вот только с оплатой… Нужно будет с вами переговорить на эту тему.
— Я готов проводить их бесплатно, — жестко отрезает чемпион и смотрит пристально на меня.
Вот это чемпион. Теперь понимаю восхищение Ромы. Он и сейчас смотрит на своего нового тренера с восторгом. Даже я готова воскликнуть от радости.
— Мы все-таки обговорим этот вопрос, — уточняет директор, не скрывая довольной улыбки. — Так что, Елена Владимировна? Теперь вы не будете против?
Я смотрю на Рому:
— Пообещай, что с Нелидовым ты больше не будешь ввязываться в драку за пределами татами, — строго говорю сыну.
— Обещаю! — радостно восклицает Рома.
— Не мне обещай! А Владиславу Игоревичу, — перевожу взгляд на тренера. — Мне ты уже три года обещаешь, но все равно продолжаешь приходить с синяками.
Я уже поняла, что мой сын нашел в чемпионе настоящего наставника. Он будет к нему прислушиваться, а иногда и просто слушаться. Хочешь, Лена ты этого или нет, но с этим человеком тебе дальше не просто контактировать, а сотрудничать. Сына воспитывать одной тяжело. А сына подростка тем более. Иногда мне кажется, что я не справляюсь. С Олегом Алексеевичем мне не хотелось общаться на эту тему. Просто потому что он не видит проблемы. Жаловаться директору тоже не собиралась. Но сейчас уже пришлось затронуть волнующую меня тему. И я рада, что Владислав Игоревич понял мои опасения сразу, без лишних слов.
— Обещаю, — как-то нехотя пробормотал Рома.
Вот так-то! Одно дело я. Другое дело твой кумир. Перед ним держать обещание сложнее.
Мы распрощались с директором и тренером, и пошли с Ромой в сторону раздевалки.
— Я тебя здесь подожду, — остановилась на входе, проводив сына взглядом.
Не знаю почему, но что-то в душе гложет. Неспокойно.
Оставшись одна, поняла, что «Классно целуется» меня не узнал. Что и следовало ожидать. Это успокаивает и печалит одновременно. Теперь он тренер моего сына. И никаких личных связей у нас с ним быть не должно. Ромке и так сейчас придется несладко. А тут еще я со своими шурами-мурами.
Слышу за спиной шаги. Оборачиваюсь. Владислав Игоревич! Поворачиваю голову влево и тут только до меня доходит, что стою я рядом с тренерской. Но в ней нет никого. Ой, надо было к выходу пройти… Что-то я совсем испереживалась за Рому, что голова перестала соображать. Увидев Арсеньева, вновь стала заливаться краской, вспомнив субботнее происшествие.
Я отворачиваюсь, чтобы не смотреть на него. Не могу. Не хочу. И вообще, все это ерунда и нужно забыть. Стою спиной, будто и не заметила, что он идет в мою сторону. Но мужчина приближается, и я чувствую сильный захват на своей талии. Это не просто захват. А захват с подъемом! Хочет бросить меня, как на татами?!
Нет.
Он затаскивает меня в тренерскую. Ну как затаскивает… Заносит. Одним махом, потому что я даже не успеваю начать сопротивляться.
— Попалась, — мужчина прижимает меня к стене комнаты и нависает сверху.
Одной рукой он по-прежнему держит меня, второй закрывает дверь на замок. Характерный щелчок заставляет вздрогнуть.
Я в панике. Я боюсь его. Он сильный. Он слишком мощный. Пугающе мощный. Пугающе большой. Да я рядом с такими даже не стояла никогда. Не то что в объятиях их пребывать. Под его взглядом я скукоживаюсь, отчего просто подгибаю коленки. В кедах делать это удобно, но мужчина реагирует на мои кривляния, поэтому притягивает к себе еще крепче.
Смотрю в бездонные серые глаза и не могу понять, как говорить, что говорить, с чего начинать, можно ли кричать…
— Что ж ты мне не позвонила вчера, красавица? — со своей коронной ехидной улыбкой спрашивает мужчина.
Что ответить?!
— Я…
— Я ждал, — перебивает меня и тянется к моим губам своими.
Только сейчас понимаю весь ужас ситуации. Проявляю мастерство борца и выставляю перед собой руки:
— Нет, так нельзя!
Ну правда же, НЕЛЬЗЯ!!!
— Хм, — улыбается мой змей-искуситель. — Тогда начнем с подросткового подката. Как насчет пиццерии? Я угощаю. Ромку тоже с собой возьмем. Чтобы нам там под столом не захлестнуться в сладостном экстазе.
— Отличная идея! — воплю от восторга, как девочка-подросток, которую в первый раз позвали на свидание.
Надо что-то делать! Откажу — вдруг начнет отыгрываться на Ромке. Продолжу играть в его игры — отыгрываться на Ромке будут все. И отказать нельзя и продолжать нельзя!
Ох, Ленка, и угораздило тебя так вляпаться!
Кажется, я застонала от отчаянья, потому что мой настырный незнакомец сбросил с себя всю спесь ловеласа и стал говорить серьезно.
— Чшш, не бойся меня, — убирает он мне выбившуюся прядку за ухо. И делает это с такой заботой и нежностью, будто не второй раз меня видит. А словно я ему уже детей родила.
— С чего вы взяли, что я вас боюсь? — больше на ум ничего не приходит.
— Ты дрожишь, тебя знобит будто. Ты не заболела? — в его голосе волнение. Он действительно обо мне беспокоится.
Я только отрицательно машу головой быстро-быстро, словно провинившийся ребенок.
— Значит меня боишься. Расслабься, я с королевами обхожусь нежно, — улыбается, но уже без ехидства.
Да я бы рада расслабиться! Но как это возможно, когда его рука стала аккуратно считать мои ребра?! Чувствую скольжение его ладони вверх и вниз. От груди и до бедра. И даже чуть ниже. Вроде и не пошло, но будоражит. Вроде и грань не переходит, но я уже залилась пунцом. Вторая его рука уверенно держит меня за поясницу. Знаете, мощная такая рука, которая от бока до бока перекрыла мне спину. Если раньше я сетовала на пару лишних килограммов, то сейчас могу быть спокойна. Уж кто-кто, а он их точно не заметит. И не нащупает.
— Пойдем? А то Рома будет беспокоиться, — он будто колыбельную мне поет.
Я опять как послушный болванчик киваю быстро головой в знак согласия.
— У тебя так голова оторвется, — слегка и по-доброму ухмыляется он, обхватив мой затылок рукой и поцеловав коротко в висок. — Ты превосходно выглядишь. Волосы не растрепались. Рома ничего не заподозрит.
Да он
