пары синяков?
– Вы не понимаете! Он угрожает мне! Я уезжаю, немедленно! Я…
– Лодс! – терпение ректора закончилось, и он рявкнул так, что задрожали стёкла. – Угомонитесь. Не знаю и знать не хочу, что у вас стряслось. Учебный год только начался, а у меня уже масса проблем и без ваших самцовых разборок! Вы преподаёте на одном из важнейших факультетов, и я не подпишу ваше увольнение. У вас контракт, и вы обязаны отработать два месяца, если решили уволиться. Мне плевать на ваши разногласия с деканом бытовиков. Вы взрослые люди, разбирайтесь сами.
– Я применил магию, желая затащить её в постель! – выпалил манипулятор и виновато опустил голову. Ректор должен понять, что после такого он не может остаться.
– И Дайни в курсе? – немного помолчав, вкрадчиво спросил ректор.
– Да, он поэтому и вмешался. И теперь угрожает мне стиранием памяти и магическим опустошением, – прозвучало так, будто мальчик жалуется папочке на обидчика.
Ректор задумался. Вийен просчитывал только ему известные комбинации, и его лицо становилось светлее и спокойнее с каждой секундой. Наконец он взглянул на Лодса:
– Вы остаётесь! – тот пытался замотать головой в знак протеста, но ректор остановил его, жестом приказав молчать. – Вы нужны мне, Лодс, а я нужен вам. Вы вляпались, и теперь я единственный, кто может спасти вашу шкуру от мести Дайни, а этот безжалостный тщейка будет вас преследовать, потому что вы покусились на то, что нужно ему.
– Он претендует на декана Воярр? – проблеял Лодс, поняв, что попал даже больше, чем мог представить. Если сыщик хочет эту женщину для себя, тогда понятно, чего он так разъярился и не проявил мужской солидарности! Да он же его теперь в порошок сотрёт! Преподаватель рухнул на стул, вытирая проступивший холодный пот.
– Это не очевидно разве что для слепого, да, может быть, для него самого! – ухмыльнулся ректор. – Декан бытового факультета не распознала магическое воздействие… Вы понимаете, как это скажется на имидже бытовиков? Лодс, голубчик, дознаватель может пугать вас, как угодно, но без её заявления у него связаны руки. А она не напишет и слова, чтобы не подставить факультет! Вы можете быть спокойны, ваша глупая выходка не будет иметь никаких последствий! Так что успокойтесь. Но если она всё же попытается добиться вашего выдворения, мы повернём всё так, словно это я попросил вас навести чары, чтобы проверить силу декана. Способность бытовых магов обучаться вместе с высшими и необходимость этого, давно под сомнением! А этот случай – мой козырь в рукаве! Сами того не желая, вы мне очень помогли, так что можете быть уверены, я не дам вас в обиду. Идите, дорогой мой, работайте спокойно, никто вас не тронет, пока я здесь!
– Благодарю вас, господин ректор! – залебезил Лодс, схватил Вийена за руку и долго, с чувством тряс её в рукопожатии.
– Ну, будет! Будет вам! Идите! – милостиво ответствовал ректор, вполне осознавая, что обрёл безотказную марионетку. Лодс выполнит всё, что он прикажет, пока чувствует себя обязанным, достаточно лишь изредка напоминать о неприятной ситуации, и о том, кто помог ему избежать незавидной участи.
После ухода манипулятора ректор расплылся в довольной улыбке. За одно утро наметилось решение проблемы с бытовым факультетом, и у него появился личный шакал, готовый перегрызть за него пару-тройку глоток. Ещё немного, и цель всей его жизни будет достигнута, и, как обычно, сделает он всё чужими руками, оставшись чистым и не при делах!
Лодс едва не бегом вылетел из кабинета начальства. Настроение было прекрасное, с такой поддержкой никакой следователь не страшен. Хорошо, что он рассказал всё ректору, и свою проблему решил, и начальству нечаянно угодил! Жизнь снова была прекрасна, а вчерашняя история уже потихоньку меркла, напоминая о себе лишь болью от ушибов и ссадин. Лодс снова был смел и уверен в себе и своём будущем.
В таком состоянии его и увидел Дайни. Они столкнулись нос к носу на выходе из здания академии.
– Вы всё ещё здесь? – дознаватель удивлённо приподнял брови и холодно оглядел довольного манипулятора.
– Здесь! – с наглой улыбкой заявил тот. – И останусь здесь, я нужен ректору, и он предпочёл замять это маленькое недоразумение. В конце концов, в любви и на войне все средства хороши. Я раскаялся в своей ошибке, никто не пострадал, инцидент исчерпан. Так-то, господин сыщик! Вот как решают щекотливые вопросы воспитанные люди, а вовсе не кулаками и угрозами!
Лодс ухмыльнулся, высокомерно глянув на следователя, и пошёл, насвистывая весёлую мелодию и чувствуя себя победителем.
Йан смотрел ему в след с бессильной яростью Без заявления декана Воярр он не мог ничего сделать с подонком, но к чему приведёт это заявление, тоже понимал и сомневался, что она решит подвести свой факультет, лишь бы отомстить обидчику. Нэлис не такая, она ответственная, порядочная…
“Нэлис”… Он впервые назвал её так, и тихо повторил вслух, перекатывая звуки на языке, привыкая к странным ощущениям и эмоциям. Это имя освежало и пьянило одновременно, будоражило, заполняло собой какую-то пустоту внутри его существа, пустоту, с которой он жил уже много лет.
Нэлис. Он наговорил вчера много лишнего, хотя понимал, что она абсолютно не виновата в случившемся. Единственный её промах, это доверчивость, упорное нежелание видеть в людях плохое, а кто-то этим пользуется. Убить мало ублюдка Лодса, но теперь, когда ректор встал на сторону манипулятора, невозможно что-либо сделать! Йан разозлился и решил, что глаз не спустит с мерзавца, а заодно присмотрится к ректору. Пригревать на груди такую змею… С какой целью? Так хочет убрать бытовиков из академии? Почему? Веками они никому не мешали, и вдруг такая немилость? С чего бы? Йан чувствовал, как поднимает голову его интуиция, взяв след, словно гончая. Он хорошо знал это ощущение, неужели вот оно? То, что так упорно искал? “Покопаем-посмотрим” – решил следователь. Но на смену мыслям о работе тут же пришли другие.
“Я снова её обидел. Идиот! Ну почему вечно мы сталкиваемся при дурацких обстоятельствах? Прямо рок какой-то… Нас словно отталкивает друг от друга!” – Дайни стал совсем мрачен.
Ведь он стремился её защитить и всё сделал правильно, успел вовремя… Ну, почти вовремя. Перед глазами снова встала страстная сцена, и мужчину затрясло от злости. Этот выродок посмел прикоснуться к ней! А она ответила! Пусть под чарами, но ответила…
Логика Йана, которой он всегда доверял, боролась сейчас… с чем? С ревностью. Боролась и проигрывала. Скрывать это от себя больше не имело смысла. Он ревновал, собственнические инстинкты требовали прибить подонка, покусившегося на ту, что
