что полоса горизонта едва различима.
Прогуливаясь босиком по кромке воды уже около часа, я едва не кричала в голосину от разрывавших мою впечатлительную душу ощущений. Ласковые прохладные волны окатывали мои лодыжки. Нежно, призывно, словно перевозбужденный любовник, изо всех сил соблазняющий меня… кстати, где он?
Обернувшись назад, я принялась взволнованно шарить по лежащим тюленями телам отдыхающих, пытаясь разглядеть своего подстреленного слона. Но ни греющим свои мышцатые бока, ни идущим по набережной я его не увидела.
— Кукуруза, мороженое! — неожиданно гаркнул рядом паренек с загаром обуглившегося полена.
Мальчишка просто шел по берегу, зазывно крича свою рекламу, лишь ненадолго задерживаясь взглядом на лицах людей, будто моментально определял, кто заинтересуется.
— Спасибо, не нужно, — пробормотала я ему уже практически в спину.
Ни кукурузы, ни мороженого я действительно не хотела, а вот попить обычной воды очень даже, но как назло на единственной у пляжа палатке вот уже полчаса как висела табличка «Перерыв 10 минут».
Еще немного потоптавшись, я все же стряхнула со стоп песок и, обувшись в свои новые лодочки, двинула в сторону домов. Должна же быть там хоть одна «стекляшка» (так называли продуктовые магазины с большими стеклянными окнами — примечание автора).
Как оказалось, набережная просто идеальное место не только для продуктовых магазинов, но и прочих заваленных барахлом универсамов.
Женщина из меня вышла самая что ни на есть падкая на новенькие шмотки и дешевые побрякушки. Еще и эти огромные растяжки красным по белому «распродажа», словно удар в лицо — не заметить нереально! Вместо любования красивейшей природой прибрежного поселка я залипла на витринах с ярко разодетыми манекенами.
Сумочки, платья, юбочки, Таша, купальник, очки... Так, стоп! Таша?!
Я глазам своим поверить не могла, вглядываясь через пыльное стекло внутрь универмага. Та самая девица, из-за которой моя жизнь за три дня сменила жанр с унылой мелодрамы на напичканный эпичными сценами триллер!
В груди тут же начало нарастать беспокойство, на всех парах стремящееся к панике! Я одна с этой… как говорит Витя — кобылой, не справлюсь! Она же переломает меня, как сухую ветку топором! А если и Череп здесь? От этого типа я и вовсе не знаю что ожидать!
Вынув из кармана телефон, я молилась, чтобы Витя быстро взял трубку, но оказалось, молиться надо было о другом. Мой телефон противно пискнул и, напоследок мигнув мне серо-зеленым экраном, благополучно сдох. Не совсем, наверное, а до ближайшей розетки с зарядкой.
В это время моя несбывшаяся подопечная начала вести себя крайне подозрительно. Схватив несколько вещей, она пошла к примерочным, как-то странно озираясь по сторонам, будто проверяя, не следит ли за ней кто-то. Следит! Не не в магазине, а под нещадно палящим солнцем.
Спустя всего пару минут Таша уже вышла из примерочной. Что она там успела примерить за это время? Расслабленное выражение лица, похоже. Потому как все прочие вещи она бросила на столик и двинула к выходу.
Собираясь за ней проследить, я спряталась за ближайшим каштаном, но Таша так и не вышла. Вернувшись на первую точку суслика в дозоре, я вновь посмотрела в окно.
Таша стояла недалеко от выхода, всего пару шагов не успела преодолеть, а рядом с ней стоял очень упитанный мужчина с сильно шерстяными руками. Кавказец, похоже. Он держал Ташу за руку и что-то очень импульсивно ей говорил, размашисто жестикулируя свободной рукой.
Дальнейшее вызвало у меня такой шок, что моя челюсть едва не сделала пробоину в асфальте тротуара. Одна из продавщиц магазина подошла к Таше и резко задрала ее черную футболку вверх. Но никакого насильного стриптиза! Из-под футболки Таши прямо на пол вывалилось кислотно-желтое платье — одно из тех, что она потащила в примерочную.
«Очуметь! Что делать? Соображай быстрее, Лена!» — нервно притоптывая мыском туфли, подгоняла я себя.
Перебрав весьма скудный ассортимент мыслей, я бросилась во дворы, приблизительно в которых затерялся Слон. Я надеялась, что сотрудники магазина вызовут милицию и заставят Ташу дожидаться наряд.
Оббежав по меньшей мере три двора за десять минут, я уже успела не только отчаяться найти Слона, но и начала подозревать, что он меня попросту бросил. Разве можно ждать от бандита честности и ответственности? За ту, кого приручил…
Вопреки тому, что на улице стояла адская жара, моя кожа начала покрываться мурашками. От озноба, в который меня вогнал страх остаться в незнакомом городе, за тысячи километров от родного дома, без связи, без денег… без мозгов еще, походу.
— Одна здесь отдыхаешь? — прозвучал низкий голос у моего уха, рука Вити по-хозяйски обхватила мою талию, а нос нырнул в копну спутанных волос на макушке.
Мурашки понеслись покрывать мою кожу вторым слоем, едва не затоптав меня насмерть.
— С цирковым животным. Слон называется, — проворчала я, разворачиваясь к нему лицом.
Витя, довольный, как одинокий пассажир в купе, явно насмехался надо мной, но за очками мне этих наглых глаз не видно. Могу поставить все что есть на то, что эта скотина ленивая подло наблюдал за моей беготней, стоя в тени какого-нибудь дерева.
— Не буду спорить. В самых интересных составляющих нашей жизни я то еще животное! — еще более насыщенным сексуальности голосом промурчал Витя.
— Где тебя носит ваще столько времени? Я уже проголодалась и устала! — закапризничала я, мысленно поморщившись от того, какой глупой и приставучей становлюсь рядом с ним.
И ничего не могу с этим поделать. Ради толики его внимания и хотя бы подобия заботы в общем-то неглупая Ленка готова становиться капризной телочкой, к каким он, наверное, привык. Осталось навести марафет, отрастить ногти и постоянно чавкать жвачкой. Как в песне «Отпетых мошенников»: «Иду, жую, за балансом слежу. Не испытываю жажды — я за имиджем слежу!»
— Искал самую удобную кровать, для твоего первого крестика в календаре, Киса! Хотя можем повторить цирковой номер в машине, — совершенно не сбивалась волна настроя Вити, а его лапы и подавно сползли на мой зад, принявшись жестко наминать мой столичные булочки.
— А ты на деле сосредоточиться не хочешь, слон-акробат? — ехидно напомнила я ему, в какой крендель он свернулся, чтобы отжарить меня на заднем сиденье джипа. — За этим углом универсам! Где сейчас твою Ташу сцапали за попытку кражи в магазине! — опомнилась я, зачем, собственно, устроила кросс по дворам.
Мгновенно! Просто за десятую долю секунды лицо Виктора изменилось до неузнаваемости. Черты лица заострились так, что о скулы порезаться можно. Тяжелый подбородок
