они ему не нравились. Должен ли он сражаться, несмотря на угрозу для своей пары? Джози бы умерла, в этом он уверен, но он не мог не задаться вопросом, не было ли это тем, что она бы предпочла.
«Не лучше ли умереть, чем быть ответственным за завоевание своей расы?» — Он отрицательно покачал головой. — «Мордрак и Аскелон сказали бы, что я уже сделал этот выбор, и поставил себя и свою пару на первое место перед своим собственным видом».
Он ударил кулаком по стене камеры, достаточно сильно, чтобы оставить вмятину. Он предпочел ее жизнь свободе Земли, и он не знал, простит ли она его. Но он не мог поступить иначе. Одной мысли о смерти Джози было достаточно, чтобы разорвать ему сердце, и, если она возненавидела его за этот выбор, это цена, которую ему придется заплатить. Не то чтобы у него сейчас был выбор, решение было принято.
Снаружи камеры он услышал громкий голос Аскелона, кричащий на королевскую гвардию, и застонал. Они готовились к нападению, и жизни, которые должны были быть потеряны, будут на его совести. В некотором смысле, это хорошо. По крайней мере, когда начнется война, у него будет меньше места для сомнений.
Нет. Он не собирался смириться с тем, что так легко проиграл. Глубоко вздохнув, он присел лицом к двери. Если и был шанс остановить это, то сейчас, когда солдаты проснулись. Если бы он только мог поговорить с ними, показать им истину, еще было время — но дверь не открылась по его команде.
Приготовившись к атаке, он закрыл глаза в безмолвной молитве. Дверь была толстой и сильной, и он не смог бы легко прорваться, если прорвется. Если бы у него было пространство для перемещения, все было бы иначе — никакая дверь не остановила бы злого дракона в военной форме, но Аскелон был слишком умен, чтобы попытаться ограничить его в пространстве, достаточно большом для этого.
«Предки, простите меня, надеюсь, что это правильный выбор».
Как будто в ответ на его молитву другой голос прервал речь Аскелона. Джози. Голова Верикана вскинулась при звуке ее крика правды воинам снаружи, и его сердце распухло от любви и страха. Каким-то образом она освободилась, каким-то образом нашла их, и теперь она вернулась в пасть верной смерти, чтобы попытаться спасти их народы от ужасной ошибки.
«Она идеальна», — подумал он, потрясенный. — «Я не смогу полюбить никого другого. Я не позволю ей умереть».
Он бросился в дверь с грохотом, который заполнил небольшое пространство, но в то время, как его плечо горело от боли, дверь была без повреждений. Металл был таким же, как и для корпусов военных кораблей, и у него не было инструментов, чтобы открыть его.
Но в этом не было необходимости. Когда он уже был в отчаянии, он услышал ее голос, эхом отдающийся из динамиков.
— Двери откройтесь! — Стехазала она. И они открылись.
Не останавливаясь, чтобы осмотреться, Вериканпрыгнул. Рев, вырвавшийся из его горла, испугал даже его, пообещав смерть любому, кто навредит женщине, которую он любил.
На балконе Аскелон повернулся к нему лицом. Медленно, слишком медленно, ученый поднял руки, чтобы защититься. Но он не был первой целью Верикана. Это был стражник, державший Джози над пропастью.
Дракон отпустил ее и развернулся лицом к лицу, но Джози прижалась к его руке, замедляя его. Верикан врезался в него, толкнув кулаками обратно в перила. У принца не было оружия, но оно ему не было нужно, не тогда, когда его гнев наполнил его и дал ему силу. Его кулак ударил, как отбойный молоток, отбросив охранника назад к перилам.
Джози выпустила руку охранника и схватилась за перила, держась из последних сил. Схватив мужчину за голову, Верикан разбил ее об стену, ошеломив его, а затем перевернул через край. Падение было слишком коротким, чтобы охранник мог оправиться, и он громко ударился об пол пещеры.
Верикан потянулся к Джози, но другой охранник был на нем, прежде чем он смог схватить ее. Упав на пол, они боролись за контроль, а драконы внизу смотрели в ошеломленной тишине.
Охранник успел оказаться сверху и мощно ударить кулаком в лицо, но Верикан проигнорировал это. У него не было времени сосредоточиться на боли, слишком многое было поставлено на карту. Заблокировав следующий удар, он оттолкнул его в сторону и повалилна пол рядом с собой, обхватив руками ноги. Верикан выгнул спину с ревом, отправив охранника в полет, чтобы разбить некоторое оборудование Аскелона. Треск разряда электричества заполнил воздух. Поднявшись на ноги, он увидел, что охранник не двигается. Из его тела поднялся дым.
— Остановитесь или я убью ее! — Аскелон схватился за перила возле Джози, с отчаянием в голосе. Если он думал, что это замедлит Верикан, он совершил самую большую ошибку.
С ревом Верикан прыгнул на своего врага, врезавшись в него, Аскелон схватил Джози за руку. Удар послал обоих драконов через перила, кувыркаясь в воздухе и потянув Джози с ними.
Крылья Верикана расправились, ловя воздух и замедляя падение, но трое из них весили слишком много, и не было времени подтянуться. Все, что он мог сделать, это замедлить их, чтобы они упали сотрясающим ударом, который ничего не сломал.
Вокруг них смотрели сотни королевских стражников. У большинства были ошеломленные выражения на лицах, но некоторые пытались двигаться, подниматься, что-то делать. Однако они были еще слишком слабы, чтобы двигаться быстро, и Верикан видел, что ему придется закончить это самостоятельно.
«Так тому и быть», — подумал он, оскалившись и обнажая зубы. — «В любом случае, это моя битва. Пусть они все увидят, что происходит с тем, кто угрожает моей Джози».
Аскелон поднялся на ноги, таща за собой Джози. Его глаза бешено метались вокруг, как будто он искал выход, но идти было некуда.
— Сдавайся, — сказал он, его голос прерывался.
— Кому? — Верикан подошел ближе. — Ты здесь не главный, даже ты это знаешь. Я твой принц, и ты сдашься мне сейчас или я прикончу тебя.
Аскелон прошипел гневный отказ, но его взгляд показал Верикан правду. Страх и сомнениеясно дали понять, что Аскелон не видел способа спасти свое положение, но его гордость
