успокаивал и в то же время освобождал, пока я шла к маленькой деревянной хижине, которая находилась на стоянке, расположенной над крутой каменной лестницей. Даже пусть я могла назвать каждую неровность ступенек во сне, нужно было сосредоточиться, чтобы не споткнуться.
Маленький разряд электричества заставил меня вздрогнуть, когда я наконец поняла, почему мое сердце так колотится о ребра.
Это был Сандер.
Чертыхаясь, я пошла дальше. Мне нужно было ускориться, если я не хотела, чтобы он меня заметил. Или, что еще хуже, я увидела, как он выходит из воды. Тогда, скорее всего, эта картина будет преследовать меня во всех снах и кошмарах.
Уже почти оказавшись на уровне лодочного сарая, в котором Эдвард хранил дрова для камина, краем глаза я заметила движение. В этот момент из воды вышел Сандер.
Forbannet[19].
Длинные, сильные ноги только подчеркивали внушительные размеры его тела. Его фигура, с широкими плечами и узкими бедрами, казалась просто неприлично красивой. Словно над парнем поработала художница, рисующая мангу.
Но очаровала меня не внешность, а его умиротворенное выражение лица. Сандер казался освобожденным и счастливым, словно на крохотное мгновение все его переживания остались позади.
Мне было знакомо это чувство, потому что с ним я заново сталкивалась во время каждого похода.
Вот что придавало мне сил. Вот почему мне так нравилось подниматься в горы.
Ты отключаешься, все отпускаешь, освобождаешься.
Я тихо фыркнула и заставила себя оторвать взгляд. Однако это так не работало. Так вот что делали супербогатые отпрыски, если возникал скандал! Наяривали круги в слишком холодном озере.
Мой взгляд снова перескочил на его торс – еще прежде, чем я смогла это осознать. Темные волосы спускались от его пупка к спортивным плавкам, образуя дорожку. Капельки воды блестели на его груди, а подняв взгляд, я заметила, что Сандер снял плавательные очки и повесил их на запястье. Затем достал полотенце, которое захватил с собой из комнаты.
И тут он заметил меня, и на его губах заиграла нежная, немного неуверенная улыбка. Она не совсем подходила к его внушительным размерам и телосложению, и я, немного поколебавшись, подняла руку.
– Доброе утро, – поздоровалась я и порадовалась, что голос звучал нормально. – Уже проснулся?
– Кажется, да.
– Ага, – я бы предпочла закрыть глаза и застонать от смущения. Не только потому, что меня застали за подглядыванием, но и потому, что мне пришлось завести самый глупый вежливый разговор, который только мог придумать мой паникующий разум.
– Но спалось-то хорошо? – Второй провал с вежливым разговором. – Как твои мозоли? А боли в мышцах? Вчерашняя рыба была очень вкусной, не так ли?
Jævla dritt.[20] Я снова говорила слишком быстро, и, к моему недовольству, улыбка Сандера стала лишь шире, словно он думал о том же. Кажется, его ничего не смущало. Сандер вытерся насухо полотенцем, и мне пришлось заставить себя продолжать смотреть парню в лицо, а не следить за его четкими, но слишком медленными движениями.
В моих чувствах был переполох. Черт.
Иначе как объяснить внезапное желание продолжать бесстыдно таращиться на него. Мне хотелось изучить все: сильные руки, стройные ноги и подтянутый живот, а также косые мышцы его пресса, которые могли бы составить конкуренцию кому угодно. И хотелось знать, что за человек скрывался за этим телом. Потому что мне были по душе умные искорки в его глазах и ясное понимание, которое они излучали.
Когда наши взгляды наконец встретились, в его глазах запылал огонь. Сандер подошел ко мне, закидывая полотенце на плечо. Святые небеса. Эти плечи…
– Слишком мало, – сказал он, и, раздраженно моргнув, я снова посмотрела на парня, стоящего прямо передо мной.
– Слишком мало?
Он стоял так близко, что я заметила мурашки на его коже. Одну капельку воды, которую Сандер так и не вытер. Я неосознанно облизнула губы, а мои гормоны встряхнулись, словно коктейль в шейкере.
– Я слишком мало спал. А треска была просто фантастической. Однако, наверное, когда уже почти два дня питаешься холодной пищей и консервами, то любое блюдо покажется вкусным. А с мозолями все хорошо, спасибо, что спросила. Ты вчера так быстро исчезла, мы даже не успели поговорить.
Да, ведь ты смотрел на меня так, будто что-то замышлял.
На его лице появилась нахальная улыбка, словно Сандер точно знал, что творилось в моей голове в последние секунды. Поэтому я просто чертыхнулась.
– Черт.
Теперь его улыбка казалась коварной, но это вызывало у меня странное ощущение в животе.
Ладно, Нора, пару шагов назад.
– Расскажешь, зачем посылаешь меня к черту?
– Лучше не стоит, – пробормотала я и сосредоточилась на родинке на его щеке. Даже она была идеальной. Я тихо вздохнула. Просто не мое утро.
– Ты всегда так рано просыпаешься? – спросила я, чтобы наконец отвлечься от его божественного тела. Честно говоря, меня это совсем не интересовало. На самом деле. Но в сочетании с его харизмой… Ладно, даже пусть я считала Сандера привлекательным, сама я точно не была его типажом, хотя треск искр между нами говорил об обратном. Скорее всего, все дело в том, что я тут единственная особь женского пола в подходящем для создания пары возрасте.
– Да, теперь. Уже пару недель мне не удавалось нормально поспать, и потому я встаю раньше. – На его лице промелькнула тень, и во мне встрепенулось сочувствие к парню.
– Вилма и правда никому ничего не рассказала? – спросила я, и взгляд Сандера погас. Даже радость от освобождения исчезла с его лица.
– Пока да.
– Пока? – повторила я.
Сандер вздрогнул. Его задумчивый взгляд метнулся к воображаемой точке позади меня, скорее всего, к зеркальной поверхности воды, но потом вернулся ко мне. Теперь в его небесно-голубых глазах светилась решимость.
– Обычно требуется некоторое время, чтобы новость стала известна окружающим. Вилма точно расскажет обо мне подруге. Потом еще одной. Они сообщат кому-то еще, пока новость не достигнет общественности. Обычно так и происходит. Поэтому я пришел сюда, чтобы освободить голову, – большим пальцем Сандер указал на озеро.
– И потом появляюсь я, и ты снова вспоминаешь обо всем. Прости, – сокрушенно сказала я.
– Все хорошо.
В нерешительности я сделала шаг назад, однако Сандер заполнил собой пространство, наклонившись вперед.
– Тебе нравится Формула-1, да?
– Откуда… – начала я, но он указал на надпись на моей груди, и я кивнула. Об этом я не подумала. Мой пуловер для сна. – Да, виню во всем воскресенья, которые провела вместе с дедулей на диване. За некоторыми исключениями смотреть телевизор не разрешалось, но это были лучшие исключения в мире.
– Дедулей? – спросил Сандер.
