поднимая посох.
– Нет!
Все дружно повернулись к королю. Граф ухмыльнулся, словно предвидел такой вариант.
– Что же, если этого для вашего величества недостаточно, то смею напомнить, – вкрадчиво начал Арфорд, и мое сердце замерло от дурного предчувствия. – Ваш предок подарил моему роду право один раз в поколение просить в жены любую женщину королевства, если она на тот момент еще не замужем. Это случилось после того, как мой прадед спас похищенную принцессу…
– Я помню эту историю, – скривившись, холодно перебил его король, пристально глядя в стальные глаза графа. – В браке нашего побратима и баронессы Робертсон заинтересована корона. Этот союз предопределен.
– То есть, – так громко, что эхо разнесло сказанные слова по самым дальним закуткам, отчеканил граф, – слово короля ныне ничего не стоит?
А вот это уже открытое оскорбление. Только что граф Арфорд обвинил короля в пустозвонстве. Среди аристократов раздались недовольные голоса, ведь если король лишит привилегий одного, то и остальным может не повезти. Да и власть держится на личности. Луанард оказался перед весьма сложным выбором. Согласиться с Арфордом – получить врагом Годфрея, а отказать графу в его праве – и оппозиция укрепит свое положение. И так и так клин. Даже интересно, как он выкрутится.
– Сын мой, ты мудр и справедлив, – раздался усиленный магией голос королевы. – Твое правление привело страну к процветанию. Твое слово нерушимо, и мы гордимся этим. Граф в своем праве. Вспомни слова, выбитые предками на нашем гербе: честь и справедливость!
– Честь и справедливость, – повторила толпа, а Годфрей ободряюще сжал мою ладонь.
– Да будет так! – громыхнул королевский голос под сводами храмового зала. – Виконт Арфорд, займите место жениха.
Что?!
Глава 20
Наверное, я выглядела растерянно и жалко, но мне было плевать. Надоело до хрупа такое к себе отношение! Я не вещь, которую можно передавать из руки в руки. Кстати… Я опустила взгляд вниз, кольцо Годфрея потеплело и начало пульсировать, мне показалось, что камень заполняется кровью. Умничка моя, чувствует мое кровожадное настроение.
– Но как, ваше величество? – взвыл жрец. – Чтобы сменить жениха, следует разорвать помолвку! А у этих брачующихся проявились парные татуировки!
– Новый ритуал перебьет прежний, – заявил Арфорд, выталкивая вперед Роберта. – Если бы его светлость не провел помолвку тайно, как тать ночной, то этого недоразумения не произошло бы.
– Может, невеста уже в тягости, вот и спешка, – раздался громкий шепот.
– Хам! – выкрикнула Лара, в негодовании топнув ногой. – Лживый хам!
А я только глаза закатила, все равно сплетен не избежать, стоит ли обращать внимание на тявканье из-за угла.
– Дуэль! Сразу же после церемонии. – Годфрей так резко повернулся к говорившему, что я не уловила его движения. – Барон, я убью вас сразу же следом за виконтом. Не пытайтесь бежать.
Он может говорить? А я? Открыла рот и тихонько шепнула под нос ругательство. Получилось!
– А если вас не убьет герцог, – добавил король таким тоном, что мне захотелось оказаться как можно дальше от его величества, желательно на другом конце света, – то это сделаю я.
– Я просто пошутил, – проблеял голос, растерявший все высокомерие.
Но было поздно, я увидела, как сквозь толпу к высокому пузатому мужчине с кудрявыми черными волосами движутся гвардейцы.
– Колючка, – Годфрей склонился к моему уху и указал глазами на Роберта. – Ты очень дорожишь этим смертником?
Я хотела сказать, что нет, но вместо этого кивнула.
– Что же, оставлю его жить. А вот граф ответит за все…
За все? За что, интересно? Но спросить я, конечно, ничего не успела, зато успела придумать целую обвинительную речь про всяких женихов и их братьев, которые даже собственную свадьбу не могут организовать без происшествий! Да вот только произнести ее вслух я не решилась, хотя очень хотелось. Может быть, я и осмелилась бы закатить грандиозный скандал, но столкнулась взглядом с леди Эйрингауз, и она едва заметно покачала головой, а потом перевела взгляд на королеву.
Ее величество с интересом следила за скандалом, ее лицо было строгим и уверенным, а вот в слеповато прищуренных глазах я заметила ожидание и легкое довольство. Будто ей нравилось то, что происходит. Скучно жить королеве, никаких развлечений! Хруповы подштанники! А ведь может быть, что это все запланировано заранее?
Роберт, с опаской косясь на Годфрея, быстро занял место рядом со мной и улыбнулся, вышло это слегка жалко и нервно.
– Я же говорил, что мы тебя не оставим.
– А я вас просила? – прошипела я, выдергивая руку.
– Леди Романна, вы мне всегда нравились.
– Роберт, вам не кажется, что мы должны были знать о соглашении?
– Я знал, – соврал он, глядя мне за спину.
– Тогда почему не сделали мне предложение раньше?
Виконт совершенно не умел лгать, он беспомощно посмотрел на отца, но тут вмешалась Лара. К счастью, на нас мало кто обращал внимание, все следили за тем, как гвардейцы выводят из зала поникшего кудрявого барона.
– Ну, знаете, братец! – Пыхтя и негодуя, подруга ткнула пальчиком в обтянутую коричневым укороченным пиджаком грудь Роберта. – Я к вам на могилу ходить не буду! Так и знайте!
– Что вы такое говорите, сестра! – окончательно растерялся Роберт.
– С вашим невезением, даже если герцог вас не захочет убивать, вы запнетесь о камень, упадете и расшибете голову!
– Лара!
– Пф! – Девушка задрала носик и отошла к очень недовольному отцу.
Я подмигнула подруге и тут же округлила глаза. К нам, распихивая гостей тростью, двигался мистер Пит, мой законник, его вела фрейлина ее величества. Так вот с каким поручением ее отправляла королева! Занятно…
– Протестую! – не доходя до короля трех метров, хорошо поставленным голосом, которым он пугал должников в суде, начал мастер. – Мой клиент барон Робертсон не мог подписать это нелепое брачное соглашение! При нашей последней встрече он однозначно дал понять, что леди Романна выйдет замуж только за мага силы не менее шестой ступени, а этот юноша и на вторую не тянет!
– Но подпись на документе подлинная! – завопил жрец, хватаясь за голову.
Что же он такой нервный? Пора на покой старичку, внуков нянчить, а не свадебные обряды у сумасшедших аристократов проводить. А мне вдруг стало спокойно на душе. Мастер Пит не из тех, кто будет молчать и соглашаться. Он въедлив до последней кляксы и если уверен, что подпись поддельная, то сможет это доказать.
– Так вы, граф, фальсификатор! – кровожадно ухмыльнулся Годфрей. – Подсудное дело.
Я его таким еще не видела. Знакомые черты заострились, крылья носа трепещут, как у хищника, вынюхивающего добычу, глаза приобрели янтарный оттенок, а зрачок сузился до размеров
