с собственным телом? Тогда тебе к нам!
Если не боишься, звони в полночь по тел.: 242-000-63».
В полночь? Это шутка?
В это время хлопнула дверь подъезда, — это вернулся Михаил, злой как чёрт.
— Упустил, — тяжело дыша, пробурчал он, — этот мерзавец бегает быстрее дикого зайца! Он буквально за десятку секунд умудрился добежать до угла этого дома и свернуть, а расстояние-то не маленькое! А когда я оказался за углом, улица была уже пуста! Спрятаться с той стороны он никак не мог — просто негде, как же он умудрился раствориться посреди улицы, ума не приложу. Интересно, много ли он украсть успел?
— Он не воровал, а разносил рекламу — ответил я, показывая ему листовку, — а зачем же он тогда наружу ломанулся, если он всего лишь безобидный рекламщик? Что его могло напугать в обыкновенных жильцах? — Вероятно, громоподобный голос одного эмоционального жильца, — усмехнулся я, и мы оба грохнули от смеха. Дело в том, что голос Михаила и впрямь был довольно спецэфичен — гибрид Деда Мороза и командира батальона. Неподготовленные и впрямь пугались. — Ладно, покажи, что там за объявление, — отсмеявшись, проговорил Михаил. Я протянул ему листок. Бегло прочитав содержимое, он нахмурился. — Похоже на розыгрыш, — неуверенно произнёс он, — хотя текст довольно серьёзен. Да и название мне знакомо — что-то такое я уже слыхал. Но вот фраза «Звоните в полночь» здорово смущает! — Может это проверка на смелость? — предположил я, — Хватит духу пробиться к ним, или нет? — Может и так, — отозвался Михаил, — но что-то странное в этом есть. Звони, конечно, дело твоё, но будь осторожен! А я попытаюсь найти какую-либо информацию об это театре.
Вечером, в восемь часов, с работы вернулась Марина. Я немедленно поспешил обрадовать её хорошей новостью. — Ну что же, — улыбнулась тётя, — действуй! Возможно, раз у них такие серьёзные условия отбора, там требуется по-настоящему талантливый участник, независимо от того, есть у него проблемы со здоровьем, или нет.
— Да, но меня смущают две вещи: не указан адрес, и фраза «звонить в полночь».
— И что с того? — удивилась Марина, — актёры работают в разное время суток. Быть может, это их фирменная шутка. А может — просто розыгрыш. Позвони в любом случае, если разговор пойдёт не туда — просто положишь трубку. Ты ж ничего не потеряешь, от этого?
Да, тут она абсолютно права. Розыгрыш — так розыгрыш. А нет — то последний реальный шанс воплотить мечту в жизнь. Осталось только дождаться полуночи.
За эти несколько часов, я не мог сосредоточиться ни на чём. В диком напряжении, сидел у себя в комнате, уставившись в одну точку и считая минуты. Полтора часа. Час. Полчаса. Десять минут. Пять. Две. Пора!
Тяжело дыша, я взялся за телефон и, отчаянно дрожащими руками, принялся набирать номер, указанный на листовке. Гудок, ещё гудок… У меня перехватило дыхание, желудок завязался узлом. А ну, как выяснится, что это лишь чей-то прикол?! Ещё и получу за телефонное хулиганство. Девятый гудок. Я сидел, затаив дыхание, и ждал. Одиннадцатый… Но вот наконец, на том конце провода раздался щелчок.
— Алло, — Произнёс красивый баритон, — театр «BLOODY SMASH», слушаем вас!
— Слава Богу! — выдохнул я.
— Простите… — недоумённо начал собеседник, но я быстро пояснил: — Не пугайтесь, я по объявлению о наборе в театральную труппу, у вас написано «звоните в полночь», и я…
— Понял, понял, — расхохотавшись, перебил меня собеседник, — вы уже не первый, кто пугается той фразы! Но беда состоит в том, что репетируем мы всегда допоздна, и единственное время, когда мы можем принять звонок — с полуночи до часу. Да, из-за необычного стиля наших работ, уделять тренировкам придётся очень много времени. Я являюсь директором театра, и руководителем театральной труппы. Кстати, моё имя — Самвел. Как мне обратиться к вам? — Сергей, — представился я. — Хорошо Сергей, уточните в двух словах: вы профессиональный актёр, или начинающий? Сколько вам лет? Есть ли у вас актёрское образование?
Я вкратце рассказал свою историю, умолчав лишь о своей инвалидности. Также заверил директора в том, что с удовольствием попробую поработать в незнакомом стиле, поскольку обожаю эксперименты.
— Ну что ж, — обрадовался Самвел, — рад слышать! Собеседования мы проводим в первой половине дня, в полдень начинаем репетиции. Сможете ли вы прибыть к нам завтра, приблизительно к девяти-тридцати? — Смогу, — отозвался я, — Тогда запишите адрес: Сухановский переулок, 5, обратная сторона здания, на домофоне наберите «17», внутри найдёте дверь с таким же номером. Все остальные подробности — при личной встрече. До завтра!
Глава 3
С утра Марина вызвалась подвести меня до театра, но из-за непредсказуемого графика своей работы (она — риелтор), ей пришлось срочно ехать на другой конец города, к заказчику. В итоге, подвезти меня вызвался Михаил.
— Сухановский переулок, 5, говоришь? — задумчиво проговорил он, — по этому адресу, отродясь не было никакого театра. Только офисы. — Тот человек говорил про обратную сторону здания, — отозвался я, — быть может, театр находится на той невидимой половине?
— Та, как ты говоришь «невидимая половина», вообще выходит в проходные дворы, — сказал Михаил, — подумай сам, какой нормальный театр станет располагаться «лицом» в спальный район? Нет, подозреваю, что тебя кто-то пытается разыграть. — Ну ты и пессимист! Такое чувство, что ты заранее ждёшь моего краха! — Да нет же Серджио, я буду только рад положительному результату. Просто всё это как-то странно…
Наконец, мы подъехали к красивому, серебристому, многоэтажному зданию, расположенному на углу неизвестной мне до сей поры, улицы. Михаил притормозил метрах в десяти от центрального входа.
— Ну, удачи, звезда! — пошутил он, — ни пуха, ни пера!
— К чертям!
Я выбрался из машины и направился в обход здания. Да, мой товарищ оказался прав, — позади здания и впрямь начинался неимоверно длинный, спальный район. Странноватое местечко для театра! Неужели это и впрямь был обман? Я глубоко вздохнул. Надо окончательно во всём разобраться.
Приблизившись к двери, я, как было велено, нажал на домофоне цифру 17. Раздался короткий звук зуммера, дверь щёлкнула, я вошёл внутрь. Передо мной простирался длинный коридор, по обе стороны которого, находились двери с различными номерами. Пройдя немного вперёд, я увидел по левой стороне тёмно-бордовую дверь с номером 17.
Когда я нажал на кнопку звонка, где-то внутри, раздался тяжёлый удар гонга. Через двадцать секунд дверь открылась: на пороге стоял ухоженный, темноволосый человек, лет тридцати. — Здравствуйте, — поздоровался он, — вы, наверное, Сергей? — Верно, — ответил я, — а вы — Самвел. Я узнал ваш голос. — Правильно, всё правильно, — улыбнулся он, — проходите.
Комната, куда я вошёл, была
