у них выяснить… Ну, ничего не попишешь.
– Приходите к концу зимы. Тогда их и встретите.
– Спасибо, что сообщили.
Жители ушли от них, шушукаясь. У человека, неспособного видеть, обостряются другие органы чувств. То же относится и к Ха Раму. Он смог услышать разговор, который не уловили уши Мансу:
– Я думал, это за дровами пришли. Увы…
– Просто беда какая-то. Почему так редко приходят те, кому нужны дрова?
– Надо было приходить еще до дня солнцестояния. Деревня далекая, вот дела и идут плохо.
– Может, еще недостаточно крепкие морозы ударили?..
– Да уж, в этом году холодает позже, чем в прошлом. Видимо, поэтому все так запоздало готовятся к зиме.
– Надо купить хотя бы немного еды, прежде чем возвращаться в гору…
– Собрать, что ли, дров на носилки за спину и с завтрашнего дня начать ходить с ними по домам?..
– У меня дети от голода плачут, вот я на рынок и пошел, но что с того? Эх, найти кого-то, кто хотя бы по дешевке пару охапок купит…
Они продолжили говорить между собой, но уши Ха Рама уже не могли различить слов. Он еще раз отметил про себя, что деревня совсем пуста. Значит, здешние женщины помогают мужьям в работе, нося собственных младенцев на спине, и даже дети, едва начавшие ходить, уже становятся рабочими руками и трудятся до изнеможения. Жители голодают, но не потому, что слишком ленивы, а потому, что Небо так распорядилось их судьбой.
– Можем возвращаться, господин Ха? Господин?..
– А? Да, пойдем. Зря мы сюда пришли.
– Как думаете, его странное высочество что-нибудь смог узнать?
– Надеюсь, что да.
Однако нутром Рам чувствовал обратное. Если здесь и было о чем узнавать, то именно он должен был проведать об этом первым. Юноша протянул левую руку. Мансу быстро взял ее, положил себе на плечо и двинулся вперед. Раму хотелось выяснить, что происходило в то время, когда его память обрывалась. Был ли кто-то рядом? И если да, то знает ли он этого человека? Неважно, какую цель тот преследовал. Даже если это был заговор, пускай. Рам хотел встретиться с человеком, оставившим на нем надпись «Хон Чхон Ги», и выслушать его. Хотел услышать: «Вы так спокойно спали, за все время даже не шелохнулись!» – только эти слова, лишь бы их произнес хоть кто-нибудь, пусть даже не человек. Только бы кто-то сказал это вслух, только бы его мертвый после того «случая» отец мог и дальше спокойно спать.
– Будьте осторожнее! Слева носилки с дровами.
Игнорируя просьбу Мансу, Рам намеренно протянул к ним руку и нащупал бревно. Это была твердая, сухая древесина. Он остановился и стал водить ладонью вниз-вверх влево-вправо по дровам, оценивая их размер.
– Зачем вы это делаете?
Ответа не последовало. Мансу молча стоял рядом в ожидании, пока Рам размышлял. Наконец юноша заговорил:
– Сходи к тем людям из деревни. Спроси, не нужен ли им мешок риса за одну охапку бревен.
– Но зачем?.. Неужели вы собираетесь их купить?
– Спроси и возвращайся.
– Но это довольно дорого, за такое-то количество?..
– Я в курсе.
– Ах да! Вы, наверное, забыли, но перед тем, как уйти, Дори купил и оставил дрова на складе на случай, если задержится.
– Помню.
– Поэтому у нас их много.
– Знаю.
– И вы все равно хотите их купить?
– Кончай препираться! Займись делом.
Мальчик надулся и, пиная землю, подошел к деревенским жителям. Господин Ха точно заставляет его это делать из чувства сострадания или чего-то в этом роде… Иногда Рам был настолько хладнокровным, что Мансу казалось, что тот перебарщивает; а иногда он становился таким сопереживающим, что мальчик удивлялся, как так можно. Хотя Мансу помогает ему уже долгое время, эта часть натуры господина Ха так и оставалась для него загадкой.
– Мешок риса за охапку дров, говорите?..
– Дорого вас оценил. Продадите?
– Естественно.
– Сколько у вас сейчас таких охапок?
– Пять.
– Возьмем все за пять мешков риса. Это лучше, чем ходить от двери к двери и просить хозяев купить дрова. А качество риса гарантирую. Сойдет?
– Конечно!
– Пять мешков риса хватит, чтобы накормить ваших детей?
– Но откуда вы знаете?.. Да, да. На ближайшее время точно хватит.
В этот момент жители деревни начали перешептываться, снова бросая на Ха Рама взгляды, полные любопытства, но в то же время совсем другие. Их спины были согнуты в поклоне гораздо ниже, чем в прошлый раз.
– А когда вы отдадите нам рис? Мы немного торопимся…
– Мы пришлем кого-нибудь к вам сегодня. Сколько дров у вас заготовлено на горе?
– Ох, вы и те собираетесь взять?.. Подождите минутку.
Они принялись прикидывать и обсуждать. Рам спокойно ждал, пока те закончат, а Мансу неторопливо топал ногой.
– Примерно сорок охапок.
– А сколько еще людей на горе?
– А зачем вы спрашиваете?..
– Просто так. Из чистого любопытства.
Жители покачали головами и стали пересчитывать всех на пальцах.
– Три младенца, около шести детей, тринадцать взрослых с учетом нас и еще три старика.
– Хм… Тогда этого недостаточно.
Мансу поднял голову и пристально посмотрел на Рама. Он знал: чиновник что-то задумал, но не мог понять, что именно. С закрытыми глазами тот принял решение и озвучил его:
– Я щедро заплатил за пять охапок, но за оставшиеся сорок я хочу поторговаться. Сколько возьмете за них?
– С-сколько сможете предложить…
Все выглядели озадаченными, когда Рам, первым предложивший цену, вдруг задал такой вопрос. Почувствовав это, он улыбнулся и мягко сказал:
– Я спрашиваю, сколько вам обычно платят.
Лучше бы он не улыбался. По крайней мере, так подумал Мансу. Юноша старался разговаривать деликатнее, но его внешность сильно выделялась на фоне других, что делало пугающей даже улыбку.
– Спрашиваю еще раз. Сколько вы обычно берете?
«Может, он и не слепой вовсе», – так одновременно подумали все жители деревни. Поэтому у них не оставалось другого выбора, кроме как быть с ним предельно честными.
– Каждый раз по-разному… Честно говоря, за дрова не так уж и много платят. За одну охапку мы почти никогда не получали больше мешка риса…
– Повторюсь: качество риса гарантирую.
– За охапку – четыре маля риса! – раздался любопытный голос откуда-то из толпы.
Тогда Мансу закричал в ответ:
– Это уже обдираловка какая-то! У вас все дрова готовы выкупить, а вы даже цену не сбросите…
– Мансу.
– Как будто я не знаю, сколько стоят дрова! Я не могу молча на это смотреть…
– Мансу.
Ха Рам продолжал настаивать, поэтому мальчику пришлось угрюмо замолчать. Остальные тихо зашептались:
– Эй! А что, если он не захочет их покупать?
– Он же предложил торговаться! Вот я и поставил сначала высокую цену, чтобы он смог перебить…
– Хорошо, четыре маля риса! Куплю по этой цене.
Как только Рам сказал это,
