плакала в последний раз.
На следующий день я занималась своими делами, вела себя как ни в чем не бывало, продолжая проводить встречи и разрабатывать одежду.
Что-то внутри меня было потеряно. Ощущение пустоты.
Я потеряла все и ничего не приобрела взамен.
В конце дня, когда я шла к своей машине в темноте гаража, я не заметила крадущуюся за мной фигуру. Я не понимала, что кто-то навязчиво следит за мной с тех пор, как Ремо уехал.
Я не знала, что опасность и ложь вот-вот перевернут мою жизнь.
Все медленно сгорало, и этот сладкий обман быстро становился горьким.
Глава 16
Возраст двадцать четыре
— Черт! Черт!
Я снова и снова бил рукой в перчатке по стене перед собой. Ярость на маму и папу за то, что они прячут собственную дочь, которую они называли гребаной ошибкой, переполняла меня.
— Сэр, вы повредите руку, если…
— Заткнись! — прорычал я, желая выбить все дерьмо из моего бесполезного помощника. Он — тощий паренек, которого я взял на работу, не задумываясь. Его нерешительный взгляд, блуждающий по всему этому грязному месту, показывает, что он не создан для этого мира.
Но новость, которую он принес, пока я ждал своего самого большого боя, все испортила. Я начал получать удовольствие от этих боев, возможно, даже подумывал о карьере в MMA и оставлении этой части меня позади; но, черт возьми, если бы вся моя жизнь не рухнула вниз.
— Хочешь, я организую тебе встречу с ними?
Я поворачиваюсь к нему так быстро, что он моргает и отшатывается назад.
— Гребаная встреча, чтобы обсудить мою сестру с родителями, которые от нее отказались? Что это, по-твоему, такое, парень? Маленькая счастливая семья с родителями, которые с радостью примут то, что я скажу?
Он открывает рот.
Я протягиваю руку и хватаю его за челюсть. — Не открывай рот. Отвали.
Как только я отпускаю его, он отскакивает в сторону, еще раз оглядывается на меня, прежде чем убежать.
Я знал, что долго он не протянет.
Я откидываю голову назад, глядя на темное небо Лондона. Гудки машин, крики и вопли людей, толпящихся у подземного стадиона, заполняют мои уши, но я не могу сосредоточиться ни на чем, ни на бое, который должен произойти чуть менее чем через десять минут.
Возможно, это будет последний бой в моей жизни.
В кармане моих шорт звонит телефон. Я мгновенно поднимаю трубку.
— Ремо? Где ты? Ты должен явиться на завтрашнее заседание совета директоров, — говорит Ивано Кэйн, мой отец и человек, который опустился так низко, что отрекся от собственной дочери.
Я сразу же вешаю трубку, зная, какие ругательства вылетят из моего рта, если я с ним поговорю.
Ивано и Камилла Кэйн, мои родители, всегда были жадными до власти, но до сих пор я не считал это проблемой.
Расстроенно проведя рукой по волосам, я застонал. Может, я и не знаю, что делать, но одно я знаю точно: я не брошу свою сестру, как это сделали они. Я даже не знал о ее существовании. Как они могли так легко от нее избавиться?
Младшая сестра, которая будет смотреть на меня сверху и называть своим братом. Я представляю, как она будет улыбаться мне, просить забрать ее, покупать ей вещи, и я буду одаривать ее всей своей любовью.
Но они все испортили.
— Стресс? — На незнакомый голос я откидываю голову в сторону, и меня встречает парень такого же роста, что и я. Капюшон закрывает его лицо, и единственное, что видно, — это его глубокие зеленые глаза.
— Отвали. — Я отворачиваюсь от него, не желая разговаривать.
— Все в порядке, я понимаю. Проблемы — это просто человеческая природа, но ты, кажется, преувеличиваешь.
Он прислоняется к обвалившейся стене из красного кирпича, басы музыки и крики людей звучат тихим гулом на заднем плане.
— Может быть, я смогу помочь. Что тебе нужно? Массаж? Небольшой минет с новым цветом волос? Я согласен и на то, и на другое, может, маникюр-педикюр?
— Я сказал, проваливай. Ты мне здесь не нужен. Ты не с тем человеком связался.
Он не сдвигается с места, несмотря на резкость моего голоса.
Его смех разносится по пустому мокрому переулку, в котором я стою. Свет на улице не дает возможности разглядеть его лицо, более того, он стоит так, что виден только блеск его глаз.
— Я мог бы, но сегодня я решил сделать что-то хорошее, поэтому даю тебе шанс отомстить кому угодно с моей помощью.
Я поворачиваюсь к нему с сузившимися глазами и вижу, как он поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня. Его глаза ужасающего зеленого цвета. Такого цвета я еще не видел ни у одного человека.
— Что ты хочешь взамен? Деньги? За что? Чтобы ты пошел сражаться вместо меня? — Я беззлобно смеюсь, отрываясь от стены, и начинаю уходить.
— Все, о чем я прошу, — это поддержать меня, пока я уничтожаю тех, кто спрятал твою сестру. Твоих родителей. Я могу избавиться от них, а могу помочь тебе найти сестру.
Я замираю на месте.
Его голос становится все ближе и увереннее.
— Прими это как предложение от твоего нового друга. Они мистер и миссис Кейнн, так что у них будет более чем достаточно средств, чтобы хорошо спрятать ее. Я могу быть полезен. Я прошу лишь об одном одолжении в будущем, когда придет время. Как тебе это, Ремо Кэйн?
Моя спина напряглась, но его предложение звучит не так уж плохо.
Вот только он знает мое имя.
Я оглядываюсь через плечо. Его голова наклонена, все еще скрыта капюшоном.
— И чем же ты обладаешь, чего я не могу получить за свои деньги?
Кажется, он на мгновение задумался. Я вижу колебания в небольшом подрагивании его рук.
Осторожно взяв капюшон, он опускает его, обнажая большой шрам, идущий от брови до верхней части щеки. Его лицо, которое, как я полагаю, обычно имеет четкие линии, было испещрено черно-синими пятнами.
— Умение. Я понимаю компьютеры. Я понимаю тот самый язык, который может уничтожить человечество, и это слишком хороший навык, чтобы оставлять его на улице вот так. Как вообще должен представляться хакер?
Что-то в его жестком тоне, в его мстительных глазах и призрачном взгляде заставляет меня замешкаться. Я останавливаю себя, чтобы еще раз не отвергнуть его, и взвешиваю варианты. Я наблюдаю за ним в поисках чего-нибудь, указывающего на то, что он мог быть послан моими родителями, чтобы
