в «эконом-классе», наблюдая, как всё лучшее в жизни обходит тебя стороной.
– То есть ты учишься именно для того, чтобы узнать слабые стороны других людей? – спросил Колька.
– Именно, а ещё, чтобы понимать, в чём моя сила – математика, физика, русский, а может быть, физкультура. Я же ещё не знаю, кем стану, когда вырасту. Поэтому и стоит повнимательнее относиться к учёбе.
– А кем работают твои родители?
– Мама у меня врач. А папа – военный, в прошлом году получил звание полковника, служит в штабе каких-то стратегических войск. Но о работе он почти никогда не рассказывает, там тайна на тайне. У него даже «дипломат», в котором он носит документы, из специального металлического сплава с пятизначным кодовым замком.
– А пистолет у него есть или, может, автомат? – поинтересовался Валерка.
– У него не знаю, а у его телохранителей, здоровенных мужиков, есть пистолеты-пулеметы с коротенькими стволами и без прикладов. Я сам пару раз видел, как они их прятали под свои плащи.
– Круто! Это охранники тебя так здорово драться научили? А почему тебе оружие не выдали? – затараторил удивлённый Валерка. – Вдруг какие-нибудь враги украдут тебя и решат шантажировать твоего отца, чтобы выведать государственные тайны.
– Ну, началось! – прервал его Колька. – Отстань от человека со своими врагами и зомбаками. Сейчас жути нагонишь, и тогда Павла вообще из дому не выпустят и переведут на индивидуальное обучение.
– Нет-нет, ничего страшного, – поспешил успокоить его мальчик. – Валера задал очень интересный вопрос, я раньше как-то не задумывался на эту тему. Хотя такой вариант развития событий вполне реален, я ведь всего-навсего тринадцатилетний мальчик, не обладающий суперспособностями. Надо будет как-нибудь спросить у папы, что он думает по этому поводу.
– Только не говори, пожалуйста, что тебя на это надоумил Валерка, а то у нас могут быть неприятности, – попросил его Колька. – Мало ли что твой отец подумает в своих «секретных штабах».
– Ты дурак, что ли? – отвёл в сторону и тихонько спросил друга Колька. – Чего языком мелешь? У нас очередное путешествие на носу, а ты решил со спецслужбами поругаться и сына полковника напугать? Может, Пашку специально внедрили в наш класс, чтобы он за нами следил. Ты об этом не подумал?
– Ты когда это успел таким осторожным и мнительным стать? – присоединился к их беседе Серёжка. – Раньше у нас только Валерка умел тучи сгущать, а теперь уже целых два специалиста по изготовлению слонов из мух. И потом, кому надо за нами слежку устраивать? Мы же, на моей памяти, нигде не прокололись.
– Откуда ты знаешь? Помнишь того сторожа на стройке? Может, он и не спал вовсе, а наблюдал за нами через бинокль из своей будки. И с блохой мы долго разговаривали, забыл, что ли? Мало ли тот нищий был и не бродяга вовсе, а капитан ФСБ, например. Так что наследили мы, даже в нашем измерении, по полной программе, – заключил Колька.
– Я так не думаю. В случае малейшей оплошности с нашей стороны Гунтас устроил бы нам такую взбучку с обязательной многочасовой лекцией, что я бы это надолго запомнил, – не согласился Серёжка. – И потом не забывай, что толмох был в моём портфеле, и случайные прохожие вряд ли могли услышать слова Клока. Поэтому со стороны всё выглядело так, словно мы общаемся с нищим, просящим милостыню. Или с собакой, когда мужик уже ушёл, а мы встретили блошиного короля на обратном пути к дому. И даже этим уже никого не удивишь: вон посмотри какие небылицы по телевизору показывают. Народ уже свыкся с мыслью, что нами управляют инопланетяне, рептилоиды, а над всем этим царят коты-карлики из древнего тайного ордена.
А на стройке с нами вообще была Анфиска, Сильвия и Гунтас впридачу. Уж они-то, думаю, позаботились о скрытности операции.
– Всё равно я считаю, что не стоит быть откровенным с первым встречным. Надо сначала присмотреться к этому заносчивому Павлику. Узнать, что он за «фрукт», тогда и водить с ним дружбу.
– Пижон он ряженый, я его сразу раскусил, – отмахнулся Валерка. – Он же вам ясно дал понять, что учится только ради того, чтобы стать богатым и знаменитым, набрать себе кучу рабов и потом понукать ими направо и налево. Не люблю таких.
– Вы чего тут застыли – урок уже начался! – окликнул их проходящий мимо директор школы. – А ну, марш в класс! – и, не дожидаясь ответа, пошёл к себе в кабинет
– Что-то мы действительно заболтались, даже звонок прозевали, – спохватился Серёжка. – Ладно, на том и порешили: перед новеньким особо не расшаркиваемся и его сильно не расспрашиваем. Если захочет, сам что-нибудь интересное расскажет.
Ребята забежали в класс, выдержали испепеляющий взгляд пожилого учителя физики и тихонько сели за свои парты.
– И запомните, мои дорогие мальчики и девочки, – продолжал свою лекцию Михаил Венедиктович, который был самым старым и мудрым учителем в школе. – Живите по принципу «Старших надо слушать, ровесникам доказывать, а младшим рассказывать» – и всё у вас будет получаться легко и без траты лишних нервов. Мир, который нас окружает, создан для всех и для каждого. Если вы кого-то не понимаете, просто постарайтесь взглянуть на проблему глазами вашего врага, и тогда, может статься, что ещё недавно неразрешимая проблема решится сама собой.
– У меня такое ощущение, что у доски стоит не наш физик, а пелин, – прошептал друзьям Серёжка. – Я уже настолько привык к нравоучениям мудрого транспортного работника, что даже стал скучать без них.
– Тише ты, а то услышат, – ткнул его в плечо Колька, который в этом кабинете был соседом Серёжки по парте.
– Мальчики, хватит уже болтать! Может, хоть на уроках перестанете думать о компьютерных играх? – повернулась к ним с соседнего ряда одноклассница с крайне недовольным выражением лица.
– Молчу, молчу… – осёкся Серёжка.
Остаток урока так и прошёл в полной тишине, даже всегда охочий на меткие фразы Валерка предпочёл хранить глубокомысленное молчание.
– Уф-ф-ф, отмучились! – выйдя на школьное крыльцо и потянувшись, блаженно произнёс Серёжка.
– Твоя правда, – поддержал его Валерка. – Последний урок дался особенно тяжело. Я думал, с ума сойду от этой нудятины.
– Физика – это не «нудятина», как ты выразился. А наука, помогающая людям лучше узнать законы взаимодействия между различными явлениями в нашем мире, – поправил друга Николай.
– Я и без этих законов взаимодействия хорошо живу и прекрасно себя чувствую, – не поверил Валерка. – И не нужны мне твои формулы и теоремы. От них только головная боль и трата тетрадок. Думаю, что бобры тебе спасибо не скажут за то, что драгоценную для них древесину ты переводишь на
