Только не оставляйте меня в лесу! Говорят, в Фарнакском лесу водятся дикие оборотни!
Алекс, в первый момент опешивший от порыва девчонки не меньше меня, поморщился досадливо:
– Нет тут никаких оборотней. Сказки это. Иначе бы я их уже учуял.
Служанка громко и некрасиво всхлипнула, не обращая ни его слова внимания. А Алекс покосился на меня и вздохнул:
– Хорошо. До ближайшего города можешь идти с нами. А там решим.
Глава 27
К вечеру мы вышли к тому поселению, из которого сегодня утром выехала злосчастная карета графа Кроули. Назвать это место городом язык не поворачивался. С неприятным изумлением я рассматривала в сгущающихся сумерках грязную, залитую водой после дождя улочку и темнеющие дома. Уличного освещения не было. Дома, насколько я могла заметить, были наполовину каменными, наполовину деревянными. На окраине поселка крыши – из камыша, ближе к так называемому «центру» – под черепицей. И это, кажется, были дома местной элиты.
Людей на улице не было. Но нам это было на руку. Алекс по-прежнему нес меня на руках, не слушая робких возражений. Нелл молча, без жалоб шла рядом с вампиром.
– Милорд, – служанка робко прикоснулась к руке Алекса, – тут рядом постоялый двор, на котором останавливался господин граф. А дальше есть гостиница. Но там не было мест. Поэтому графу с супругой пришлось ехать на постоялый двор.
Алекс заглянул мне в лицо. Потом коротко глянул на Нелл:
– Веди в гостиницу. Там решим, что делать дальше.
Девушка молча кивнула, подхватила перепачканные и порванные юбки, и зашагала впереди нас, показывая дорогу. Я прикинула, как мы выглядим: Нелл в грязном платье с изодранным подолом, в майке Алекса поверх порванного лифа платья, я на руках у вампира, тоже далеко не сияющая чистотой, со спутанными волосами, украшенными лесным мусором, и Алекс. К тому же, мы с вампиром оба в странной одежде. И на мне, и на Алексе красовались джинсы. На Алексе яркая ветровка. Представляю, как на нас посмотрят местные жители.
Когда перед нами замаячила каменная стена гостиницы, Алекс негромко окликнул служанку:
– Нелл, мы с супругой не местные. Но у себя на родине я – сын герцога. Так к нам и обращайся.
Служаночка округлила глаза и испуганно ойкнула:
– Ох! Простите, ваша светлость, я не знала.
Алекс кивнул, принимая извинения, и велел:
– Стучи. Миледи требуется отдых.
Нелл послушно поднялась на две каменные ступеньки и бесцеремонно забарабанила в дверь. Я, положив Алексу голову на грудь, окинула взглядом вход в гостиницу. Добротную, потемневшую от времени дверь, удерживали на весу фигурные петли, я такие в каком-то мультике видела: в форме языков пламени, длинные, они еще дополнительно служили креплением и защитой для толстенных брусьев, из которых и была сбита дверь. Не удивлюсь, если этими брусьями окажутся половинки бревен. Над входом в гостиницу теплился огонек. Маленький и слабый, на фонарь он никак не тянул, но ступеньки освещал исправно. Наверное, именно для этого его сюда и пристроили. В темноте свалиться с каменных порогов было легче легкого.
– Огонек магический. – Шепнул мне на ухо Алекс. – Значит, гостиница не бедная.
– Почему ты так решил? – Я с любопытством заглянула вампиру в лицо. – Может, тут это ничего не стоит. Сам же говорил, что тут магии столько, что ее можно пить прямо из воздуха.
– Можно. Но по какой-то причине ее тут не используют. – Я удивленно приподняла брови, молча задавая вопрос. И Алекс снисходительно хмыкнул: – Все просто, котенок, оглянись – улицы не освещены. А если бы магия тут ничего не стоила, тогда тут маглюмы были бы на каждом шагу. Вместо этого в окнах домов я вижу отблески свечей.
Пришлось признать правоту и наблюдательность Алекса.
Пока мы с вампиром перешептывались, за дверью кто-то завозился. Низкий скрипучий голос гаркнул:
– Кого том бес принес на ночь глядючи? Когда все честные люди уже спят? Мест нет! Ступайте к Корыну на постоялый двор!
Алекс ответить не успел. Нелл возмущенно расправила плечи и рявкнула в ответ, я даже не подозревала, что эта тоненькая девчушка так умеет:
– Открывай, старый хрыч! Не пристало их светлостям, милорду герцогу и его супруге, на постоялом дворе ночевать! Мало того, что в окрестностях порядку нету, так еще и в ночевке отказываешь?
За дверью притихли на секунду. А потом загрохотал засов. Дверь медленно приоткрылась, и в щель высунулся крупный, весь усеянный оспинами и рытвинами, с парой воинственно торчащих на самом кончике черных волосков нос. Породистый такой нос, в свете волшебного фонарика казавшийся сине-багровым. Обладатель выдающегося носа скосил на нас один глаз. Потом заглянул нам за спину и подозрительно поинтересовался:
– А карета ваша ж где?
– Полагаю, этот вопрос нужно задавать тем, кто промышляет в ваших лесах. – Тон Алекса был учтив, но холоден, как вечная мерзлота. И к дальнейшим расспросам точно не располагал. – Нас сегодня перехватила шайка какого-то отребья. К несчастью, я смог отбить только свою супругу и ее камеристку. И за это ваш градоначальник мне ответит!
На последней фразе Алекса хозяин гостиницы ощутимо вздрогнул и торопливо распахнул дверь:
– Ох ты ж, лишенько-то какое! Проходите, ваша светлость. Сейчас. А градоначальник наш совсем уж обленился. Только и знает, что налог драть. А сделать что-то для людей, так это не он, не его обязанность! Вы проходите-то, господин герцог! Проходите! Шанта! Магда!
Алекс легко переступил через порог, осторожно прижимая меня к себе, чтобы не ударилась. Нелл двинулась следом. В неровном, подрагивающем свете свечи, которую откуда-то за секунду вытащил мужик и поднял почти у себя над головой, я заметила вторые двери, а за ними поблескивающие чьи-то любопытные глаза. Мужик бубнил, ведя нас вперед, почти не умолкая:
– Сейчас, сейчас, ваша светлость, комната одна есть. Ужин супружница моя сейчас подогреет. А служка воды натаскает леди умыться. Вы уж не прогневайтесь, выживаем как можем. Вон, в Суримы на ярмарку одним обозом, под вооруженной охраной ходим. Одному никак нельзя. Ээх! Да что я вам рассказываю! Давеча и сами все увидели! А может, – мужик вдруг словно споткнулся, – вы,
