не ходить, остаться в наших покоях. Но я не собиралась поддаваться глупым эмоциям. Мне нужно встретиться с Каем, посмотреть ему в глаза, поговорить с ним. И совсем не ради благополучия страны, а в первую очередь – для восстановления моего собственного душевного равновесия.
Да, я боялась этой встречи, но понимала: чем раньше она состоится, тем скорее мы сможем окончательно расторгнуть наш брак, и тем быстрее я вернусь домой, в свою спокойную размеренную жизнь.
В сияющий огнями просторный зал приёмов мы с родителями спустились втроём. К тому времени там собралось уже немало людей, а у лестницы нас снова лично встречал канцлер.
– Дорогой лорд Хар Дэрон, я несказанно рад, что вы прибыли в нашу страну вместе с семьёй, – проговорил лорд Гринстек, приветливо поглядывая на меня и маму.
– Спасибо за радушный приём, – ответил ему Филипп. – Разрешите представить вам мою супругу Верзалию и дочь Каринейю.
Канцлер тут же чуть прищурился, вглядываясь в мамино лицо, и вдруг поинтересовался:
– Леди Верзалия, простите за бестактный вопрос, но мне кажется, мы с вами уже встречались когда-то. Если правильно помню, ваша девичья фамилия Ливарская. Или я ошибаюсь?
– Нет, вы правы. Но я давно не поддерживаю отношения с отцом, – мамин ответ прозвучал ровно и чуть отрешённо.
– Как жаль, ведь лорд Ливарский – мой добрый приятель, – лорд Гринстек изобразил досаду. – Увы, он живёт далеко от столицы и давно меня не навещал. Но вы, леди Верзалия, даже спустя много лет остались всё такой же красавицей.
Я тоже получила от правителя Республики пару комплиментов – канцлер восхитился «завораживающим цветом моих восхитительных глаз» и заверил, что мне очень идёт светло-серый оттенок платья. Прекрасно понимая, что выгляжу в этом наряде болезненно бледной, я едва не скривилась, но всё же смогла изобразить благодарную улыбку
После обмена любезностями Филипп остался поговорить с канцлером, а мы с мамой отправились прогуляться по залу. Бегло окинув собравшихся взглядом, я не увидела ни единого знакомого лица и решила пока хотя бы постараться насладиться вечером.
В специальной нише оркестр играл приятную ненавязчивую мелодию. Гости собирались в группки по интересам, пили игристое, вели неспешные беседы. Я отметила, что мода на укороченные юбки до высшего света Ферсии пока так и не добралась, дамы здесь выбирали платья «в пол», да и их причёски выглядели несколько старомодными. Мы с мамой тоже были одеты похожим образом, чтобы не выделяться, хотя обычно лично я предпочитала брючные костюмы, а мама – модные нынче платья прямого кроя длиной чуть ниже колен. Мне тоже нравились такие наряды, но… из-за шрамов на ногах и руках приходилось выбирать что-то гораздо более закрытое.
Вечер шёл своим чередом и мало чем отличался от подобных мероприятий, проводимых в Шаразе. Мне всё же удалось взять под контроль страх от возможной встречи с Каем и даже убедить себя, что, скорее всего, сегодня она не состоится. Постепенно я смогла расслабиться и далеко не сразу заметила, что, в отличие от меня, мама откровенно напряжена.
Увы, среди гостей этого вечера нашлись те, кто, как и канцлер, узнали в супруге лорда Хар Дэрона Верзалию Ливарскую. На неё смотрели с любопытством и удивлением. Дамы и господа перешёптывались, бросая на нас горящие интересом взгляды, хорошо хоть подходить пока не спешили. Оказалось, что в высшем обществе Ферсии маму помнили многие, и наверняка у них теперь возникли вопросы, где же она пропадала столько лет?
Да уж, не думала я, что этот вечер станет испытанием не только для меня, но и для моей матери. А ведь она давно рассказала мне о своей юности, о родных, которые от неё отреклись, да только я даже не подумала, каково будет ей снова очутиться среди старых знакомых.
Когда через несколько минут к нам присоединился Фил, мамины плечи немного расслабились, а мне стало чуточку спокойнее.
– Не отходи от неё, – шепнула я ему.
– Не отойду, – понимающе ответил он и повёл нас к столу с напитками.
Вскоре должен был состояться торжественный ужин, за ним – танцы, которые я собиралась пропустить. Танцевать я умела – пришлось научиться, но особой радости они мне не доставляли.
Часы показывали уже половину восьмого, а Кай так и не появился. Неужели не посчитал важным поприветствовать гостей из Шараза? Или слишком занят? А может, ему просто уже известно, что на этом вечере придётся встретиться со мной, поэтому он и решил не приходить?
Отмахнувших от новой порции навязчивых неприятных мыслей, я взяла бокал с игристым и отправилась на один из многочисленных балконов, примыкающих к залу приёмов. К счастью, никто за мной не пошёл, никто не стал нарушать моё уединение. На свежем воздухе стало легче, даже получилось примириться с действительностью и навести порядок в голове.
Но лишь стоило вернуться в зал… и мой взгляд сразу выхватил в толпе высокого темноволосого мужчину в тёмно-серой форме стражей. Глупое сердце в груди сначала замерло, а потом застучало так быстро, будто собиралось спешно покинуть грудную клетку. В лёгкие перестал поступать воздух, а по телу пронеслась волна обжигающего холода.
– Всё будет хорошо, – строго, но очень тихо сказал появившийся рядом Фил.
Я посмотрела на него с благодарностью, взяла под руку и направилась вместе с ним к маме, мило беседующей с леди Эйлинс – супругой заместителя посла из нашей же делегации.
Мой взгляд, словно привязанный, то и дело возвращался к Кайтеру. Но сам Кай даже не смотрел в мою сторону. Его волосы отросли почти так же, как у Фила, и тоже чуть вились, при этом были зачёсаны назад на боковой пробор. Форма сидела на нём идеально, подчёркивала выправку и добавляла образу холодной строгости. Казалось, Кай стал выше, мощнее, и всё же… почти не изменился.
Я заставляла себя отворачиваться, отвечала на какую-то реплику мамы или леди Эйлинс, пыталась поддерживать разговор, но руки предательски дрожали, а глаза сами каждый раз невольно отыскивали в зале Кая.
Когда же я заметила, что он в компании канцлера и миниатюрной беловолосой девушки направляется к нам, мне вдруг стало нечем дышать.
Между лопатками тут же легла рука Филиппа, а по телу пронеслась лёгкая волна магии – нашей родовой. Она дала мне силы хоть немного прийти в себя, но я всё равно предпочла отступить чуть назад, встав за спинами родителей.
– Лорд Хар Дэрон, разрешите представить вам моего племянника капитана Кайтера Гринстека и его невесту леди Алексис Арго Фэрс, – произнёс канцлер, остановившись напротив Филиппа.
Фил и Кайтер обозначили чинные короткие поклоны,
