вы и свою милую собачку возите с собой, Петя? — с улыбкой змеи, у которой уже яд течет по клыкам, продолжила Антошина супруга. — Я помню, что вам было необходимо переодеться. А потом я настаиваю на приватном разговоре.
— Вряд ли возможен приватный разговор с вами. Я слишком хорошо знаю вашу семью, чтобы не обеспокоиться о том, как могут интерпретировать наше уединение.
— Я не скажу ничего такого, чего не стоило бы передавать Наталье, поэтому не возражаю против ее присутствия. Ей это тоже нужно знать.
Даньшина недовольно хмурилась, поглядывая то на меня, то на гостью.
— Петр Аркадьевич, вы можете спокойно идти переодеваться, я позабочусь о Софии Львовне. Не оставлю ее в одиночестве.
— О, благодарю вас, — насмешливо сказала Антошина супруга.
— Очень вам признателен, Екатерина Прохоровна, — сказал я и пошел к выходу.
Валерон увязался за мной.
— Петь, чего молчишь? Плевать в нее надо, пока не поздно. Она уже слишком много знает, а если поделится с Антошей? Он поймет, кто вывел Черное Солнце в Святославске.
— И что? Доказательств нет. Мебель мы могли взять где угодно, и доказать, что она та самая, никто не сможет.
— Но слухи пойдут. Так что плевать надо быстро.
— Чтобы пошли слухи, что у нас пропадают гости?
— Довод…
Он какое-то время семенил рядом со мной молча, так что я даже успел добраться до спальни, свалить свой комбинезон на подвернувшийся стул, взять смену белья и пойти в ванную комнату, где стояла купель. Баня для меня была предпочтительней, но я уже понимал, что туда не доберусь. Здесь бы в купели минут пятнадцать поваляться.
— А если она пропадет на обратном пути? — внезапно родил новую идею Валерон. — Тогда с нами никто ничего не свяжет.
— Подумаю, когда она скажет всё, что знает.
— Точно. Нам же пыточная по наследству досталась, а мы её ни разу не использовали, — обрадовался Валерон. — Вот и повод. Хочешь, я быстро сбегаю до Святославска? Ради такого-то… Инструменты не должны пылиться. Ну и навык какой интересный получишь. Начинающий палач, — принялся он мечтательно перечислять. — Мастер клещей…
— Мастер вырывания ногтей и втыкания спиц в кукол вуду, — передразнил я.
— Каких еще кукол? В кукол неинтересно. Ни страданий, ни крови. Ты чем активировать реликвию собрался? Крови у нас совсем мало осталось. А здесь ходячий бурдюк с нужным ингредиентом. Сам ножками пришел и сидит, на что-то намекая. Была бы умная — молчала бы в платочек.
— Будь так добр, найди Наташу, сообщи ей, что гостья хочет переговорить с нами обоими и что я скоро подойду. Заодно узнай, как там разместили женщину с ребенком.
Я залез в купель и блаженно откинул голову на бортик, рассчитывая минут десять полежать в тишине и покое. Но тут пришел Митя.
— Петя, ты обещал сделать пару железных пауков, — напомнил он. — Меня на охрану поместья уже не хватает.
— Почему не хватает? — вздохнул я. — У нас охранная сеть еще стоит на ограде.
— За нами наблюдают из нескольких мест, — пояснил Митя. — Я за всеми уследить не могу. Сейчас они наблюдают, а потом что-нибудь подбросят к забору.
— Армейские? — уточнил я.
— Не в форме. Кто угодно может быть.
— Мить, один-два дня — и займусь, — пообещал я. — Только еще нужно будет механизмусов пощипать. Сейчас мы даже толком ничего не собираем, потому что время дорого. И Валерон с бутылочками носится туда-сюда.
— Я мог бы собирать, — встрепенулся паук.
— Тебя Маренин попросил не привлекать. Людей на охране поместья слишком мало. Сам говоришь — тебя одного не хватает.
— А если кто-то полезет, я могу в него плюнуть? — педантично уточнил Митя.
— Чем плюнуть? — не сразу сообразил я, потому что плевки для меня ассоциировались исключительно с Валероном.
— Раскаленным металлом. Можно было бы еще полости ядом заполнить, но ты его так и не сделал. Хотя бы паралитический.
— Прохоров вроде собирался что-то такое сделать… — припомнил я.
— Но не сделал, — грустно, насколько позволял механический голос, сказал Митя. — Валерон сказал, что я просто железяка, которую используют. Поэтому о моих нуждах никто не думает.
Ну вот, теперь мне придется еще стать психоаналитиком для железного паука.
— Валерон часто говорит глупости, Митя. Мы тебя все очень любим. И не только за то, что ты нам очень помогаешь, но и просто потому, что ты есть. Как устроимся окончательно, у тебя будет самая хорошая библиотека, которую мы себе сможем позволить.
— Дело не в библиотеке, — грустно сказал Митя. — Хотя новая книга мне бы не помешала. Но лучше что-то образовательное. Учебник или справочник.
— Ты подумай, какой именно учебник тебе нужен, а я отправлю людей на ближайшую почту отправить заказ. Или Валерона заставим сгонять до Святославска, чтобы уж наверняка.
— Опять Валерона куда-то собрались гонять! — возмутился некстати появившийся помощник. — Если не забыл, у нас остался княжеский сейф в зоне Заварзиных. Вот что должно быть в приоритете. Его может спереть кто-то другой, а должны мы.
— Я согласен на почту, — вставил в его монолог своё мнение Митя. — По механике учебник хочу. Несколько. Только не забудь.
— Если забуду, ты мне напомни через пару дней, — попросил я.
— Хорошо, — ответил Митя и радостно засеменил в сторону двери.
И я только сейчас сообразил, что все его действия как раз и вели к заказу нужной ему литературы. Похоже, у них с Мотей получилось взаимное обучение: он её научил читать, она его — манипулировать людьми. Причем у него получается куда менее явно, и я бы сказал, что ученик превзошел учителя, но не знаю, каких высот достигла Мотя на этом поприще за то время, что я ее не видел.
— Ничего, железяка, будет и на твоей улице праздник, — радостно сказал Валерон. — Наташа сейчас подойдет в гостиную. Спасенных пока только собираются отмывать и кормят. Одежду им тоже кое-какую подобрали.
— Откуда?
— Я предусмотрительно шкафы с содержимым захватывал, — напомнил Валерон. — Вот бабам эти тряпки и выдали, и они теперь думают, что кому перешивать. Там у главнюка халат был натурального шелка, хоть бальное платье шей.
— Бальное платье, думаю, им не
