Алекс отшатнулась, широко раскрыв глаза.
— Я не думаю… — Страх снова вернулся, подстегнутый воспоминанием о другом времени, о другом мужчине.
— Не думай. — Мэтт схватил ее за плечи и притянул поближе. И прошептал прямо в губы: — Просто почувствуй.
Уперевшись ладонями в его грудь, Алекс пыталась отстраниться, чтобы сдержать его. Но когда его язык проник в ее приоткрытые губы, руки ее сами собой обвились вокруг него, прижали покрепче. Ее рот отвечал на поцелуй, губы искали и требовали.
Ее испугали собственные чувства. Разум говорил ей, что надо остановиться. Но она была не в состоянии убежать. Не могла даже сопротивляться. У нее вырвался тихий возглас, который мог означать и протест, и удовольствие.
Никто не целовал ее так прежде, и губами, и зубами, и языком. Поглощая. Соблазняя. Овладевая. Вкус его губ был самым чудесным из всего, что ей доводилось пробовать.
Она никогда не знала такого острого голода, как этот, и такой мучительной жажды.
Над их головами закричала чайка, но они ее не услышали. Вокруг них веял легкий бриз, несущий привкус океана. Но не мог охладить их пылающую кожу.
Притянув ее к себе, Мэтт провел пальцами по ее обнаженной спине. Это интимное прикосновение словно обожгло ее. По всему телу пробегали жаркие волны. Почувствовав ее испуг, он быстро погасил огонь, который начал было бушевать в ней. Отступив на шаг, он медленно, лениво провел ладонями вдоль ее рук, давая ей время сделать несколько глубоких вдохов и успокоиться.
Постепенно Алекс расслабилась. Но одновременно обнаружила, что отвечает на его нежность самым неожиданным образом. Вместо того чтобы отвернуться, она шагнула поближе, отчего он застыл. Гладившие ее руки ладони замерли. Взгляд его был полон недоумения.
Не насилия она боялась, а нежности. Нежность его прикосновений наполнила ее тело жаждой. Грудь жгло. Бедра болели.
Не думая о том, что делает, Алекс обвила руками его шею и прижалась к нему. Услышала его стон удовольствия, когда она прижалась губами к его губам.
Сомкнув объятия, они опустились на колени, почувствовав, как подался под ними песок.
Она льнула к Мэтту, охваченная таким жаром, что у нее вспотели ладони, а сердце бешено колотилось. Солнечный свет играл на полузакрытых веках, создавая калейдоскоп света и тени, пока огненный туман не закрыл от нее его лицо.
Его руки соскользнули с ее плеч и стали гладить обнаженную спину. С каждым движением его пальцев Алекс чувствовала, как слабеет ее решимость. Она вздохнула и покрепче сжала руки, вцепившись в него, словно боялась упасть.
Мэтт ничего уже не чувствовал, кроме желания, которое вызывала эта женщина. Осыпая поцелуями ее плечо, он провел ладонями по ее бокам вверх, пока пальцы не нашли мягкие холмики ее грудей.
— Мэтт…
Он зажал ей рот поцелуем прежде, чем она успела продолжить. Жажда захлестнула обоих. Желание, которое завладело ими, подталкивали их к краю, за которым кончался разум.
Тело ее молило о прикосновении. Где-то в глубине рассудка прозвучал сигнал тревоги, но она больше не могла противиться чувствам, которые он в ней разбудил. Его пальцы дразнили, мучили ее, пока она уже не могла думать, только чувствовать. Она ахнула и выгнулась дугой, прижимаясь к нему, а острое наслаждение волна за волной окатывало ее тело.
Где-то на краю сознания Алекс знала, что должна найти в себе силы отказаться от того, что он ей предлагал, но хотя рассудок и сопротивлялся, тело ее предавало. Пока он так к ней прикасался, так целовал ее, она не в состоянии была собраться с силами и отказать ему. Запустив пальцы в его волосы, она прижала его голову к себе и подставила губы.
Мэтт прижался губами к ее шее. Здесь запах жасмина был еще сильнее, он туманил мозг, возбуждал так, как никогда прежде. Он услышал, как она слабо ахнула, когда он проводил пальцами вдоль ее рук. Сперва казалось, что она собирается его оттолкнуть, но почти тотчас же ее пальцы впились ему в плечи.
Боже правый, как он ее хотел. Хотел, чтобы она лежала под ним, нагая и теплая. Хотел ощущать, как ее кожа становится горячей и влажной под его прикосновениями. Хотел видеть, как она теряет над собой контроль и парит вместе с ним.
Он и раньше знал желание, но никогда оно не было таким жгучим. Отчаянное, сводящее с ума, оно разрывало его на части, требуя разрядки.
Ни одна из женщин не уводила его так далеко и так быстро. Одним поцелуем она подвела его к самому краю пропасти. Еще один шаг, и они оба сорвутся в бездну темного, чувственного удовольствия.
Совсем близко Мэтт услышал голоса детей. Их неожиданное появление вернуло его к реальности. Что с ним происходит? Он чуть было не взял ее прямо здесь, у всех на глазах, как дикарь. Стараясь удержаться на границе безумия, он слегка отстранился и посмотрел на нее, все еще не выпуская из своих объятий. Ее длинные волосы спутались, глаза ярко блестели.
— Мэтт. — Сердце Алекс стучало так громко, что она могла произнести его имя только шепотом. Она видела, как он изучающе смотрит на нее. — Что случилось?
— Пойдем, — произнес он тоном, более грубым, чем хотел. — Нам лучше вернуться. Ты пропустишь свою репетицию.
— Да. Репетиция… — Алекс нервно одернула юбку, когда он помог ей встать на ноги. Румянец смущения только заставлял его желать ее еще больше.
Более мягко он прибавил:
— Я не хочу вернуть тебя слишком поздно — мне не улыбается драться сразу с пятью парнями.
Мэтт взял ее за руку и повел обратно к гольф-карту. Он нарушал правила столько, сколько мог. Сейчас настало время вернуться к реальности. У него есть деловые обязательства и у нее тоже. Только боги знают, встретятся ли они снова и когда.
Когда они добрались до коттеджа, он поднял руку к ее лицу, очертив большим пальцем контур губ. Его глаза потемнели от желания.
— Хорошо, что я уезжаю.
Ее сердце упало.
— Ты должен уехать?
Он кивнул:
— Я пренебрегал делами столько, сколько мог. Кроме того, — прибавил Мэтт с лукавой улыбкой, — не думаю, что найду в себе силы устоять во второй раз. Если я не уеду сейчас, ты будешь в опасности.
Он наклонил голову и легонько поцеловал ее.
— До свидания, Александра, — прошептал он прямо в ее губы.
Снова чувствуя прилив жара, он вынужден был заставить себя оторваться от нее. Мэтт шагнул назад, повернулся и ушел, не сказав больше ни слова.
— Как мило, что ты появилась! — с раздражением воскликнул Гэри, когда Алекс вошла в клуб.
— Что ты хочешь сказать? Я пришла на пять минут раньше. — Она подошла, встала за спиной Лена и начала читать ноты через его плечо. Он обернулся, подмигнул ей и протянул наполненную до половины кружку с дымящимся кофе.
