снять один дом на двоих, когда их связывают личные отношения. Кем Ларс и Виктория были друг для друга? Любовниками? Женихом и невестой? Об этом он рассказывать не собирался.
– Виктория всегда была одаренной девушкой с научным складом ума. Она мечтала подарить людям целительскую магию.
– Целительскую магию? – воскликнула я. – Но как это возможно? Ведь всем известно, что целительской магии не существует!
– Виктория считала, что с помощью специальных эликсиров и снадобий можно разбудить в человеке ту часть магии, которая пока дремлет. Я не верил, что у нее что-то получится, однако поддерживал, и зря. Такие эксперименты проводились на протяжении всей истории человечества. Ученые пробовали упражнения, медитации. Ты, возможно, слышала о запретных страшных испытаниях на детях в конце прошлого столетия? Когда на младенцах, в которых пробудилась искра магии, ставили эксперименты и почти никто не выжил…
– Бррр… Да, слышала. Так, значит, та лаборатория. Она принадлежала Виктории?
Луксур Таэр кивнул и снова поднес к губам чашечку чая, давая себе время на передышку.
– Она ведь не ставила эксперименты на детях? – опасливо поинтересовалась я.
– Что? Нет! Хотя я вызывался стать ее подопытным кроликом, Виктория всегда испытывала эликсиры только на себе. Говорила, что только так сможет правильно оценить их действие и что все великие ученые проверяли действие на себе. Я беспокоился, но до поры до времени молчал. Она тщательно записывала все результаты – неудачные и удачные.
– Как? Были удачные? – изумилась я.
– Я бы не назвал это удачей, но Виктория считала иначе. Она создала нечто, что назвала «Эликсир восстановления». Однажды, когда я вернулся с занятий, Виктория поджидала меня в гостиной и тут же, не дав переодеться, увлекла в лабораторию. Она была очень воодушевлена и спросила, смогу ли я ей довериться. Конечно, я доверился, правда, немного удивился, когда Виктория попросила положить руку на стол и скальпелем нанесла пару небольших порезов. Потом выпила свой эликсир… Надо было ее остановить. До того дня все ее опыты были довольно безвредны, и в тот раз сначала все тоже шло, как обычно.
Луксур Таэр повертел в руках опустевшую чашку, я забрала ее и плеснула еще напитка, пока он собирался с мыслями.
– Потом Виктория применила ко мне заклинание омолаживания, поворачивающее вспять время. Его не применяют на людях, только на предметах, пище и…
– Я знаю.
То самое заклинание, которое вернуло свежесть слежавшейся овсянке, но на людях оно не работает.
– Порезы мгновенно затянулись, будто их не было.
– Сработало! – прошептала я. – Ух…
– Да, сработало. Вот только через секунду Виктория рухнула без сознания и не приходила в себя несколько часов. Я места себе не находил. Вызвал Вэлианта, он обвинил во всем меня, и я даже с ним не спорил. Надо было ее остановить, эксперименты раз от разу становились все опаснее, к добру бы это не привело. К счастью, Виктория очнулась, и на следующий день не осталось и следа нездоровья. Плохо, что эта неудача ее совсем не напугала. Виктория была настоящим ученым – упорным, бесстрашным… Я, видимо, куда слабее ее, потому я был напуган чудовищно. Я не хотел ее потерять.
«Не хотел ее потерять… – эхом отозвалось в мыслях, и сердце отчего-то сжалось в трепещущий, болезненный комок. – Я был напуган… Я места себе не находил… Так говорят лишь о тех, кто действительно дорог. Пусть Ларс и не сообщает прямо, но совершенно понятно, что он любил Викторию».
Глава 32
– Я ее отчитал, попросил не рисковать собой, – продолжил луксур Таэр. – Наукой можно заниматься, не используя таких экстремальных способов. Я запер лабораторию. Я попросил Викторию отдохнуть и уверил, что мы вместе обязательно что-нибудь придумаем. Виктория послушалась. Так мне казалось. На самом деле она только усыпила мою бдительность. Подобрала ключ к двери, и, пока я вел занятия в академии, она продолжала эксперименты.
«Вот ведь упрямая, – отругала я ее про себя. – Но ведь и сам Ларс не меньший упрямец…»
– В тот самый осенний день пять лет назад я предупредил Викторию, что вернусь поздно: придется задержаться на заседании кафедры. Однако заседание окончилось раньше, я приехал домой и застал Викторию за очередным экспериментом. Хуже всего то, что она уже приготовилась испытывать новое снадобье на себе. Налила свежесваренную гадость зеленого цвета в мензурку и приготовила печенье, чтобы заесть отраву, если ей не понравится вкус. Это печенье меня добило. Сколько можно рисковать своей жизнью? Ведь рано или поздно она перейдет черту, из-за которой не будет возврата.
– Вы накричали на нее…
– Не то слово. В меня будто демоны вселились. Я разбил мензурку и растоптал осколки. Я кричал Виктории, что она одержима и пора отправить ее в лечебницу для магов. Что я свяжу ее и буду держать взаперти, раз уж она не ведает, что творит. Наговорил страшных глупостей…
– Да, орать вы умеете, – подтвердила я.
Луксур Таэр кинул на меня огненный взгляд, говоривший: «Ты не помогаешь!» Я пожала плечами в ответ: «Против истины не попрешь!»
– Она расплакалась. Убежала, хлопнув дверью. Я злился и не пошел следом. – Рассказ темного мага становился все более отрывочным, фразы сделались короткими и рублеными. – Я ждал, что она прогуляется по саду и вернется. Холодно. Темно. Пойти некуда.
Луксур Таэр прикрыл глаза и прижал тыльную сторону ладони ко рту, снова переживая тот роковой вечер минута за минутой.
– Через полчаса я не выдержал, отправился ее искать, – продолжил он через некоторое время. – Звал. Отправлял поисковые импульсы. Они возвращались пустыми. Виктория успела уйти слишком далеко. Не теряя времени, я ворвался посреди ночи к знакомому дознавателю.
– Кэммину Ригану?
– Да. Десятки стражников прочесывали город. Виктория исчезла бесследно. Вэлиант несколько месяцев не желал со мной общаться, и я его понимаю. За пять лет ни одной зацепки. Скорее всего, она давно мертва. И я никогда не узнаю, что с ней случилось.
– А вы пробовали поговорить с ее душой? – прошептала я.
Взгляд луксура Таэра потяжелел, он ответил не сразу.
– Конечно. Но она не пришла, – уронил он – каждое слово падало камнем. – Виктория не пришла на мой зов. Так бывает, когда душа очень сильно обижена на человека, который хочет с ней поговорить. Мне надо было доверить это дело кому-то другому, но я хотел сам. Хотел попросить прощения. Душу можно призывать три раза. Я их потратил и ничего не добился.
Я почти ничего не понимала в призыве душ, но, видимо, здесь существовали какие-то правила. Позже обязательно уточню, когда представится возможность. Значит, темный маг раз за разом
