— Всё хорошо, — уже взявшись за ручку кабинета, в очередной раз успокоила его Валентина, — Её нужно понять…
— Я не собираюсь её понимать, — он слегка сжал её локоть, — Тебе сейчас нельзя волноваться, и такие визиты нужно срочно пресечь.
— Да, волноваться мне нельзя, — она постаралась изобразить кокетство, — И поэтому ничего пресекать не нужно… И говорить ей тоже ничего не нужно… ты же не хочешь меня волновать?.. Кстати… — она понизила голос, — Вчера я обо всём рассказала дочери.
— И… что?.. — настороженно спросил Артур.
— Пока всё плохо. Она считает, что теперь у неё нет родителей. И я не знаю, что мне делать…
— Мне кажется, что сейчас ты должна больше думать о нашем с тобой ребёнке. Ему тоже нужны родители…
— Ты прав… — глубоко вздохнув, Валя согласно кивнула, — Ты, конечно прав… Но ведь она тоже — моя дочь…
— Взрослая дочь, — поправил её Артур, — Которая сама собирается замуж.
* * *
Ещё одна неделя прошла в ожидании, но это ожидание было для Валентины тягостным. Ей стоило огромных трудов убедить Артура, что нужно дождаться возвращения Алексея — тот обещал приехать в самом начале апреля. Несмотря на то, что с каждым днём желание уйти к Артуру становилось всё сильнее, она не могла представить себе, как скажет мужу эту новость по телефону… Она была твёрдо убеждена, что разговор должен быть честным, с глазу на глаз. Отвечая на звонки Алексея, она мучительно ловила на себе взгляды дочери — полные и горечи, и обиды, и осуждения… в то же время она была бесконечно благодарна Ксюшке за то, что та вместе с ней хранит эту тайну, не открывая её отцу до его приезда… Сама же Ксюша теперь сторонилась матери, односложно отвечая на все её вопросы и ничем с ней больше не делясь. Обречённо принимая новое поведение дочери, Валя испытывала ужасное чувство вины и перед ней, и перед Алексеем, и перед Артуром, который тоже мучился от всей этой неопределённости. Теперь ночами, перед тем, как уснуть, они подолгу разговаривали по телефону. Лёжа в постели, Валя была готова хоть до утра слушать его до боли родной и любимый голос… Он без конца признавался ей в любви, и она таяла от этих слов, и плача, и улыбаясь в ночной темноте…
Визит к врачу женской консультации придал ей уверенности.
«Ну, вот, что-то сдвигается с места, — думала Валя, выходя из кабинета, в котором её только что поставили на учёт по беременности, — с Ксюшкой поговорила, на учёт встала… Артур ушёл от Жанны… Осталось объясниться с Лёшкой, и всё… А думать я должна о будущем ребёнке… Только о нём…»
До приезда Алексея оставалось буквально несколько дней, и она мысленно готовила себя к этой непростой встрече.
— Валентина Сергеевна? — приятный женский голос раздался в мобильном телефоне как раз в тот момент, когда они с Артуром выходили из кафе в обеденный перерыв, — Это звонят из женской консультации. Пришли ваши анализы, вам нужно срочно подъехать. Когда сможете?
— А что случилось? — испуганно спросила Валя.
— В общем, ничего страшного, но вы подъезжайте, врач всё вам расскажет.
Уговорив Артура не ездить с ней, она тут же перезвонила начальнику и, отпросившись, взяла такси. Нехорошие предчувствия грызли мозг, в груди что-то сжималось и разжималось, и она еле дождалась своей очереди.
— Ваши анализы готовы, — врач, её ровесница, открыла медицинскую карту, — В общем, всё хорошо, кроме одного показателя.
— Какого? — пересохшими от волнения губами спросила Валентина.
— У вас в крови обнаружены резусные антитела.
— Что это значит? — её вдруг бросило в жар от страшной догадки…
— Это значит, что присутствует резус-конфликт матери и плода. Проще говоря, у ребёнка положительный резус крови. У вас же резус-фактор отрицательный? — заметив, что пациентка находится в ступоре, докторша пристально посмотрела ей в глаза.
— Да, отрицательный, — упавшим голосом ответила Валя.
— Ну, вот. А у вашего мужа положительный, значит, ребёнок унаследовал резус-фактор отца.
— У моего мужа отрицательный резус… — во взгляде Валентины сквозило отчаяние, и, заметив это, врач ещё раз достала бланк с результатом анализа крови.
— Так не бывает, — она произнесла эти слова как можно мягче, — Если у вас с мужем отрицательный резус-фактор, то и у ребёнка он будет только отрицательным. При таком раскладе резус-конфликта не возникает. А у вас он — налицо… при чём, на таком раннем сроке. Либо вы не знаете, какой резус у вашего мужа, либо… — при этих словах докторша многозначительно качнула головой и развела руками.
— И что теперь?.. — скорее по инерции спросила Валентина, глядя, как шариковая ручка врача бегает по страничке карты.
— Вам нужно будет пройти курс лечения, — не отрываясь от писанины, ответила докторша, — Плюс постоянный контроль во время всего срока беременности, регулярные анализы, УЗИ…
— Спасибо, — взяв направления и рецепты, Валя тяжело поднялась со стула, — До свидания.
Не в силах ничего объяснять, она перезвонила Артуру и, сказав, что плохо себя чувствует, поехала сразу домой. Встревоженный её состоянием, он несколько раз перезванивал, пытаясь выяснить подробности её визита в женскую консультацию, но она что-то соврала ему на ходу, даже не заботясь о правдоподобности своего объяснения. Добравшись, наконец, до дома, она сама перезвонила ему и, сказав, что ей нужно уснуть, попросила не тревожить её до завтра. Растерянно пообещав исполнить её просьбу, он отключился.
Не хотелось ни есть, ни пить, и Валя, действительно, забравшись под одеяло, свернулась калачиком, в надежде забыться сном. Но сон не шёл, и она, посмотрев на часы, решительно набрала номер Татьяны.
— Тань… — её голос звучал слабо, так, что Татьяна на том конце еле её услышала, — Приезжай ко мне… Пожалуйста…
Почувствовав по её интонации, что что-то случилось, подруга пообещала немедленно приехать, и уже через сорок минут звонила в дверь.
— Да-а-а… Мексика отдыхает… — выслушав Валентину, Татьяна и сама не могла прийти в себя от услышанного, — Валька-Валька… Что же ты наделала?..
— Я не знаю, что теперь делать, — сидя на кровати, Валя обхватила руками подогнутые колени, — И зачем я ему сказала, что беременна?.. Сделала бы тихонько аборт, и всё…
— Да тут череда событий… — усмехнулась Татьяна, — Если бы его жёнушка не пришла и не устроила бы скандал, то и Ксюшка бы не знала, и всё можно было бы как-то скрыть от Лёшки…
— Ты всё о том же… — Валя покачала головой в ответ, — Пойми, Тань, для меня это вопрос решённый. Я люблю Артура. Я уже без него не смогу жить, понимаешь? Просто — не смогу… Я почему-то была уверена, что ребёнок от него… Я прямо чувствовала это… а теперь… Как я ему скажу?!
