мужикам расклад, предложил двумя машинами, если там много плитки, в гараж всё сразу перевезти.
— Не-не-не! Никакого гаража! Я эту плитку жду, как ворон крови! — воскликнул Ахмад. — Мне два месяца всего на ремонт осталось!
Когда подъехал Сатчан в сопровождении грузовой машины, мы сидели с мужиками во дворе, уже готовые поработать грузчиками.
* * *
Сумская область. Село «Смелое».
— Значит, ты теперь одна живёшь? — спросила мать, и Оксана развела руками, мол, а куда деваться? — Растила, растила детей, а на старости лет одна кукуешь…
— Ой, мам, ну не береди ты мне душу! — воскликнула Оксана. — Думаешь, я сама это всё не вижу и не понимаю?
— А куда ты смотрела, когда дочку замуж за этого пройдоху выдавала⁈
— А что я могла сделать? Пока они ещё в Святославле были, я пыталась их рассорить, а потом он её в Москву увёз и женился! Она в рот ему смотрит, меня совсем не слушает! Дурёха… А я ей говорила! Но маму же никто не слушает!
— Ой, больно ты меня много слушала!
— Хватит, мам! То, что ты мне говорила, всё из пальца было высосано! А я как сказала, так всё и сбылось! Говорила дочке, что будут от этого Пашки у неё одни неприятности, так оно и вышло! У него любовница есть!
— Правда, что ли?
— Сама видела.
— Когда?
— Недавно…
Оксана осеклась, не желая делится с матерью подробностями этого инцидента, но та уже взяла след.
— Любовница, говоришь? — хитро смотрела она на неё.
— Ну, во всяком случае, в обнимку шли…
— И ты сама это видела?
— Сама.
— И что, даже в рожу ему не вцепилась?
— Не могла я, — жёстко пресекла дальнейшие расспросы Оксана.
— Вот он и попался, — злорадно улыбнулась мать. — Надо написать его начальству.
— Это куда, в университет? — заинтересовалась Оксана.
— Ну что ты совсем головой не думаешь? Какой университет? Это учёба, кому он там нужен?.. Ты ж говорила, он в Кремле работает. Вот туда и надо писать! Студента за любовницу только поругают, а из Кремля он за такое с работы со свистом вылетит! Если хочешь его с Галией рассорить, так лучше нету. Как узнает она, из-за чего его выперли, так и задумается, зачем с ним жизнь свою связала. И неудачник, раз такую работу потерял, и изменяет ей.
— Может сработать, — согласилась Оксана. — И даже запросто…
— Садись, пиши, — скомандовала мать.
— Знаешь, что? Давай лучше ты напишешь. Твой почерк никто не знает… Мы же анонимку будем писать?
— Естественно.
— Вот… А вдруг Пашке Ивлеву это письмо покажут, и он мой почерк узнает?
— Ладно. Сама напишу, — согласилась мать.
* * *
Москва.
— Лев Егорович, — обратился Мещеряков к самому старшему члену своей команды Спиридонову. — Работы всё больше, выборочные проверки наших, слежка за Ганиным, теперь велено взять под постоянный контроль ещё и новенького Гончарука. Ещё и Городня много сил отнимает… Вот, раздобыл пополнение по своим каналам, — кивнул он в сторону троих молодых людей, стоявших поодаль возле Бочарова, Кудрявцева и Панкова. — Надо сделать из них спецов.
— Надо, так сделаем, — ответил тот.
— Натаскивай их, первым делом, на наружку. Ставь в пары старенького с новеньким, быстрее сообразят…
— С каких это пор у нас Чара, Макс и Паня старенькими стали? — едва заметно улыбнулся Спиридонов.
— Вот такие времена настали, — хмыкнул в ответ Мещеряков. — Так, бойцы! — повернулся он к новеньким. — Лев Егорыч с этого дня ваш командир, и отец ваш, и мать. Всё понятно? У вас испытательный срок три месяца! Рабочий день не нормирован.
— Ну что, салаги? — сделав суровое лицо, направился к ним Спиридонов. — Приступим?
* * *
Втроём разгрузить плитку и перевезти на лифте оказалось не так трудно. Пока Ахмад расплачивался, мы с Загитом выгрузили нашу часть коробок и сложили у подъезда. Поблагодарил Сатчана и он поехал дальше. А мы перетащили не спеша коробки сначала к лифту, потом из лифта в квартиру Ахмада.
— Дольше машину ждали, чем разгружали, — заметил Загит.
Он остался опять с Ахмадом, а я поспешил домой, там мама одна с детьми. Ей всё сложнее нагибаться, тем более, поднимать мальчишек нельзя…
Вскоре пришла Галия с работы.
— Ты же обещала пораньше, — напомнил ей я.
— С утра попросили в Союз писателей съездить, — ответила она. — Зато я в «Детский мир» в рабочее время заехала, талон твой отоварила! — показала она мне и маме полную сумку вещей, и они поспешили к детям в большую комнату обновки разбирать.
— А это Васе, — вынесла жена коробку с моделью самолёта. — Ему пять завтра, не забыл?
— Надо будет вечером заехать, поздравить брата, — проговорил я. — Спасибо, что напомнила.
— Я им ещё чего-нибудь соберу, — ответила она уже из комнаты.
В пятницу подумал, раз отменяется лекция по экономике, то надо пригласить к нам на встречу с американкой Эль Хажжей и Марата с Аишей. Позвонил сначала Фирдаусу домой, но там трубку никто не взял. Позвонил в торгпредство, на месте его тоже не оказалось, попросил записать для него информацию.
Прикинув планы на день, решил первым делом заехать к сестре, отвезти подарок для медика, до которого коварная подружка Альфредо так и не добралась. Инна очень обрадовалась, видимо ей, действительно, было очень неудобно перед пожилым доктором. Поблагодарила меня за такой хороший подарок и побежала сразу к нему. Конечно, с такой коробкой не стыдно прийти извиниться.
После института Бурденко поехал в стол заказов, а оттуда на ЖБИ. Надо проверить, как у них дела? Пока не втянутся, придется контролировать периодически.
* * *
Москва. Сквер у метро «Динамо».
— Слышала, ты делаешь успехи в итальянском? — улыбнулась майор Артамонова Диане.
— Я больше не могу уже, — чуть не плача, ответила та. — У меня голова уже пухнет от этих занятий. С итальянским что-то получается лишь потому, что и правда, он самый легкий в изучении…
— Ничего, ничего. Тяжело в учении…
— Легко в бою! Только надо ещё дожить до этого боя! — устало ответила Диана. — У нас невестка вот-вот родить должна. Мы в любой момент можем
