условиях. Настолько дико и хрипло дыша одним воздухом на двоих.
Он ускоряется, покоряя и снова заставляя забыть меня обо всём. Кусается, цепляется за ткань платья и натягивая так откровенно, что это сводит с ума. Он словно сумасшедший. В нём много силы, чувств и желания. Он трогает меня, ласкает губами, кусается и вскоре мои губы пересыхают от хриплых стонов. Я впиваюсь в его руки, которые снова сжимают стянутое на талию платье и смотрю ему в глаза. Бросаю вызов, показываю себя всю, свою душу и задыхаюсь от истинного Вита. Он тоже не скрывает себя. Настоящий, мой… Он не отвечает за свои действия и отпускает всю боль, которую однажды причинила я ему. Мне хочется тут же его прижать и впиться в губы и он… Словно читает мысли.
Изливаясь мне на живот, он впивается в мои губы поцелуем. Нежно. Сладко. Хрипло рыча в губы и продолжая этим поцелуем моё удовольствие…
Как же сладко… Приторно. Вкусно.
…- Ты изменил Алисе, — улыбаюсь, рассматривая курящего Сапфира. Я уже в относительном порядке, но сижу по-прежнему на столе и без колготок. Там появились стрелки. Но это не вина Сапфира. Я же танцевала на столе, что ещё с ними могло бы случиться? Тяну виски и отставляю руку на столешницу, чувствуя себя настоящей победительницей.
— Я ничего ей не должен. Только дочке, — смотрит на меня, медленно выдыхая дым.
— Цинично, — наклоняю голову.
— Я изменил тебе и совершил ошибки. Я понимаю это. И не знаю, как это исправить, — Вит смотрит мне в глаза.
— Это извинения? — хмыкнула я. Глупо их требовать сейчас. Но я, почему-то, хочу их стребовать. Пусть я буду глупой. Но я хочу так.
— А ты хочешь, чтобы я встал на колени? — мужчина выпивает виски и встаёт с дивана. Уверенно встаёт перед моими ногами на колени и хмыкает. — Это решило нашу проблему?
— Нет, — резонно замечаю я, понимая теперь смысл его слов. Он не хочет показательных выступлений.
— Вот и я о том. Только действия. Ты же меня знаешь, Карин. Исправить поступки словами невозможно, — мужчина костяшками пальцев ведёт по голой ноге. Приятно и так, словно не может не касаться меня. Подушечками пальцев мягко нажимая на кожу. — Я люблю тебя.
— Не верю, — хмыкаю. — Почему ты ни разу ко мне не приехал? Почему не попытался сделать хоть что-то? — я наклоняюсь к нему и веду ногтями по щетине. Нежно чешу его коротенькие волосики и улыбаюсь. Так приятно… И ведёт уже от других, более горячих и глубоких ощущений. В душе разливается тёплая патока, обволакивает всё внутри. Никаких бабочек и странных ощущений. Безопасность, стабильность и сладкое дежавю. — Почему не приехал, чтобы я… — отвожу ладонь и уверенно бью его по щеке и оглушаю нас обоих звонкой пощёчиной. — Сделала так?
— Трус, — пожал он плечами, даже не зажмурившись. Кожа моментально краснеет. Но он снова смотрит на меня. — Но и это не решило наши проблемы, Карина. Поможет только… Если ты закажешь меня. Только такой выход я вижу.
— Убить тебя? — сглотнула я. — Это не выход, — качаю головой. А ещё я не смогу. Никогда не решусь на это, потому что… Ну, да, и так понятно, почему.
— Жалко? — усмехнулся он иронично.
— Диме нужен отец, — я дёргаюсь от мурашек по телу. Выдыхаю, отвожу взгляд. Тоже хочу закурить от дикого напряга и давления в голове. Но держусь. — Я не знаю что тебе делать, Вит, — шепчу я. — Но у тебя есть дети, которым ты нужен.
— А мне нужна ты.
— Я два года не нужна была тебе, пойми. Ты хотел мне отомстить за Сашу? Хотел, чтобы мне было так же больно и неприятно? Ты это получил. Ты доволен, Вит? Тебе легче? — всхлипнула я. Даже не замечаю, как вновь называю его по имени. Тут бы и закончить наш разговор, но я не могу. Что я вообще могу, боже…
— Мне невыносимо, Карина… — шепчет он. Киваю. Мне тоже. — Я и правда не думал, что одно сообщение способно меня настолько настроить против тебя. Я не хочу делать тебе больно. Я не хочу, чтобы тебе было больно… — он сглотнул. — Но… Я отдам тебе Диму. Ты сможешь улететь куда хочешь, я всё возьму на себя. Я просто отпущу вас. Именно так я и извинюсь. Этого мало, но…
— Нет, — я приложила пальцы к его губам. — Это много. Точнее, этого достаточно. Дима — всё, что мне нужно. Ты обещаешь? — я касаюсь его щёк ладонями.
— Да. Я отпущу. Дай мне раз в год видеться с ним и общаться… Хотя бы…
Боже…
Он опускает голову и моё сердце обливается кровью. Я всхлипываю, прижимаю ладонь к носу и качаю головой. Мне его так жалко, что ком сдавливает горло и я всхлипываю.
— Чёрт тебя дери, Сапфир! — я сжимаю его шею, прижимаюсь и обнимаю, чтобы хотя бы немного побороть собственную жалость. Он сжимает меня в ответ, гладит по спине, пока я всё всхлипываю и всхлипываю, не понимая, что нам делать дальше и как жить…
Неожиданно в кабинет врывается фурия. Охрана пытается задержать мою сестру, но мы с Витом резко отскакиваем друг от друга и сразу замечаем их насмешливые взгляды. Они осматривают кабинет, прекрасно понимая чем, мы тут занимались. Как доказательство, мои трусики прямо посередине кабинета. Их, кстати, сразу забирает Сапфир, чтобы другие не глазели. О как. До сих пор не любит, когда кто-то видит моё тоненькое кружево. Боже, какой ты собственник, Сапфир! Я поднимаюсь под усмешки моей сестры и Лиса, который прикрывает двери и также осматривает бедлам и нас с бывшим.
— Мы вовремя? — Кира ухмыльнулась, выгнув бровь.
— Где Дима? — тут же хмурюсь я, наезжая в ответ. Зараза, я даже не ожидала этого. Не должно её тут быть. Она не может видеть меня в таком виде. Я же сейчас так выгляжу… Однозначно. Я не готова оправдываться за свои очевидные ошибки.
— Я позвала Викуську, не волнуйся. Она была свободна и согласилась провести время с Димоном. Деньги уже дала, всё ок, — улыбнулась сестра, проходя вглубь кабинета. — Вы тут делили имущество или, как всегда, тестировали стол? Карина-Карина, — усмехается наигранно-осуждающе сестра, качая головой. — Ты должен в аду гореть, а не трахаться с Кариной, — она смотрит на моего бывшего. — И как, Сапфир? Понравилась моя сестра? Не противно было?
— А ты с каких пор спишь с Лисовским, мелкая? — ввернул Сапфир. — Привет, — он пожимает мужчине руку и снова закуривает. — Не тебе судить, — он снова смотрит на Киру, — свою сестру.
— Это не твоё
