class="p1">Этот трюк работает только в том случае, если вражеская магия проходит через мою нервную систему. Зеркальные нейроны в команде с тормозными нервными клетками смогли остановить атаку Владыкина.
Более того… Есть риск, что его магия вернулась назад и воздействовала на его же тело. Но пока что эффект ещё не проявился. Надо за этим понаблюдать.
— Как вы это делаете? Павел Андреевич, это совсем не смешно! Сядьте! Лягте! Да убейте себя, чёрт подери! — завопил психолекарь. — Почему вы никак не реагируете на мои приказы⁈
— Мы оба прекрасно понимаем, что правду вы из меня не вытащите, — отметил я. — Поэтому жду от вас объяснений. Почему Константин Романов хочет меня убить? Вернее… Нет. Я уже догадался, почему он хочет это сделать. Лучше расскажите об этом другим людям. Поведайте службе безопасности, какие приказы даёт вам младший брат императора.
— Чёрт… Чёрт! — выругался Владыкин, резко вскочил с кресла и пошагал к двери. — Что вы наделали, Булгаков? Я… Я ничего не могу с собой сделать! Тело меня не слушается!
Взгляд психолекаря стал пустым. Он полностью потерял дар речи и прошёл мимо меня в коридор.
Кажется, ситуация вышла из-под контроля. Я лишь подозревал, что зеркальные нейроны вернут назад магию Владыкина. Но даже не думал, что это произойдёт так быстро.
Что ж, ладно. Остановить его я уже не смогу. Пусть идёт выполнять собственный приказ. Поделом! Всё равно никакой пользы от него больше не будет. Похоже, он рассказал всё, что знал. И всё, что мог. Большего бы я от него не добился.
Психолекарь — лишь мелкое звено между мной и более высокими чинами, стоящими во главе заговора. Больше он бы при всём желании не рассказал.
Я бы мог попытаться задержать Владыкина. Но понимал, что приказ, который он наслал сам на себя, окажется сильнее. Даже если я его свяжу — он всё равно найдёт способ его исполнить. Поэтому на этом допрос пришлось закончить.
Из-за приказа Владыкина «убить себя» имён членов союза я не узнаю. Хотя не исключено, что он и сам не знал всех его участников. Сейчас это уже неважно.
Главное, что я хотя бы немного начал распутывать эту интригу. У меня есть зацепки. Посмотрим, куда они выведут меня дальше.
Борис Геннадьевич вышел из кабинета, зато внутрь вошёл главный дознаватель, Аристарх Биркин. Увидев меня, мужчина тут же схватился за сердце.
— Проклятье! — выругался он. — Что-то мне… Что-то я паршиво себя чувствую! Господин лекарь, пожалуйста, помогите мне. Видимо, совсем нервы сдали.
Ну и какого же чёрта здесь творится? Видимо, Биркин пришёл на консультацию к Владыкину. Он уже несколько дней к нему ходит, я давно это понял.
Но почему он говорит со мной так, будто мы встретились впервые в жизни?
У Биркина началась аритмия. Пока что обычная тахикардия, но скоро она перерастёт в фибрилляцию предсердий. Я ведь предупреждал его, что нам нельзя находиться рядом. Так зачем же он тогда сокращает расстояние? Если не остановится, моя магия его убьёт.
— Пожалуйста, господин лекарь, помогите, — пропыхтел дознаватель. — Не могу понять, что происходит… Только что чувствовал себя нормально. А теперь сердце того и гляди из грудной клетки выпрыгнет!
— Готово, — я убрал свою магию, замедлил сердечный ритм.
Биркин с удовольствием сделал вдох. Улыбнулся, обнажив кривые зубы.
— Ох… Спасибо вам большое. Видимо, перетрудился. Кстати, не подскажете, куда ушёл психолекарь? У меня назначена консультация. Думал, господин Владыкин меня уже ждёт.
— Не уверен, что он вернётся в ближайшее время. Кажется, у него возник форс-мажор, — ответил я. — Аристарх Иванович, а что с вами происходит?
— Эм? — вскинул брови дознаватель. — Разве мы с вами знакомы? Простите, память на лица у меня плохая. Я только своих пленников хорошо запоминаю. Не подскажете, как вас зовут? Просто мне нужно знать, на чьё имя писать благодарность главному лекарю. Вы так оперативно восстановили мой сердечный ритм…
Чёрт меня подери! А ведь он не шутит. Не притворяется. Судя по работе печени, он не пьян. Биркин в своём уме. Но при этом не может меня узнать.
Что-то мне подсказывает, что тут тоже Владыкин потрудился. Промыл ему мозги. Интересно, с какой целью? Может, Биркин тоже знает то, что может навредить Константину Романову?
— Павел Андреевич Булгаков, — ради эксперимента ответил я. — Моё имя кажется вам незнакомым?
— Хм… — задумался Биркин. — Булгаков… Нет, почему же? Звучит знакомо. Кажется, вы — новый лекарь. Рад познакомиться с вами. Нашей императорской клинике не хватает свежей крови! Хорошо, что вы устроились к нам, — Биркин протянул мне руку.
Но пожать её я не успел. Поскольку именно в этот момент за окном пролетел вопящий Борис Владыкин. Только что спрыгнул с крыши, судя по всему. Но не вниз головой. Видимо, сработал инстинкт самосохранения. Перевернулся уже в воздухе.
М-да… И вот такая участь ждала бы меня, но мне повезло придумать способ борьбы с ментальной магией.
— Что это было? — оторопел Биркин. — Там человек упал!
— Поэтому мне придётся вас покинуть, Аристарх Иванович, — вздохнул я. — Думаю, этому несчастному потребуется помощь.
Не знаю, что случилось с Биркиным, но это мне только на руку. Он наконец-то забыл про меня и про мой шрам. Теперь можно снять с него повреждающую сетку. Не вижу смысла и дальше вызывать аритмию. Неизвестно, что с его памятью сотворил Владыкин, но я этому только рад!
Ура! Минус один псих в моём окружении. А если учесть, что Борис Владыкин только что спрыгнул с крыши четырёхэтажного здания, можно сказать: «Минус два».
Когда я вышел на улицу, вокруг психолекаря уже собралась толпа. Через собравшихся стражников и слуг пытался прорваться нейролекарь Сергеев. Старичок, громко шаркая ногами, растолкал людей и воскликнул:
— Разойдитесь! Сейчас же! Мне надо оценить степень повреждения… А где Лёня? Лёня!!! — заорал Алексей Георгиевич.
Леонид Беленков выскочил из-за угла. Сразу же явился на зов своего наставника.
— Лёня, скорее! — потребовал нейролекарь. — Кажется, наш коллега себе голову разбил.
— Могу чем-то помочь, Алексей Георгиевич? — я присел рядом с пострадавшим Владыкиным. Это хороший шанс оценить, как будет развиваться его судьба в дальнейшем. Смерти я психолекарю не желаю. Если есть шанс его спасти — это даже к лучшему. Тогда я в итоге смогу узнать от него больше информации о союзе, в котором состояли мои
