ей правду?
– Наоборот, обязательно сообщу, – без сомнения ответил Кайтер. – Но не опасайтесь её. Она не причинит вам вреда.
Больше мы не сказали друг другу ни слова. Кай довёз меня до одного из боковых входов во дворец, поближе к гостевому крылу. Проводил до двери и, кивнув на прощание, уехал.
Не помню, как добралась до своих покоев. Шла, как кукла, без мыслей, без чувств, с одной лишь пустотой внутри. А оказавшись в комнате, просто упала на кровать, уткнулась лицом в подушку и, наконец, позволила себе разрыдаться.
Во мне скопилось слишком много эмоций, и хороших среди них не было. Кай меня забыл, я для него теперь просто проблема, которую надо решить. Великая любовь, кружившая когда-то мне голову и дарующая крылья, теперь с той же силой тянула меня во тьму бездны. Наверное, превратись мои чувства в ненависть, мне было бы легче. Я бы просто ненавидела Кая, жила бы уже этой сильной эмоцией, упивалась бы ею. Но в реальности меня теперь окружала лишь душевная пустота. Ведь для того, кого я когда-то так сильно любила, я теперь не любимая, не бывшая, даже не враг… я просто никто.
ГЛАВА 13. Открытия прошлого
Кайтер
Из душного номера маленькой гостиницы на окраине я вышел первым – просто не мог больше оставаться внутри. Быстро спустился вниз по лестнице, толкнул дверь и с наслаждением вдохнул стылый ночной воздух, пахнущий скорой зимой. В груди что-то защемило, даже захотелось схватиться за место у сердца рукой, но я не стал поддаваться порыву. Вместо этого быстро сбежал с крыльца, дошёл до ближайшего дуба и прислонился к широкому стволу.
Рядом с деревьями мне всегда становилось легче. Сейчас, в конце осени, дуб уже почти уснул, но всё равно поделился со мной живительной чистой энергией, приняв взамен мою тёмную. Нет, она не должна была ему повредить, но я, если бы не избавился от этого груза, мог бы тронуться умом.
Когда обмен энергиями прекратился, я молча опустился на пожухлую траву у ствола и упёрся в него затылком. Чувствовал себя всё ещё паршиво, но теперь я хотя бы снова мог думать. Правда, чем больше размышлял, тем мрачнее становилось на душе.
– Да уж, – проговорила подошедшая ко мне Алексис. – Восстанавливаешь душевное равновесие?
Она расслабленно играла небольшим карманным ножичком, который чаще всего использовала в своих тёмных ритуалах, да и вообще, выглядела почти не удивлённой.
Лекса была младше меня на добрых восемь лет, но в свои двадцать успела повидать столько, что иногда рядом с ней я сам себе казался наивным юнцом. Нормальные девушки в её возрасте думали о танцах, женихах, ну, в крайнем случае, об учёбе. Лекса же мыслила иными нормами и жила иной моралью.
– Пытаюсь уложить в голове всё, что узнал, – ответил я ей и тут же спросил. – Харфид жив?
– Да, хотя мне очень хотелось его прикончить, – ответила девушка и, посмотрев мне в глаза, шагнула ближе. – А знаешь, мне тебя жаль, хотя меня вообще редко посещают подобные чувства. Обещаю, Кай, когда буду убивать твоего дядю, сделаю это и за тебя в том числе.
Я усмехнулся, но ничего не ответил. Лекса давно всё для себя решила и планов менять не собиралась. Озвучила их ещё при самой первой нашей встрече, и даже заявила, что имеет право на такую месть. В этом я был с ней согласен – имеет. Олирд лишил её всего: семьи, титула, будущего. По его приказу был убит её отец. Алексис и её старшему брату чудом удалось спастись и сбежать из страны. И теперь она жила лишь одной местью.
Канцлер боялся её, и не зря. За миловидным личиком и хрупкой фигуркой прятался настоящий монстр. И я рад, что когда-то мне хватило сообразительности заключить с ней сделку.
– Ничтожество по имени Харфид рассказал много интересного, – проговорила Лекса, тоже сев на траву в метре от меня. – И теперь я хотя бы знаю, почему ты такой примороженный. Хорошо, что вообще жив остался после того, что с тобой сделали. Ведь эти твари не просто разорвали твою связь с женой, а попытались перекинуть оборванные энергетические нити на артефакт, чтобы ты стал послушным. Кем-то вроде куклы, полностью подчинённой канцлеру. При этом они тебя едва не угробили, пришлось потом долго лечить.
– Я помню ту болезнь. Мне несколько месяцев было плохо. Как раз осенью… пять лет назад, – ответил я, растерев лицо ладонями. – И лишь сейчас понял, что не могу найти в памяти, как учился на четвёртом курсе.
– Они как-то закрыли от тебя всё, что так или иначе было связано с твоей женой, – кивнула Лекса. – Ну какие же твари! И твой дядя, и этот его приспешничек Харфид. Кстати, сейчас он спит, завтра ничего о нашем разговоре не вспомнит. Но, знаешь, эту девушку… Карин, лучше спрятать. Удивлена, как канцлер её не узнал. Хотя… они в то время наверняка не встречались.
– Не знаю. Не помню, – бросил я раздражённо и втянул носом холодный воздух.
– В ритуале разрыва связи помогала ведьма, но её уже нет в живых, – сообщила Лекса. – Как я поняла, именно она рвала нити. И вместе с ними повредила что-то в твоей ауре.
Увы, собственную ауру я видеть не мог, но уже не раз слышал от ведьм и других колдунов, что с ней что-то не так. Правда, был уверен, что это последствия революции, нападения на наш дом, потери родных. А теперь понял, что дело совсем в другом.
– Нужно закончить то, что они тогда начали. Дорвать эту демонову связь, – рыкнул я, поражаясь собственной эмоциональности. Давно я не испытывал столько самых разных чувств.
Лекса посмотрела пристально, но отвечать не стала. Вместо этого поднялась на ноги, отряхнула штаны и встала передо мной.
– Идём отсюда. Ты узнал всё, что хотел, – сказала она. – Информации к размышлению теперь море.
– Спасибо, что помогла с допросом, – я тоже поднялся. – Если когда-нибудь тебе надоест политика, буду рад твоей помощи в моём ведомстве. Твои проклятия иногда могут быть полезными.
– Нет уж, со стражами я работать не стану, – рассмеялась она. – Это даже звучит смешно. Лучше уж снова пущусь в свободное плавание. Или осяду где-нибудь в Карсте, там, в подвалах академии, настоящие залежи интересных книг с заклинаниями. Но сейчас нужно думать о другом. До свадьбы меньше недели, а ты, Кай, женат. И я сильно сомневаюсь, что за оставшееся время мы сможем разорвать вашу связь. Хотя попробовать определённо стоит.
