все дружно замолкаем, а мы с коллегами приступим к работе.
Муж пострадавшей и владелец заведения «Тихий граф» замолчали. Леонид, Киммо и Сергей разместились вокруг женщины. Я почувствовал, как на организм Елизаветы обрушилась сила сразу четырёх «анализов».
Тапио — телохранитель Кайнелайнена — остался позади. Закрыл собой проход в комнату, чтобы не подпустить сюда посторонних людей. Правда, я заметил, что он и с остальных присутствующих не спускал глаз. То и дело поглядывал на владельца ресторана, мужа Елизаветы.
И на нас.
Такое ощущение, что даже в коллегах Кайнелайнена он видит потенциальную угрозу для своего господина. Странная всё-таки парочка…
Но сейчас не время думать об их подозрительном поведении. Нужно помочь женщине.
— Итак, думаю, вы все уже поняли, в чём проблема, — подытожил я.
— ДВС-синдром, — хором ответили Наумов и Беленков.
— ДВС… Что, простите? — нахмурился Кайнелайнен.
Понимаю его недоумение. Аббревиатура на финском выглядит несколько иначе.
— Диссеминированное внутрисосудистое свёртывание, — расшифровал ему я.
Очень грозное состояние. Само название заболевания звучит сложно, но разобраться в его сути может любой, если объяснить эти процессы простым языком.
Сначала в организме человека возникает поломка. Причин этой поломки может быть много. В данном случае — осложнение беременности.
Затем организм начинает упорно тратить все запасы крови на создание тромбов. Кровь сворачивается, но на этом процесс не останавливается.
Самое худшее — впереди. Как только все «кирпичики», участвующие в сворачивании, заканчиваются, баланс окончательно разрушается. Теперь оставшаяся кровь, наоборот, становится слишком жидкой. Возникают кровотечения, и остановить их уже практически невозможно.
Потому что в организме не осталось веществ, тормозящих кровоток. Всё потратилось на тромбы.
Выхода из этого состояния только два: либо выздоровление за счёт вмешательства медиков, либо смерть.
А в данном случае — сразу две смерти. Плод тоже погибнет, если ничего не предпринять. Проблема только в том, что сам факт беременности стал основной причиной для запуска этого заболевания.
— Я не понимаю, что вызвало ДВС-синдром, — нахмурился Беленков. — Плод жив, всё в порядке. Признаков острой аллергической реакции или онкологических процессов я не вижу.
— Смотрите внимательнее, господа, — посоветовал я. — На плаценту.
Как только я объяснил, на что стоит обратить внимание, мои коллеги сразу же поняли, из-за чего возникло это состояние.
Произошла отслойка самого важного органа, без которого жизнь плода в принципе невозможна. Органа, который связывает мать и будущего ребёнка.
Плацента. Фактически это образование обеспечивает все процессы жизнедеятельности плода.
Дыхание — кислород и углекислый газ перемещаются через кровь между организмами матери и плода. Ведь лёгкие у него ещё не функционируют.
Питание — через плаценту поступают питательные вещества. Всё, что попадает в кровь матери и преодолевает барьер плаценты — оказывается в крови плода.
Защита — плацента участвует в формировании иммунитета, гормонов, образует барьер для инфекций.
Но…
Этот орган только что отлетел к чёртовой матери! Отслойка, полная потеря функциональности. Именно из-за отслойки и развился ДВС-синдром.
Редкое явление. Я бы даже сказал — крайне редкое. От такого осложнения страдает меньше процента беременных.
— Сейчас наша задача — восстановить плаценту, убрать тромбы, купировать кровотечения и восстановить жизнедеятельность, как матери, так и плода, — подытожил я. — Господа, нам придётся поделить обязанности. В одиночку никто из нас с этим делом не справится.
— Позвольте мне взять на себя плаценту, — попросил Наумов. Леонид и Киммо удивлённо посмотрели на здоровяка. Тот лишь пожал плечами в ответ. — Что вас так поразило? Мои родители работают женскими лекарями. У отца своё отделение гинекологии в центральной больнице. Я больше разбираюсь в общем профиле, но как лечить беременных — наслышан.
— Тогда я возьмусь за тромбы, — поднял руку Беленков. — Алексей Георгиевич учил меня удалять их из сосудов головного мозга. Суть одна и та же.
— А ты, Киммо, займись уже начавшимися кровотечениями, — попросил я. — Справишься?
— А то! — улыбнулся он. — Уж если с желудочно-кишечным справляюсь, то и с этими смогу совладать.
Отлично. Я будто вновь оказался в своей старой шкуре. В теле диагноста, который находил заболевание, а затем давал остальным указания, как лечить тяжелого пациента.
Так и сейчас — все роли я раздал.
А сам буду дирижировать процессом.
Лечение Елизаветы началось. Киммо, Сергей и Леонид взялись за восстановление сразу всех органов. Лекарская магия расходовалась с бешеной скоростью. Я же занимался всеми областями организма сразу.
В одном месте откорректировал состояние крови. Нашёл, где Беленков и Кайнелайнен упустили повреждённые сосуды. Помог Наумову восстановить плаценту.
Моё внимание металось от одного места к другому. Я корректировал магию своих коллег, перенаправлял её так, как считал нужным.
Прошло лишь пятнадцать минут, а мы уже закончили процесс лечения. Плод был в порядке, состояние женщины тоже стабилизировалось. Остались лишь мелкие штрихи. Скоро приедет скорая.
Вот только муж Елизаветы приезда медиков не дождался.
И затеял драку.
— Это всё из-за тебя, скотина! — он вцепился в красный жилет владельца ресторана. — Вся вина — на тебе! Это твоё проклятое заведение чуть не убило мою жену! Чуть не убило моего ребёнка! Я засужу тебя. Вот увидишь, я вызову сюда комиссию, связей у меня хватит. Они докажут, что ты проводишь здесь ритуалы, жертвуешь посетителями и…
Я подошёл и ударил его по руке. Достаточно сильно, чтобы он отпустил перепуганного владельца.
— Вы… Вы что делаете? — оторопел мужчина.
— Прекратите истерику. Вашу жену мы привели в чувство. Она сейчас спит. Но при этом прекрасно понимает, что вы тут закатываете скандал, — произнёс я. — Возьмите себя в руки. Ресторан здесь ни при чём. Нет никакого проклятья. Это лишь антураж. Выдумка. На деле же вашей жене не повезло пережить тяжёлое осложнение. Но всё уже позади. Повезло, что мы с коллегами оказались рядом. Если бы мы не оказали ей помощь, она уже была бы мертва.
Мужчина засуетился. Отпустил владельца ресторана, подбежал к своей жене, задрожал от осознания произошедшего. Затем вернулся ко мне и с благодарностью кивнул.
— Спасибо вам. Простите, я… Кажется, перегнул палку. Можете назвать своё имя?
— Павел Андреевич Булгаков, — я пожал ему руку.
— Рад знакомству, Павел Андреевич. Моя фамилия — Ловицкий. Пётр Романович, — он протянул мне свою визитку. — Я — архитектор. Занимаюсь постройкой особняков. Если вам когда-нибудь понадобится моя помощь — свяжитесь со мной. Обещаю вам огромную скидку. Правда, даю слово. Половину суммы точно смогу сбросить. И вашим коллегам помогу,
