ее жизнь под угрозу. Поверь, императору хватит влияния и возможностей утихомирить своего старшего сына. А мы эту папку надежно спрячем, она будет гарантом сохранения жизни твоей невесты. Но и не только, именно эти данные когда-нибудь помогут тебе вступить на престол, если ты этого захочешь. Но сейчас не время и не место, чтобы их обнародовать. Терпение, мой мальчик, терпение.
В гостиной повисла тишина, я обдумывал слова главы рода де Виль и все больше убеждался, что правильно сделал, обратившись к нему. Он был очень мудрый человек и сейчас, как и всегда, был прав.
– А вдруг этого не хватит и отец решит не идти на поводу? – спросил я с сомнением.
– Я очень хорошо знаю Азаэля и готов спорить о том, что он будет в полнейшей ярости, когда увидит эти данные. Уверен, что все сработает как надо. Но, прежде чем ты к нему отправишься, мы проведем обряд единения, женив вас обоих. И сделаем это как можно скорее. Скажешь, чего тебе не хватает, и я это достану. После ритуала разорвать брак будет невозможно, и твоему отцу придется с этим смириться. Может быть, он против вашей связи, но, поняв, что ничего не исправить, он отступится, чтобы не навредить своими действиями любимому сыну.
– Любимому сыну, – скептически хмыкнул я, – это уж навряд ли.
– Второго он любит еще меньше. А других у него нет. Так что не сомневайся, все пройдет гладко.
Глава 32. Анабель
Всю следующую неделю мы с Реном провели в поместье де Виль. Я чувствовала себя как дома. Бабушка и Дедушка Рена мне очень понравились. В том числе и тем, что так хорошо меня приняли, как родную. Это не могло не подкупать. Я не помню маму и папу, а тем более их родителей. Поэтому то тепло, которым меня окутали родственники Рена, было для меня в новинку.
Не прошло и пары дней, как Жан Пьер де Виль подошел к своему внуку и сказал, что все для ритуала готово. Рен изрядно удивился, у него на сбор нужных артефактов и ингредиентов ушло более двух лет, и то он нашел не все. А дед справился так быстро. Все-таки опыт, связи и деньги делают многое. Надо было сразу к ним обратиться.
Учебный год все еще продолжался, это мне дали освобождение в связи с покушением, да и то по личной просьбе принца. Он боялся отпускать меня в академию, в которой теперь каждый знал о наших отношениях. Мои друзья тоже получили отпуск на восстановление, но он уже закончился для всех, кроме Насти, которая еще прибывала в больнице. Поэтому нашу с Реном свадьбу назначили на ближайшие выходные. Друзья – были моей единственной семьей, так что не пригласить их на столь важное событие, я не могла. Было принято решение, что сам ритуал будет проведен в пятницу вечером. Ибо о нем не должны были знать все. А в субботу вечером будет официальная часть церемонии и бал в честь нее. На самом деле и я, и Рен предпочли бы обойтись без большого праздника. Но дедушка будущего мужа настоял на этом. Если столько людей побывают на нашей с ним свадьбе, то разорвать ее без скандала император уже не сможет. Ну а чтобы никто нам не помешал, цель бала решили держать в секрете. Герцог и Герцогиня разослали всем приглашения на самый обычный бал, намекнув, что на нем произойдет что-то важное. Хоть он и был слишком внезапным, все же согласилось приехать очень много народа, ибо отказывать семье де Виль мало кто хотел, они были очень уважаемыми людьми.
В связи с конспирацией праздник устраивался в летнем поместье де Виль, поэтому подготовку я почти не застала. Герцогиня с ажиотажем выбирала цветы, закуски, цветовую палитру праздника, она устраивала такие праздники далеко не впервой, и ей это удавалось на редкость легко. Меня же подобные вопросы угнетали. Поэтому я была только рада тому, что это все не лежит на моих плечах. Лучше сдать экзамен по боевой подготовке, чем заниматься подобными делами. Не то, чтобы мне было все равно, как пройдет моя свадьба, просто я доверяла Веронике. Тем более она умудрялась успевать спрашивать и моего совета, хоть и делала это очень ненавязчиво. Золотая женщина.
Чтобы сшить мне платье, герцогиня позвала свою доверенную модистку, которая за многие годы работы с семьей де Виль доказала не только свой профессионализм, но и умение держать язык за зубами. Это качество особенно ценили аристократы, ибо швеи появлялись в особняке гораздо чаще, чем самые дорогие гости. И за это время узнавали немало секретов хозяев дома.
Шить свадебное платье для невесты принца за столь короткий срок, было для женщины не только огромной честью, но и еще большим испытанием. Поэтому к вопросу она подошла очень ответственно. Мои пожелания, естественно, были учтены. А результат превзошел все мои ожидания.
Платье было классического кроя: сверху плотный корсет, подчеркивающий изящную талию и приподнимающий грудь, открытые плечи, широкая, пышная юбка и длинный подол. Я бы вряд ли смогла бы даже пройтись в таком тяжелом платье, но с помощью бытовой магии модистка сделала его легким и комфортным, за что ей огромное спасибо. Но не крой платья и даже не качество ткани делали его столь особенным, а вышивка на корсете и подоле. Вышивка была безумно изящной и изображала цветы и маленьких птичек. Эта идея мне очень понравилась, ибо она подчеркивала то, как меня называл Рен. А я свое прозвище очень любила, потому что оно символизировало легкость и свободу. Узор был сделан золотыми и голубыми нитями, цветами дома кон Элло и де Виль. Это была еще одна особенность, рискующая вылиться в скандал, но я не могла не отдать дань уважения тем людям, которые приняли нас с Реном столь душевно. Тем более мой муж принадлежал обеим домам, и оба были для него одинаково важны.
К изящной вышивке были также добавлены алмазы и сапфиры. Я бы обошлась и без них, но будущей принцессе не положено, платье должно было подчеркнуть статус и богатство, так что пришлось смириться. Хорошо, что их было немного, иначе я бы сверкала, как новогодняя елка. Модистка была действительно, очень талантливая, ей удалось вплести в рисунок камни настолько изящно, что они не кидались в глаза, а скорее дополняли красоту картины. В общем, платья красивее я никогда еще
