патологоанатом.
– Какая разница? Мне просто нужно, чтобы вы нашли в теле осколок стрелы. Это вы сможете.
– Смогу, – голос Исиба звучал максимально недовольно, – но почему я?
– Не знаю. – Я неловко улыбнулся. – Это сложно. Я боюсь доверить это другому.
К моему удивлению, после этого ответа он как-то даже подобрел. Испытующе глянул мне в глаза:
– Это связано с кначетом?
– Да.
– И твои коллеги не скоро приедут?
– Да.
– Что ж, – он тяжело вздохнул, – значит, мне придется. Дайте мне несколько минут, переоденусь.
Я взглянул на его ночную сорочку, улыбнулся:
– Конечно. Спасибо большое!
Исиб потрясенно оглядел морг, оплавленный металл, покрытый слоем пепла.
– Как это возможно?..
– Кначет, – я пожал плечами, – тело вон там.
Я показал на Санди.
– Вы что, хотите, чтобы я проводил вскрытие здесь?
– Это же морг!
Врач возмущенно на меня взглянул, открыл рот, закрыл, вздохнул, проворчал:
– Ох уж эти дилетанты… Помогите мне.
Нам же не живого человека оперировать, какая разница?.. Спорить не буду, ему, конечно, лучше знать.
Вместе мы прикатили койку-каталку из другой комнаты, переложили Санди на нее, укатили назад. Там переложили тело в металлическую ванну, обмыли водой от пепла. Ибис попросил меня избавиться от пепла на полу, который мы принесли на ногах и колесах, сам же вымыл руки по локоть, облачился в санитарный халат, шапочку и перчатки и перенес тело на операционный стол.
Когда я закончил уборку, Санди был уже вскрыт, а Исиб щипцами держал какую-то металлическую штуку, вертел, внимательно разглядывая. Услышав, что я подхожу, врач опустил добычу на поднос, повернулся:
– Это не осколок. Тот, кто делал ему операцию, забыл внутри свой инструмент.
Что?.. Все еще хуже, чем я думаю?!
– И Санди умер от этого?
– Судя по всему – да. Тут большое воспаление.
Значит, кначет был прав. Так… Надо сделать что-то формальное, чтобы были доказательства.
– Гм… Вы можете написать медицинское заключение для меня? И достать медкарту Санди?
– Конечно.
Исиб куда-то стремительно ушел и вернулся с папкой. Еще через несколько минут у меня была копия заключения о причинах смерти Санди. Пока я читал, врач пояснял мне, какие выводы нужно сделать из написанного:
– Пациент страдал от болей после операции по извлечении стрелы. Его врач это проигнорировал и лечил так, как будто у него была просто инфекция, занесенная со стрелой. Если бы он сделал операцию по извлечению инструмента, об ошибке стало бы известно начальству. Констатируя смерть от инфекции, технически для начальства он ошибки не сделал, это просто еще одна смерть в статистику. Данрис уже ставил под сомнение квалификацию этого врача, еще одна ошибка, и его бы уволили.
Внутри меня все похолодело. Нет, все не просто хуже, чем я думал. Все сильно хуже! Колоссально хуже! Врач, для которого жизнь пациента не так важна, как собственная должность. А если бы я попал к такому? Беззащитный, раненый, умирающий…
Я потрясенно переводил взгляд с бумаги на Исиба.
– То есть… Санди умер, потому что врач боялся увольнения?
Медик развел руками. Его вид показывал стыд за коллегу.
– Похоже на то.
Как же страшно.
– Я… Я не уверен, что нужно делать. – Я нервно сложил бумагу, пряча в помощника.
– Не волнуйтесь, я сам расскажу обо всем главврачу и полиции.
– Полиции? – Я растерянно моргнул.
– Это убийство. – Исиб опустил голову, не в силах выдерживать мой взгляд. – Абсолютное убийство. Этот врач должен сидеть в тюрьме.
Как же горько… Санди это не утешит. Но это уже кое-что. По крайней мере, от рук этого козла никто больше не пострадает.
Виновный
Ожидая коллег на скамейке в холле больницы, я взял со столика газету. В этой больнице заботились о том, чтобы гостям не было скучно.
«…Вардио наслал кначета на больницу Данриса Голосса. Погибло двое врачей».
Я несколько раз перечитывал строки, отказываясь верить глазам. Какого хрена?.. Чувствуя, как внутри все закипает, я скомкал газету и быстро зашагал знакомым маршрутом на второй этаж, по длинному коридору к кабинету главврача. Судя по тому, что медсестры шарахались с моего пути, выглядел я очень злым.
Не стучась, я толкнул дверь, прошелся по дорогому ковру и хлопнул газетой по столу:
– Это что такое?!
Главврач вздрогнул, поднял голову. Испуг быстро сменился злостью:
– Что вы себе позволяете?
– То, что тут написано, – ложь! Только вы могли втюхать такую информацию журналистам.
– И что? – Данрис презрительно повел бровью. – От меня ты что хочешь?
– Вы… – Я задохнулся от гнева. – Вы совсем ничем не гнушаетесь, чтобы уничтожить конкурентов?!
– Вы что, меня обвиняете? – Он нехорошо сощурился.
– Заберите свои слова назад!
– Или что?
Я отстранился, отшагнул назад, неверяще глядя на мужчину. А чего я ожидал?.. Что плохой человек, способный идти по головам ради денег, совершать подлости, извинится и пойдет к журналистам с просьбой написать опровержение прошлой статьи?.. Он и того врача, что убил Санди, уволил бы только потому, что тот портит репутацию клиники. Но если бы оказался на его месте – сам поступил бы так же.
Не говоря ни слова, я развернулся и пошел прочь. Изучив газету, нашел название и адрес издания и через полчаса уже стоял в кабинете главного редактора. Худосочный пожилой дяденька меня внимательно выслушал, задумчиво покивал:
– У вас есть доказательства?
– Я элитор, я убивал этого кначета. В полиции есть дело врача, который убил Санди, после чего тот стал кначетом. У вас же там есть связи? Попросите их подтвердить.
Глаза редактора загорелись:
– Очень, очень интересно! Врач-убийца? Да еще и лжец-главврач? Это может уничтожить репутацию клиники! Очень, очень любопытная история!
Да в Бездну вас всех! Какого хрена? Сдерживая злость, я отчеканил:
– Клиника хорошая. Как только Данрис узнал о том, что творит его подчиненный, то уволил его. Лечат там хорошо, я на себе испытал. Я всего лишь хочу, чтобы вы опровергли клевету на Вардио в следующем выпуске, и все. Я не хочу уничтожать ничью репутацию.
Мужчина хотел дружески похлопать меня по плечу, но я с отвращением увернулся. Он как будто не заметил, плавая мыслями где-то далеко:
– Это уже не твоя забота. Клевета будет опровергнута, а остальное…
Конечно. Ему нет никакого дела до правды. Главное – сенсация. А сенсация – это деньги. Я сплюнул на пол, ушел не прощаясь. Какие все вокруг мерзкие! Я как будто искупался в испражнениях. Данрис, тот врач-убийца, журналист… Такая гадость!
– Ты не был обязан защищать Вардио. – Кантэзо, как всегда, внезапно возник из неоткуда, зашагал рядом, видя, что я и не думаю останавливаться, чтобы поговорить с ним. – Ты уничтожил кначета, проблемы межличностных отношений интересантов –
