— интерес со стороны миллиардера.
— И что известно об этой Евангелине?
— Она была на отдыхе. Вместе с Терезой Мартинес — дочерью Андреа.
— Вот и связь, — лениво протянул я.
— Да... — нехотя согласился он. — Но есть нюанс. Тереза не участвует в поисках. Более того — её не могут найти. Официанты и охрана говорят, что она исчезла пару ночей назад. На звонки не отвечает...
— И?
— Больше ничего, — растерянно признался он. — Просто... всё это странно.
— Понял, — я отпил кофе. — Это всё?
— Да, — поспешно сказал информатор и, было, потянулся за кошельком, чтобы оплатить заказ.
Я метнул в него уничтожающий взгляд. Мужчина мгновенно понял намёк и ретировался.
На самом деле он сам не осознавал ценность своих слов. Андреа Мартинес ищет Евангелину. Почему? И ещё кое-что: пропала не только она, но и Тереза. Но почему одну ищут, а другую — нет?
Я размышлял над этим, когда зазвонил телефон. Звонил дядя Диего.
— Уже в курсе новостей? — без приветствий спросил он.
— Зависит от того, о каких новостях ты говоришь, — я напрягся, словно натянутая струна.
О похищении Терезы (а по факту — Евангелины) я ему, разумеется, не докладывал. Территория Кинтано-Роо, куда входит Канкун и Плая-дель-Кармен, находилась под моим прямым управлением.
— На имя некоего Джона Смита арендован частный джет до Канкуна.
— Кто это?
— Подставное имя, — рявкнул Диего. — На самом деле самолёт заказан для Андреа Мартинеса.
Холодок пробежал у меня по позвоночнику.
Диего продолжил:
— Если он объявится, никаких глупостей, Алехандро. Ты понял?
— Я знаю, что делаю, дядя, — холодно сказал я. — Если он сунется на нашу землю, я приму решение сам.
— Ты всё ещё подчиняешься мне! — повысил голос Диего. Впервые в жизни.
Он был прав. Пока что был прав. Но через месяц всё изменится.
— Понял тебя, дядя. И не нарушу приказа, — ответил я спокойно, хотя внутри клокотала ярость. — Но ты ведь не дашь убийце своего старшего брата и моего отца разгуливать безнаказанно по земле Iudasa Negro?
— Конечно, нет, — процедил Диего. — Я поручаю это Себастьяну.
— Себастьян — мой человек, — напомнил я. — Как и положено в нашем доме: долг выше крови.
— Верно, — нехотя согласился он. — Все команды будут проходить через тебя.
— Так будет правильно, — подтвердил я.
— Андреа прилетит только завтра утром. У тебя есть время обдумать всё как следует.
— Сегодня же вечером всё решим. Вместе.
— Вместе, — повторил Диего. — И ещё, Алехандро... Проблем больше нет?
— Абсолютно, — заверил я. — Iudas ve, Iudas da.
— Iudas ve, Iudas da, — эхом повторил за мной дядя. — До вечера, Алехандро.
— До вечера.
Связь оборвалась.
Я убрал телефон и посмотрел на Тони:
— Найти Терезу Мартинес, — коротко приказал я, поднимаясь. — Немедленно. Она нужна мне как можно скорее.
— Считай, она уже у тебя в руках, — кивнул Hijos de Judas.
Глава 36. Евангелина
Матео провёл меня в кормовую часть яхты. Здесь я оказалась впервые. Масштабы судна и его внутреннее убранство не переставали поражать меня. Я постаралась отвлечься от неприятного осадка после разговора с Фридой, разглядывая изысканный интерьер.
Помещение с бассейном было полностью изолировано стеклянными стенами и крышей, защищённое от внешнего мира. Свет проникал внутрь мягкими золотыми потоками, отражаясь на воде и придавая всему пространству мягкое свечение. Температура здесь держалась комфортная, немного прохладная, что сразу облегчило моё напряжение.
— Могу я остаться здесь одна? — аккуратно спросила у Матео.
Он понял меня без лишних объяснений:
— Claro, señorita. Я запру дверь. Когда захотите выйти — поднимите трубку у входа и наберите единицу.
— Спасибо.
Матео молча кивнул и исчез, оставив меня в покое. Я ещё раз опасливо огляделась. Передо мной раскинулся бассейн метров на пятнадцать, наполненный кристально чистой водой. В голове вдруг промелькнула мысль: наверняка Алехандро оборудовал это место для собственных тренировок. Почему-то это открытие пробудило странное чувство, будто я вторглась в его личное, почти интимное пространство.
Но затем в голову снова вернулись к словам Фриды, вызвав очередную волну неприязни. Одним махом я стянула с себя купальник и осталась обнажённой. Мне претила мысль, что на моём теле находилось хоть что-то, бывшее в руках Фриды. И сейчас, полностью избавившись от перепачканной вещи, я почувствовала облегчение. Затем посмотрела на свои перебинтованные ноги — раны беспокоили уже меньше, так что без колебаний сняла бинты.
Когда я вошла в воду, места повреждений на ступнях пронзило лёгким жжением — бассейн был наполнен морской водой. Но дискомфорт быстро отступил перед блаженством прохлады, охватившей всё тело. Я расправила плечи, сделала глубокий вдох и нырнула.
Вода обволакивала меня, смывая тревоги. Я всегда любила плавать — умела держаться на воде с самого детства. Даже Терезу учила этому. Бедняжка Терри — жуткая трусиха, но в нашем детстве, в большом бассейне на вилле Мартинесов, она старательно пыталась не уступать мне ни в чём.
Терри… Где она сейчас?..
Я никогда не завидовала её положению, хотя в детстве, порой, мечтала о другом. Что было бы, окажись я дочерью Андреа Мартинеса? Но теперь, став будто бы невольной заменой Терри, я поняла: ничего хорошего в этом нет.
Думать о будущем было страшно. Я заставила себя сосредоточиться на плавании, наслаждаясь лёгкостью тела и прохладой воды. Проплыв несколько раз туда-обратно, я откинулась на бортик и блаженно закрыла глаза.
— Привет, Эва.
Я вздрогнула и резко обернулась.
Прямо надо мной возвышался Себастьян. Его губы растянулись в коварной улыбке. Я в панике прикрыла грудь рукой и попятилась от него подальше.
Себастьян хрипло рассмеялся:
— Ay, vamos, малышка. Я уже всё увидел.
— Тогда отвернись, раз тебе неинтересно.
— Нет-нет, я с удовольствием ещё полюбуюсь, — он сверкнул тёмными глазами и сделал шаг по бортику, уменьшая между нами дистанцию.
— Как ты сюда попал? Дверь же была заперта.
— Забыла, кто я такой? — Себастьян хмыкнул. — Правая рука Алехандро Герреро. На этой яхте для меня нет закрытых дверей, — его пальцы начали расстёгивать пуговицы чёрной рубашки. — Не против, если я составлю тебе компанию?
— Против, — холодно отрезала я. — Предпочла бы, чтобы ты вообще ушёл.
Он ухмыльнулся, скинул рубашку и потянулся к ремню на брюках.
— Я знал, что ты так скажешь, — игриво бросил он. — Но моя обязанность — следить за твоей безопасностью. А плавание в одиночку — вещь опасная.
— А мне сдаётся, самая большая угроза для меня — это ты, — процедила я сквозь зубы.
Он остался в одних боксёрах и немедля спрыгнул в воду. Через секунду уже был рядом со мной.
— Знаешь, что странно? — произнёс Себастьян, заглядывая мне в глаза.
— Что?
— Видеть тебя живой.
— Разочарован?
— Нет, —
